Михаил Баковец – Культиватор Сан Шен (страница 39)
К вечеру я нашёл подходящее место для ночлега. На склоне одного холма. Вода во время сильного ливня оставила несколько глубоких промоин. В одной из них оказался большой плоский камень, подмытый с одного края. Получилась уютная нора, где хватало места для одного человека. Никакой гадости в норе не оказалось, только земля с глиной и галька. Я быстро натаскал травы для лежанки, нарубил веток кустарника и закрыл ими проход.
Переночевал почти отлично. Почти, так как несколько раз за ночь меня будил звериный вой. Наверное, волчий, но на сто процентов не уверен, так как раньше слышал его только по телевизору. Здесь же может похоже выть всё что угодно.
К середине дня подошёл к большой роще. Самой крупной из всех, что я тут видел со вчерашнего дня. Практически небольшой лес, очень светлый и почти без подлеска. Большей частью он состоял из высоких деревьев с толстым стволом, светлой гладкой корой и широкой зонтичной кроной. Караванная тропа проходила в паре сотнях метров от него. Но я решил слегка срезать и изнутри посмотреть на рощу.
Когда я уже подходил к опушке, то увидел движение среди деревьев. Сначала остановился, а потом резко присел и покрылся холодным потом, хотя температура вокруг была под двадцать пять градусов выше нуля. Там впереди я увидел нескольких огромных слонов устрашающего облика. Клыков-бивней у каждого хватило бы на трёх-четырёх нормальных слонов из моего мира. Стандартные бивни присутствовали. А ещё росли короткие, но очень толстые из нижней челюсти, которая также выделялась размером. Раза в три больше. А ещё, наверное, рога. Но были они цветом и размерами, как стандартные бивни. В высоту животные были четыре с половиной-пять метров, в длину больше семи. Вместо куцего слонового земного хвостика у них свисал толстенный, даже не знаю, как назвать… трос, что ли, с короткой, но очень густой метёлкой волос, касавшейся земли. Шкура свисала толстенными складками, чем-то напоминая носорожью.
«Рад, два, три… четырнадцать», — сосчитал я всё стадо, которое прошло мимо меня метрах в восьмидесяти. Одиннадцать были взрослыми животными. Три детёнышами, размерами с крупную корову. Я сидел на корточках, пытаясь спрятаться за худым кустиком и готовясь дать стрекача в любую секунду. Драться с ними у меня не было никакого желания. Не уверен, что смогу с ними справиться. Ко всему прочему один из одиннадцати отличался размерами в бо́льшую сторону, сравнивая с остальными. Шкура у него была темнее, кость бивней отливала металлическим блеском. Готов поставить всё своё имущество против медной монеты, что это вожак стада и он небесный зверь. Кстати, труси́л он самым последним, часто оглядываясь назад. Вскоре я понял почему он так делал. Когда стадо слонов удалилось от меня метров на сто пятьдесят, из рощи выскользнули три мощных рыже-бурых туши саблезубых тигров. Двое проскочили мимо меня, не обратив внимания или не заметив, следуя за слонами. А вот третий замедлил шаг, стал водить головой по сторонам, принюхиваться, а потом вовсе остановился напротив меня и посмотрел буквально в глаза.
«Сука! — зло подумал я. — Вали уже за своими корешами. Ведь целее будешь».
Но хищник оказался абсолютно глухим. Видать какой-то местный медведь как следует потоптался на его органе, отвечающим за телепатию. Припав к земле, он стал красться ко мне, не спуская пристального взгляда.
Я ждал до последнего момента, краем глаза приглядывая за двумя оставшимися тиграми. Вернее, за тем направлением, где они скрылись в траве. Когда между нами осталось десять-двенадцать метров, тигра напрягся на миг, а потом прыгнул. И нарвался на водяную плеть, выпущенную мной прямо. Получилось, как удар рыцарского копья. Струя воды пробила ему горло и вышла из шеи слева розовым фонтаном. Моя атака не остановила зверя, но позволила мне уйти от него в сторону. А когда он оказался рядом со мной, ошарашенный тяжёлой раной, то я сначала создал под ним бездонную лужу, в которую тигр рухнул задней частью, а затем повторно ударил хлыстом. В этот раз целил ему в глаз и не промахнулся. Орган лопнул с громким хлюпаньем, брызнув тёмными каплями во все стороны, а из пасти хищника вырвался тихий рык. Через мгновение он ткнулся головой в землю и затих. Не став ждать, когда бездонная лужа развеется, я бросил быстрый взгляд в сторону слоновьего стада, убедился, что тигры не заметили пропажу своего сородича, и со всех ног бросился в лес.
Бежал так, что сам не заметил, как оказался в самом центре, который кардинально отличался от опушки. Здесь разросся странный кустарник с синевато-зелёными ветками и узкими длинными листьями тёмно-фиолетового цвета. На каждом сантиметре торчало по большому кривому чёрному шипу со светлым кончиком. Растение стелилось многометровыми плетями по земле. Интуиция взвыла сиреной. Я резко остановился и двинулся вбок, обходя заросли кустарника. Через десяток метров застыл. В самой гуще кустарники белело множество костей. В основном это были костяки некрупных зверей. Но среди них я заметил четыре человеческих скелета. На каждом виднелись остатки одежды и оружие. У одного я приметил прямой меч дзянь, который прекрасно сохранился в отличие от прочего барахла. Возможно, да что там, почти уверен, что клинок артефактный, смертного ранга. За это оружие мне заплатят серебром в любой городской лавке, но вот кустарник… Мне жутко не хотелось лезть в него. От растения словно исходила опасная, пугающая аура.
С минуту я мялся, поглядывая то на заросли с костями, то назад, опасаясь возвращения тигров. Потом решился. Из кольца достал топор и принялся аккуратно обрубать плети на пути к трофею. Срубленные колючие ветки откидывал в сторону. Когда до цели осталось около трёх метров ближайшие плети вокруг меня пришли в движение. Одна из них обвилась вокруг икры. Шипы вонзились в тело. Боль была, как от сильнейшего крапивного ожога и одновременно от укола неумелой рукой студента-медика на практике. Десяти неумех студентов! Мгновенно ударил топором, отсекая ветку и через мгновение накинул на себя доспех духа. Сделал это вовремя, так как уже через пару секунд до меня дотянулись остальные ветки. К счастью, моя защита им оказалась не по зубам. Перехватив топор в левую руку, я наотмашь дважды рубанул водяным хлыстом по кустарнику вокруг себя, целясь в толстые короткие стволики, из которых брали начало колючие плети. Часть живых веток тут же замерла. Понадобилось ещё дважды ударить боевой техникой, чтобы срезать их все и добраться до меча.
От намотавшейся на ноге ветки я избавился, только отойдя на безопасное расстояние. Шипы неглубоко вошли в тело. Буквально прокололи кожу и всё. Из ранок выкатилось лишь несколько капель крови. Но место вокруг них побагровело и опухло. Там всё жгло и болезненно дёргало. Пришлось срочно доставать из амулетного кольца специальную мазь и обрабатывать повреждения. А потом выпить противоядие. За мазь и антидот следовало благодарить покойную Мей. Охотница собрала мне полевую аптечку ещё перед первым рейдом. А также подробно пояснила что и когда применять.
Надеюсь, что трофей стоит моих мучений и потраченных на лечение не самых дешёвых алхимических средств.
Скорость из-за ранения сильно упала. Сейчас я мог передвигаться не быстрее обычного человека, никуда не спешащего, прогуливающегося по городской улице. Рощу я прошёл насквозь и больше ни с кем не встретился. Ни с опасными представителями фауны, ни с такими же со стороны флоры. Вскоре вернулся на караванную тропу и решил, что больше с неё не сойду. Если только из-за серьёзной угрозы.
На четвёртый день путешествия по равнине, слегка испятнанной холмами и рощами я вышел к реке. Размерами она впечатляла. Здесь мне ещё не доводилось встречать настолько полноводные водоёмы. Да и в прошлой жизни тоже, если честно. До противоположного берега было метров семьсот. Переправиться вплавь я не рискнул. Не потому что не умел плавать, боялся попасть в зубы какой-нибудь водяной живности. Мне хватит и небольшой стаи мутировавших пираний. Плыть придётся долго и времени действия духовного доспеха на всё время не хватит. Но караванщики как-то перебираются на другой берег! Нужно всего лишь идти по их следам.
Глава 25
К концу дня я наткнулся на очередной пустующий лагерь, окружённый частоколом, заострёнными кольями и замаскированными волчьими ямами. Он расположился на самом краю высокого обрывистого берега. Здесь я сделал привал, решив провести остаток дня и ночь, чтобы восстановить силы. Из-за отравы мутировавшего кустарника мне пришлось хлебнуть лиха. Через несколько часов ранения стопа, щиколотка и икра раздулись вдвое, потеряв всякую чувствительность. На месте уколов появились крупные нарывы с сочащимся из них тёмным густым гноем с кровяными вкраплениями. Мне пришлось сделать несколько надрезов, чтобы расширить раны, и вставить в них полоски шёлка. Их отрезал от дорогой рубашки, которую купил в Чиннраге. Такой вот примитивный дренаж. Отлёживаться не стал. И, возможно, поступил правильно. От ходьбы раны разбередило. Сначала из них сочился кровавый гной, но спустя несколько часов пошла тёмная тягучая кровь. И вскоре она полностью запечатала порезы. Ночью ногу сильно дёргало. Зато к утру опухоль почти полностью спала. Ранки закрылись тёмной корочкой с торчащими из них шёлковыми ленточками. Когда расковырял каждую, то не увидел ни следа от гноя. На данный момент нога вернула свои прежние размеры, а порезы наполовину зажили. Вот только организм на излечение забрал слишком много ресурсов. Я быстрее уставал, чаще испытывал жажду и голод.