Михаил Баковец – Культиватор Сан Шен. Том 3 (страница 25)
Охраны не было. Или я её не видел.
— Кажется, мы тут первые, — тихо сказала Ручи, внимательно осмотрев пещеру, в центре которой расположился алтарь.
— Идём, — требовательно произнесла настоятельница Каур.
Напряжение внутри меня было такое, будто я шёл по тонкому стальному тросу, натянутому над пропастью без страховки и шеста для баланса. Меня уже успели так взвести, что даже рядом с алтарём, рядом со своей целью легче не стало. Как бы даже не хуже было.
— Начинай, — поторопила меня Ручи, сверля головой одну из стен пещеры. Там при свете двух светящихся кристаллов в руках Раджата и здоровяка с трудом просматривалась чёрное пятно прохода. Подозреваю, что главный вход к алтарю. — Каждая минута на счету.
Я достал скрижаль и положил её на диск из разноцветных колец. Пластина задрожала и очень быстро поползла к камню будто притягиваемая мощным магнитом гайка. Достигнув валуна, немедленно прилипла к нему и ярко засветилась.
Одновременно с этим обе женщины тихо вскрикнули.
— Что? — я посмотрел сначала на одну, потом на другую.
— От алтаря пришла волна возмущений. Все, кто в храме связан с ним сейчас тоже это почувствовали, — пояснила мне служительница Анджали.
— Фиийя теперь точно знает, что происходит и скоро будет здесь, — вслед за ней произнесла Ручи.
— Госпожа, смотрите! — подал голос Раджат. — Алтарь!.. Он тускнеет…
В самом деле, кольца чуть-чуть убавили в яркости свечения. А затем одно из колец, составляющее разноцветный диск, исчезло. Это было кольцо изумрудного цвета.
— Ашара́т! — эмоционально произнесла Ручи. Кажется, это было ругательство, неизвестное мне или на незнакомом наречии.
Прошло ещё около двух минут и исчезло песчано-жёлтое кольцо. Оставалось ещё десять таких же.
«Чёрт, дадут нам эти двадцать-тридцать минут или нет?», — с надеждой подумал я.
Не дали.
— А вот и гости, — услышал я голос Ручи. Взглянув на женщину, я перевёл взгляд в ту сторону, куда смотрела она.
Всего в нескольких метрах от нашей группы в воздухе появился трёхметровый идеальный шар с блестящими и переливающими стенками, как у мыльного пузыря. Он был непрозрачен. Что внутри него находилось невозможно понять. Спустя пару секунд он сжался и словно слепил пять человеческих фигур. Две женских и три мужских.
Один из посетивших алтарный зал впечатлял своими размерами. Ростом больше двух метров. Метр в плечах. Лицо крупное и некрасивое со слишком огромной нижней челюстью и глубоко посаженными глазами под низким скошенным лбом. На нём красовались тёмно-серые доспехи с красными вставками. На его боку висела огромная и сильно изогнутая сабля.
Двое других мужчин пришли в храмовых рясах. В такой же был Раджат. Они чуть-чуть походили на первожреца внешне. Бороды и усы схожего фасона, тюрбаны. Только оба моложе его лет на десять и не такие сухопарые.
Одна женщина имела черты метиса с азиатской и европейской кровью. Высокая, даже выше Каур, стройная, с изящными кистями рук с тонкими длинными пальцами и белыми ногтями сантиметров по пять в длину с острыми кончиками. На ней был надет парчовый ярко-зелёный с золотыми растительными узорами халат с широкими рукавами.
Вторая была типичной индианкой неопределённого возраста от тридцати до сорока пяти лет. Среднего роста, полненькая, смуглая, с тёмно-карими глазами. В целом миловидная. Но вот её взгляд! Это был взор отъявленной стервы, готовой идти к своей цели по головам. В левом ухе и в левой ноздре у неё блестело по несколько золотых колец. На запястьях сверкали тонкие браслеты штук по пять на каждом. Похожие висели на ногах. В алтарный зал она телепортировалась в сари насыщенного красного цвета с золотой вышивкой по краям.
— Что здесь происходит? Кто эти двое! Что они делают рядом с алтарём? — гневно произнесла индианка. — Ручи? Каур?
— Я пришла выполнить приказ своей богини, Фиийя, — уверенно ответила ей Амрита.
— Она приказала разрушить наш алтарь?
— Храмовый алтарь, Фиийя. В первую очередь алтарь храма, а не наш, — подала голос Ручи.
В этот момент пропало ещё одно кольцо.
Глава 18
— Что вы сделали с алтарём? Он иссякает! — гулко сказал великан в серо-красной броне. — Это предательство, Фиийя. Они сговорились с демонами. Твари!
И следом рванул из ножен саблю.
В руках Каур появилось знакомое сверкающее веретено. Руки Ручи окутались изумрудным светом. Будто на каждой ладони накрутило по шапке сахарной ваты, исходящей лёгким свечением. Раджат и спутник Ручи встали в боевые стойки без видимых спецэффектов, но что-то подсказывало мне, что они не собираются с голыми руками лезть на клинок. И все свои способности покажут в момент смертельного удара по противнику.
Метиска вся покрылась сотнями мелких голубых, белых и сиреневых молний, которые принялись стремительно и завораживающе перемещаться по её телу. Один из тюрбаноносцев создал похожее веретено, как у служительницы Анджали. У второго из рук соткались чёрные как сажа кинжалы-крисы. Только Фиийя осталась в прежней позе и без демонстрации магии.
Канти скользнула вперёд и закрыла меня своим телом.
— Я следую указанию своей богини! — повысила голос Каур. — И я смету каждого, кто встанет у меня на пути. Он избранный Анджали, которая вручила ему божественную реликвию. Всего-то нужно её напитать энергией алтаря.
— Ложь! — заревел великан и сделал шаг вперёд. — Эй ты, убери свой проклятый артефакт или это сделаю я!
— Мы не справимся с ними, — очень тихо прошептала милфа. — Избранный, бери скрижаль и уходи. Асхад тебя проводит сразу за стену храма. А мы… задержим их насколько сможем.
— Не нужно так жертвовать. Без вас я потом не смогу вернуться в храм и закончить поручение Анджали, — также тихо ответил я ей. Сказав, метнулся к алтарю, дотянулся до скрижали и схватил её. От валуна она отлипла без малейших усилий. Буквально сама упала в ладонь. Стоило ей оказаться в моей руке, как тут же слабо засветилась. А я почувствовал, что мне теперь доступны техники! Выдав многообещающий оскал здоровяку, произнёс, глядя ему в глаза. — Я тебе сейчас твою железку затолкают так далеко и глубоко, что её из тебя ни один лекарь потом не вытащит. Сейчас с этой скрижалью я вас тут всех в бараний рог сверну и заставлю блеять.
Сразу после своей фразы я призвал духа Защитника. Шершень возник рядом со мной, сжимая двуручным хватом длинный меч. Что говорить — пет выглядел очень внушительно и достойно.
— Стойте! — громко произнесла Фиийя. — Не оскверняйте смертоубийством место, которое посещали боги!
— Никто этого не хочет, Фиийя. Но возник один нюанс, — ответила ей Каур. — Ты взяла слишком многое на себя. Храм не принадлежит только тебе одной. И тем более алтарь.
— Вот как ты заговорила? — нехорошо прищурилась индианка. — А что сейчас происходит? Ты и Ручи решили всё решить за других. Лишить алтарь силы, не сообщив другим настоятелям о словах Анджали.
— Убить предателей, — прорычал великан. — Боги нас простят.
— Отзови своего ручного пёсика, Фиийя, — сказала Ручи. — Или я ему подрежу хвостик.
— Я тебя, старая сука, сейчас наизнанку выверну, — в тон ей ответил латник.
— Хватит уже! — голос Фиийи разнёсся по всему залу будто усиленный мегафоном. — Фарид, отступи. Сейчас не время и не место.
Здоровяк скривил губы, но шагнул назад и на ходу неуловимым движением вложил саблю в ножны.
— А что же до времени и места, — продолжила индианка, — то я хочу собрать общий совет и обсудить сложившуюся ситуацию.
— Прямо сейчас! — милфа даже притопнула ногой.
— Невозможно. Сама же знаешь, что сейчас не все настоятели в храме.
— Те, кто отсутствуют, никогда не принимали никаких решений. Всегда стоят в стороне или поддерживают сильнейшего.
— Алтарь — это то решение, которое должны решать все мы сообща, — пафосно произнесла Фиийя. — Тем более, про миссию мы знаем со слов этого человека, но сколько в них правды?
— Что? — Каур аж задохнулась, возмущённо выкрикнув. — Ты смеешь в чём-то обвинять избранного Анджали⁈
Сейчас она стала походить на одного из тех фанатиков, которые были готовы с голыми руками наброситься на одарённых возле стен секты Чёрный Богомол.
До Фиийи мгновенно дошло, что она перегнула палку.
— Я такого не говорила! — повысила она голос. — Только указала на то, что этот человек мог назваться кем угодно. Нужно подтверждение что он тот, за кого себя выдаёт…
Это мне совсем не понравилось. Сейчас дело дойдёт до того, что и Каур засомневается в моей избранности. Потом, когда убедиться, что я тот, кто есть время будет серьёзно упущено.
— Я готов пройти любую проверку! — оборвал я стерву. — Любая реликвия богини Анджали подтвердит мои слова.
— Увы, но у нас нет настолько древних реликвий, чтобы убедить всех настоятелей в храме. А клятва на имеющихся может не устроить некоторых, кто не верит тебе, Амрита. Кто-то подумает, что ты подтасовала результаты, — с деланным сожалением пожала плечами Фиийя.
— Говори, да не заговаривайся! — прошипела Каур, уже успевшая взять себя в руки после недавнего приступа бешенства. — Любая реликвия может быть использована!
— Ну, пускай так, — покладисто согласилась с ней Фиийя. — Но без всех настоятелей совета не будет.
Ситуация зашла в тупик. Рвать друг другу глотки никто не торопился. Но уступать поле боя тоже.
Атака с моей стороны полностью исключена. Я и выступил-то больше для того, чтобы охладить местную зазнавшуюся храмовую верхушку. Показать, что им придётся противостоять не только с теми, чьи возможности им известны, но и с тёмной лошадкой в моём лице, который неожиданно вернул свои способности небесного практика в храме. Сражаться мне было не по душе. Интуиция буквально кричала, что силы далеко неравны. И неравны они в пользу оппонентов. Да и сам я понимал, что враги первым же делом обрушат свои удары на меня, чтобы убрать неприятный фактор в моём лице.