Михаил Баковец – Дом в Африке (страница 37)
Между тем, японцы разбились на команды: «моя» японка встала в позицию против своего брата и его напарницы по спаррингу. Оставшиеся две женщины отошли в сторону, чтобы не мешать товарищам и схватились за отвороты курток друг друга, видимо, собираясь устроить стычку по правилам айкидо или джиу-джитсу, или какая там в их стране борьба практикуется.
Троица бойцов, в отличие от борцов, была облачена в лёгкие бронежилеты и носили защиту на руках и ногах. Зачем — я увидел уже спустя несколько секунд, когда эхора стремительно выбросила правую ногу в сторону родича и тут же дважды ударила руками по сопернице.
Те достойно сопротивлялись, но не могли соперничать с ней в скорости и силе ударов. По этим двум параметрам молодая японка на голову превосходила своего брата и старшую партнёршу по спаррингу. Секунд за десять она обрушила град ударов на обоих, нанеся минимум пять ударов каждому в живот, пах, по нервным узлам на бедре и голени. Может и ещё куда, не все атаки я успевал увидеть.
Первая схватка закончилась тем, что эхора сначала взяла в захват соперницу, обхватив двумя руками её сбоку за шею и подмышкой, после чего бросила под ноги. И тут же ушла от атаки брата, больше не обращая внимания на разминавшую шею коллегу, сидевшую на земле и не делавшую попыток встать. Наверное, в реальной схватке этот приём должен был стать для неё смертельным.
С парнем всё прошло проще и изящнее: эхора через несколько секунд после отражения чужих ударов улучила момент и встретила противника прямым ударом в грудь пяткой, а когда тот застыл на месте, в прыжке произвела приём «ножницы» ногами, повалив родственника на землю.
Несколько минут троица отдыхала, а потом вновь устроила потасовку. И опять японка удивила меня скоростью и сильными жёсткими ударами. Организм любого эхора сильнее и здоровее, чем у обычного человека. И чем ранг выше, тем реакция, ловкость, сила и прочее — лучше. Поэтому, неудивительно, что перворанговая супердевочка лупит простых бойцов. А если бы она со знанием такой боевой техники получила бы не подводный дар, а суперсилу, как Сури? Тогда спарринг-партнёров пришлось бы упаковывать в бронекостюм сапёра.
— Любуешься азиаточками? — вопрос Русты, подкравшейся ко мне со спины, заставил вздрогнуть от неожиданности. — Что дрожишь, испугался чего-то?
— А ты почаще подкрадывайся и однажды у меня сердце остановится, — хмыкнул я, потом повёл носом и повернулся к ней. — О, кофеёк! Спасибо, солнышко.
Ластавка в каждой руке держала по кружке, над которой курился горячий пар, исходящий от чёрной и светло-коричневой жидкости.
— Как ты любишь — ложка кофе и немного воды, чтобы его сварить, а потом много сливок с парой ложек сахара, — протянула она мою кружку. — Хотя по мне, это настоящее извращение — портить его вкус и аромат молоком и сладостью.
— Извращение — это тыкать в живого человека кое-чем твёрдым и большим, — я подмигнул ей и потянулся свободной рукой к её тёмно-синим шортикам. Но девушка ловко отступила на шаг от меня.
— Не сейчас. Я поела маринованных ананасов и что-то тяжесть в животе появилась, — покачала она головой. — Однако ты оказывается, ещё тот пошляк, Санлис, айя-я-яй.
— Не представляешь какой, — я шагнул к ней. — Я мигом всё вылечу.
— Сан, — девушка опять уклонилась от моей шаловливой руки, — когда же ты намёки научишься понимать, а? Думаешь, я забыла о твоём целительском даре?
— Понятно, — вздохнул я. — Выздоравливай, что ли. И ананасы поменьше кушай.
— Договорились, — улыбнулась она и поинтересовалась. — Так что там насчёт моего вопроса насчет азиаток?
— Ревнуешь? А вот не лопай ананасы маринованные, чтобы я не засматривался на других. Ладно, ладно, шучу я, — поспешил я закончить шутку, заметив неудовольствие и обиду в её глазах. — Просто та девчонка японка дерётся интересно. Никогда не видел, если боевики не считать, чтобы человек так быстро двигался в драке. И бьёт, никого не жалея.
— Жалеет, кстати. Иначе бы и бронежилеты не помогли, — хмыкнула ластавка, потом поднесла к губам кружку, сделала маленький глоток горячего напитка, пару секунд наслаждалась вкусом и потом продолжила. — Этот стиль называется силат. Распространён в Малайзии, но и среди окружающих стран хватает его последователей. Очень жёсткий, не для спорта точно. В Индии есть ещё один похожий стиль, но там бой только с голыми руками и ногами происходит.
— А в силате нет?
— Нет, — подтвердила она. — Там имеются техники с холодным оружием и дубинками. Самый распространенный кинжал — это крис, волнистая железка сантиметров сорок длиной. Им они протыкают противника от печени до сердца снизу вверх.
— Это хорошая техника? — заинтересовался я. А кто бы на моём месте оказался равнодушным? Да ни один мужчина не пройдёт мимо мордобойной науки или драки. Хотя, это больше относится к моей Земле, а не к местным представителям сильного пола.
— Любая техника хорошая, если изучать с душой и не один год. А тебе это зачем? — с подозрением посмотрела мне в глаза собеседница.
— Может, хочу научиться, — я ответил кристально честным взором.
— Обратись к Сури, — посоветовала Руста. — Она изучала гильгаш, имеет чёрный пояс с двумя полосками.
— Гильгаш? Борьба или драка?
— Она тебе всё подробнее объяснит. Да, — ластавка опять пригубила кофе прежде, чем закончить фразу, — можешь попросить её с ней сразиться, — и кивнула в сторону японцев, которые уже закончили тренировку и разоблачались от жаркого снаряжения, подразумевая из пятёрки ту девушку, что меня заинтересовала.
— А ты?
— Я? — Руста эдак царственно подняла левую бровь. — Зачем?
— Для разминки.
— Для разминки есть зарядка, — наставительно сказала она. — А ломать себе нос или портить пальцы не хочу, мне красота важнее.
— Сури ведь красивая. И она… — я мотнул сторону уходящей японки.
— Сан, тебе делать нечего, как изводить меня глупыми вопросами? — поджала она губки.
— Всё, всё, — я помахал свободной рукой перед собой, — замолкаю.
Дальше мы молчали, неспешно смакуя каждый свой кофе. И только когда кружки опустели, разговор продолжился и уже на другую тему.
— Какие планы на ближайшее время? — спросила Руста.
— Хочу Нундой заняться.
— То есть? В каком смысле — заняться?
— Руста, опять ты за своё? Да не ревнуй ты так, я вам изменять не собираюсь ни одной, вашу четвёрку я люблю и ценю, каждую по-своему, конечно…
— Сан, я не об этом, — прервала меня девушка. — Хватит себе придумывать невесть что. Мне интересно, что ты хочешь сделать с племянницей Лулу.
— Поднять её до второго ранга. Нам же лучше, если кухня будет разнообразной, здоровой и вкусной. Если она на нулевом ранге так классно готовит, то представляешь, что будет с блюдами со вторым? А во мне сейчас столько энергии, что за несколько дней смогу раскачать ее, так сказать. Это же всего второй ранг, не третий.
— Ох, Санлис, Санлис, — вздохнула собеседница и покачала головой. — То ты кажешься взрослым умудрённым жизнью человеком, то выглядишь наивным ребёнком. Вот скажи, ты просто так её сделаешь полноценной эхорой?
— Мне это несложно, — повторил я, не понимая, что плохого девушка увидела в моих словах. — Что не так-то?
— Да всё! Если узнают, что ты просто так можешь усилить эхора, то тебя завалят предложениями и получишь кучу врагов.
— А я наших девчонок усилил, забыла?
— Это другое, — отмахнулась она от приведённого примера. — Их считают частью нашей команды, уже почти членами рода, на который ты замахнулся, когда тут поставил базу. А Нунда — просто наёмный работник, никто, иными словами. Нет, можно, конечно, списать на твою экстравагантность, бзик, как любит говорить Кристина, но для данного момента у тебя ещё нет такого устоявшегося образа.
— А хочется, — вздохнул я, понимая, что Руста права. — Представляешь, какая у нас кухня будет? Из консервов нам пир Лукулла замастырит!
— Просто не торопись, — посоветовала она. — Я займусь этим делом сама. А пока, если так тяжело смотреть на то, как развеивается энергия, про которую ты говорил, займись Инессой и Алексой. Им не помешает усилить рудилиевую сущность.
— Угу, займусь.
Два дня, что я взял себе в качестве отдыха от целебных сеансов, пролетели быстро. И вот наступила новая встреча со старой пираткой.
— Здравствуйте, мадам Фоке, — поздоровался я с женщиной, которая неузнаваемо преобразилась с момента, когда я увидел её через бронестекло и на данный момент. — Прекрасно выглядите.
— Добрый день, Санлис, — слегка улыбнулась она мне. — Твоими стараниями, за что очень благодарна и бесконечно должна.
— Самочувствие ухудшалось? — поинтересовался я, одновременно с этим сосредотачиваясь на её энергетике.
— Нет, даже не кашлянула.
Угу, не преувеличивает нисколько, чему я ничуть не удивился бы — чтобы не уронить лицо жалобой. С последнего сеанса, что был трое суток назад, энергетика мадам осталась прежней. Думаю, завтра можно последний раз с ней увидеться и отправить домой без рака, с подлеченным от мелких сопутствующих болячек организмом.
— Хочу обрадовать — вы практически здоровы.
— То есть всё закончилось? — прищурилась она.
— Не совсем. Будет сеанс лечения сегодня, и ещё один завтра, чтобы устранить все последствия в организме. И вот завтра всё закончится, — ответил я, не обращая внимания на холод и подозрение в её глазах. — Думаю, ваши врачи уже сказали о результатах, не так ли?