Михаил Атаманов – Серый Ворон. Книга 2. Дорога к рыцарству (страница 20)

– Достаточно, – прекратила бой леди Камилетта. – Вальдемар, выстави кого-нибудь из сильных бойцов.

Вальдемар обошёл строй стражников. Остановился надолго возле крепыша с огромными мышцами, но неожиданно указал на невысокого чуть сгорбленного типа с большим пузом и пудовыми кулаками. Тот, ухмыляясь, подошёл к стойке, отложил деревянный меч и взял в руки два деревянных кинжала. Воровской стиль боя? Неожиданно для такого оплывшего бойца. Значит, мне нужно готовиться к поединку не только с сильным, но и очень быстрым противником.

Охранник встал передо мной, слегка поклонился и сразу ринулся вперёд. Я отгородился щитом и попытался удерживать его на расстоянии. Он кружил вокруг меня, делая ложные выпады и выискивая брешь в моей защите. Но не атаковал. Вскоре я пришёл к выводу, что мой соперник переоценил свои силы или просто отвык от боя двумя кинжалами. Может, когда-то в юности он был поджарым и быстрым, но сейчас это был тяжёлый неповоротливый мужик с пивным животом. Ему явно не хватало скорости. Мой друг Серый Ворон уже раз десять нашёл бы возможность атаковать меня, используя методы воровского стиля – веерную атаку, нырок под оружие, зацеп ноги или имитацию зацепа.

Что ж, если противник не атакует сам, нужно дать ему возможность для атаки – я чуть отвёл щит, неосторожно открыв бедро. В ту же секунду последовал стремительный выпад – охранник резко присел и наклонился вперёд, пытаясь кинжалом в вытянутой руке дотянуться до моей ноги. Ногу я убрал, а вот встать мой соперник уже не успел – рукояткой деревянного меча я от души стукнул его по затылку. Он припал к земле, опираясь на руку. И пока он не пришёл в себя, я подсёк сапогом его опорную руку и огрел деревянным мечом по спине – не со всей силы, конечно, просто показал удар.

– Достаточно! – раздалась команда благородной леди. – Подойди ко мне, паж.

Три боя, три победы, хороший результат! Думаю, леди Камилетта оценила моё мастерство. С довольной улыбкой я подошёл к ней.

– Каким оружием ты владеешь лучше всего? – спросила девушка.

– Одинаково хорошо длинным мечом и одноручным топором, – ответил я с заслуженной гордостью в голосе.

– Значит, только топор и длинный одноручный меч… – произнесла задумчиво леди Камилетта.

– Да, но зато ими я владею отлично!

– Если ты так уверен в своих силах, предлагаю тебе поединок со мной. Сразимся на мечах, но не до первого попадания. Один укол – это всё-таки случайность. До семи попаданий. Победитель придумывает одно желание, которое выполнит проигравший. Победишь – и сможешь красиво отказаться от унизительной службы пажом у истеричной девицы!

Сказать, что я удивился, значило ничего не сказать. Неужели эта разнеженная кукла считает, что у неё есть какие-то шансы в поединке с воином? Или это такой тактический ход – проиграть, и пусть он сам уходит? Тогда я её безмерно удивлю, объявив после победы, что моё желание – остаться пажом.

– Чего задумался, неужели боишься проиграть слабой девушке?

– Нет, не боюсь. Просто не могу понять, зачем высокородная леди Камилетта решила подарить мне исполнение желания. Я готов к поединку!

Леди Камилетта взяла небольшой круглый щит и короткий тренировочный деревянный меч. Размяла кисть руки, покрутив восьмёрки деревянным оружием, и… всухую победила меня, как трёхлетнего ребёнка! Каждая из схваток длилась не более трёх-пяти секунд. Сближение, замах моего меча, отражённый щитом или ушедший в пустоту, и сразу после этого точный укол мне в грудь или в бедро.

После такого бесславного проигрыша я нашёл в себе силы поклониться, поблагодарить девушку за хороший урок и отметить отличное владением мечом. Леди Камилетта восприняла свою победу, как нечто само собой разумеющееся. Она отмахнулась от устроенных ей стражниками оваций и ехидно спросила меня:

– Каково это – проиграть истеричной избалованной девице, способной лишь куклы переставлять из угла в угол в детской?

– Это… весьма поучительно, – ответил я, опустив глаза в землю.

– То-то. А теперь слушай моё желание. Ты отбросишь свою дерзость и станешь моим пажом, будешь безропотно участвовать в тех развлечениях, которые я сама выберу, – будь то игра с куклами или охота на диких оленей.

После этого леди Камилетта вскочила на Пчёлку и умчалась в сторону замка. Ко мне подошёл Вальдемар и подбадривающе похлопал по плечу:

– Похоже, стать охранником тебе не удастся, и быть тебе отныне пажом у высокородной леди. Наверное, нужно было тебя предупредить утром – дочь герцога отлично владеет луком и мечом. Где она научилась стрелять, я точно не знаю. Возможно, местные эльфы её обучали, она с ними в дружеских отношениях. Но точно знаю, что искусству владения мечом её обучал в столице великий мастер Роббер Смертоносный, личный телохранитель герцога Кафиштена. И хотя потом девушка покинула Холфорд, она самостоятельно продолжает регулярно тренироваться. В прошлом году леди Камилетта даже попыталась сдать экзамен на звание мастера меча, хотя и неудачно. Если бы у нее получилось, она стала бы самым молодым мастером короткого меча за всю многовековую историю Империи.

Все давно уже ушли с площадки, а я всё сидел на камне, не в силах поверить в произошедшее. Ноль – семь, полный разгром! Я едва сдерживал слёзы досады, снова и снова прокручивая в памяти детали боя. Насколько нелепо сейчас выглядело моё бахвальство перед поединком! Насколько огромной оказалась та пропасть, что отделяла меня от уровня… даже не мастера, а кандидата на звание мастера меча!

От грустных мыслей меня отвлекло появление мага-алхимика Феофана. Старик, опираясь на длинный посох, неспешно шёл в замок с полной корзиной необычных серо-голубых грибов. Я встал и поприветствовал старого мага. Феофан поинтересовался, как я обустроился на новом месте, и предложил провести меня к склепу, в котором установили урну с прахом моего друга Серафима Длинного.

Конечно же, я был готов хоть сейчас отдать дань памяти погибшему товарищу. Отвязал Шахтёра, взялся донести тяжёлую корзину и пошёл рядом с магом, ведя коня за узду. Отвёл Шахтера на конюшню, потом переоделся. В коридоре замка встретился с казначеем и сообщил ему, что принят на должность пажа благородной леди.

Потом вышел во двор, где меня ждал маг, и последовал за ним. Фамильный склеп рода Кафиштенов располагался в паре километров от замка внутри большой пещеры, на склоне холма. При входе были установлены две статуи, изображающие скорбящую женщину и коленопреклонённого молящегося мужчину. Маг приоткрыл тяжёлые бронзовые двери, хлопнул в ладоши, и по всей длине уходящего вглубь горы коридора вспыхнули фонари. Фонари были не простые – внутри каждого светился шарик магического света. Мы пошли по вырубленному в скале проходу. Примерно посередине коридора маг остановился. Я хотел идти дальше, но Феофан меня остановил:

– Не спеши. Там впереди – опасный охранный демон, отгоняет воров и не дает духам мёртвых беспокоить живых. Прежде чем попасть внутрь, нужно успокоить демона.

Маг начал произносить торжественным певучим голосом непонятные фразы на незнакомом мне языке, потом достал из сумки большой кусок свежего мяса и бросил далеко вперёд. Мясо упало на пол, разбрызгав капли густой крови. Сразу после этого смутная тень легла на это подношение, кусок стал стремительно таять, от него отделялись и исчезали волокна. Несколько секунд, и ставшая чуть более плотной тень поднялась и исчезла в глубине склепа. На полу не осталось ничего – ни мяса, ни следов крови.

– Теперь можно идти дальше, демон нас не тронет, – спокойно объяснил Феофан.

Но я всё же пропустил мага вперёд. Коридор вывел нас в высокий зал с четырьмя каменными гробами посредине.

– Здесь покоятся четыре брата – Арсений, Космат, Громобой и Светин. Они со своими соратниками и последователями пришли в эти земли и основали первую, ещё деревянную крепость возле брода. Через семьдесят лет после этого правнук Светина, Корнелий Верный, отличился в войне с орками и получил от самого Императора Лира Хитрого дворянский титул, став первым из рода Кафиштенов.

– А откуда произошло название рода? – поинтересовался я, надеясь в душе, что задал не откровенно глупый вопрос.

Но Феофан явно обрадовался благодарному слушателю и пустился в объяснения:

– Название рода пошло от двух оркских слов: «кафи» – камень и «штенх» – охранник. Как тебе наверняка известно, названия всех дворянских родов Империи имеют либо оркское, либо эльфийское происхождение. Когда-то людей в Эрафии было мало, и все территории принадлежали оркам и эльфам. Они общались с людьми весьма высокомерно и не признавали наших старых князей и старейшин. Однако со временем некоторые герои и правители всё же заслужили уважение первородных. А, поскольку те их называли на свой манер, появились прозвища на древних языках, которые и дали названия родам. Знатные роды, чтобы выделиться из числа простолюдинов, стали именоваться исключительно оркскими или эльфийскими названиями. Потом уже эта традиция прочно вошла в нашу жизнь.

Мы прошли первый зал и по стёртым ступеням старой лестницы спустились на второй этаж. Маг опять хлопнул в ладоши, и снова загорелись магические фонари, осветив расходящиеся в стороны три длинных коридора. В нишах, выдолбленных в стенах, стояло множество погребальных урн и массивных каменных гробов. Феофан направился по одному из коридоров, я последовал за ним, рассматривая место захоронения тысяч и тысяч людей.