Михаил Артамонов – История хазар (страница 20)
Того же рода инвентарь находится в погребениях с трупосожжением[400], которые только в послегуннское время появляются в степях Восточной Европы и, по всей вероятности, связываются здесь с пришлым тюркским элементом, тогда как трупоположения в подбойных могилах продолжают старую сарматскую традицию, одинаково характерную как для Восточной Европы, так и для Казахстана с предгорьями Средней Азии.
Формы вещей, находимых в могилах степных кочевников, имеют ближайшие аналогии в предметах, распространенных в соседних земледельческих областях, представленных, например, в Борисовском могильнике в районе Геленджика, который приписывается готам-тетракситам, или в крымских могильниках типа Суук-су, тоже связываемых с готами, или в аланских могильниках Северного Кавказа. Одинаковые вещи находятся и на севере в финских могильниках Оки и Камы[401].
Все такие вещи отражают одну моду, господствовавшую в Восточной Европе в V–VI вв. Впредь до накопления более значительного количества соответствующих материалов нет возможности определить этнографическое значение тех или других вещей, в частности предметов украшения и одежды, находимых в кочевнических погребениях степной полосы. В этом отношении наиболее показательными пока что остаются обряды погребения, которые даже при тех ограниченных данных, какими в настоящее время располагает археология, со всей очевидностью показывают, что в V–VI вв. в степях жили и смешивались племена различного происхождения, что уцелевшее местное население не только усваивало формы, принесённые завоевателями, но и, в свою очередь, распространяло среди них те или другие черты, характерные для старой местной культуры. Этот процесс смешения неравномерно охватывал местное население, но он уже очень скоро привёл к сложению гунно-болгарского этнического массива, в котором местные сарматские традиции в некоторых отношениях заняли господствующее положение, по-видимому, благодаря тому, что физически этот массив состоял из потомков главным образом местных европеоидных племён, а не пришлых монголоидов.
5. Авары
Огромная держава тюркютов (Ту-кю), охватившая почти весь кочевой мир Евразии и ряд областей с осёдлым населением, представляла собой одну из недолговечных империй, созданных путём завоеваний. Со времени появления кочевого скотоводства такие империи возникали одна на развалинах другой, но ни одна из предшествующих не достигла столь большой величины, как созданная в короткое время алтайским племенем ту-кю.
Тюркоязычные народы, несомненно, существовали с глубокой древности. Они назывались «хунну», «гаогюй», «теле» и другими именами, но эти названия не обнимали всех говорящих на тюркских языках. Только с возникновением обширного Тюркютского каганата, охватившего, если не все, то подавляющее большинство тюркоязычного населения, термин «тюрк» приобрел широкое этническое значение. Первоначально это было частное название небольшого племени на Алтае[402] находившегося под властью монгольских кочевников жужаней. Особое значение этого племени заключалось в том, что оно добывало и, очевидно, обрабатывало железо, снабжая им жужанскую орду.
Правящая династия этого племени из рода Ашина (волк), судя по её названию, была монгольского происхождения[403]. Монгольскими же являются и некоторые титулы и звания, распространённые среди тюрок, такие, как: тархан, багадур.
По данным китайской летописи Суй-шу, род (дом) Ашина образовался из смешения разных родов, кочевавших в Пхин-лян (западная часть Шэньси). В 439 г. Ашина с 500 семействами бежал к жужаням и, поселившись на южной стороне Алтайских гор, добывал для них железо[404]. Оказавшись в тюркоязычной среде, кучка монголов быстро отюречилась, но зато благодаря своей более высокой культуре и организованности заняла руководящее положение среди туземцев и стала во главе племени, которое получило название ту-кю (тюркют)[405].
В 545 г. тюркюты обратили на себя внимание китайцев (Западного Вей), которые установили с их вождём Тумынем дипломатические отношения[406]. В следующем 546 г. тюркюты, действуя как верные союзники жужаней, неожиданным нападением покорили восставших против последних телесцев и таким образом привели в подданство своему вождю 50 тысяч кибиток[407]. Усилившись за счёт покоренных, Тумынь заключил договор с Западным Вей, скреплённый браком на китайской царевне[408], и тем самым высоко поднял свой престиж не только среди подданных, но и среди других кочевников. После этого Тумынь уже не считал нужным подчиняться жужаням и восстал против них. В 552 г. жужани были наголову разбиты и Тумынь принял титул иль-кагана[409]. Оправившись от поражения, жужани продолжали борьбу, но снова и снова терпели поражения, пока, наконец, не были в 555 г. уничтожены китайцами и тюркютами.
Но ещё до этого государство Ту-кю стало неудержимо расширяться во всех направлениях. На западе военными силами тюркютов командовал Истеми, дядя одного из наследников Тумыня, Мугань-хана (553–572 гг.)[410]. К 555 г. тюркюты распространили свою власть «до Западного моря»[411], где и столкнулись с эфталитами[412], господствовавшими в Средней Азии, а около 558 г. — с уграми Западной Сибири и Южного Урала. Подчинив последних, они вышли на Волгу.
Если происхождение авар, почти за сто лет перед тем изгнавших савир из Азии, остаётся спорным, то относительно авар, ставших известными в Европе в 50-х г. VI в., имеются вполне определённые сведения. В письме сына Истеми, тюркютского кагана Дяньгу, вручённом императору Маврикию в 598 г., в изложении Феофилакта Симокатты[413] говорится следующее: «Разбив наголову вождя племени абделов (я говорю о тех, которые называются эфталитами), этот каган победил их и присвоил себе власть над ними. Сильно возгордившись этой победой и сделав Стемби-кагана (Истеми-кагана) своим союзником, он поработил племя аваров. Пусть никто не думает, что я рассказываю, будучи мало осведомлён, и не считает, что речь идёт о тех аварах, которые, как варвары, жили в Европе и в Паннонии (они прибыли в эти места много раньше времени императора Маврикия). Живущие по Истру варвары ложно присвоили себе наименование аваров. Откуда они родом, я пока ещё не буду говорить». В данном случае речь идёт об аварах — а-ба, в начале 60-х г. V в. прогнавших савир из Западной Сибири в Европу за Волгу и в 556 г. подчинённых тюркютами.
Далее говорится: «Совершил каган и другое предприятие и подчинил себе людей племени огор. Это одно из самых сильных племён в силу своей многочисленности и благодаря военным упражнениям в полном вооружении. Они живут на востоке, там, где течёт река Тиль, которую тюрки обыкновенно называют Чёрной. Древнейшими вождями этого племени были Уар и Хунни. Поэтому некоторые из этих племён получили название yap и хунни.
Когда император Юстиниан занимал царский престол, некоторая часть племён yap и хунни бежала и поселилась в Европе. Назвав себя аварами, они дали своему вождю почётное имя кагана. Почему они решили изменить своё наименование, мы расскажем ничуть не отступая от истины. Барсельт, уннугуры, савиры и, кроме них, другие гуннские племена, увидев только часть людей yap и хунни, бежавших в их места, прониклись страхом и решили, что к ним переселились авары. Поэтому они почтили этих беглецов блестящими дарами, рассчитывая тем самым обеспечить себе безопасность. Когда yap и хунни увидели, сколь благоприятно складываются для них обстоятельства, они воспользовались ошибкой тех, которые прислали к ним посольства, и сами стали называть себя аварами; говорят, среди скифских народов племя аваров является наиболее деятельным и способным. Естественно, что и до нашего времени эти псевдоавары (так было бы правильно их называть), присвоив себе первенствующее положение в племени, сохранили различные названия: одни из них по старинной привычке называются yap, a другие именуются хунни».
Таким образом, явившиеся в Европу авары не имели ничего общего ни с жужанями, за осколок которых их принимал Клапрот[414], а вслед за ним и многие другие учёные[415], ни с настоящими аварами — а-ба, а представляли собой бежавшую от тюркютов часть огор — угров, состоявшую из племён yap и хунни[416]. Название первого из них созвучно с именем авар, что и послужило причиной выгодной для беглецов ошибки. Что касается хунни, то, по-видимому, они в других известиях называются «хион» или хионитами[417]. Первые сведения о них находятся у Аммиана Марцеллина[418]. В 356–357 гг. Шапур II (309–379 гг.) с трудом удерживал их на границе Ирана. В 539 г. царь хионитов Грумбат уже в качестве союзника сопровождал шаха Ирана в походе на Амиду, где на глазах Аммиана Марцеллина погиб его сын. Китайские источники знают «хунн» — хионитов в стране Судэ — Согде, над которой они господствовали. Позже имя хионитов персы перенесли на подчинивших их тюркютов, которых называли «кермихион» (черви-хиониты). В 563 г. в Константинополь прибыло посольство от кирмахионов, по словам Феофана Византийца[419], обитавших около Океана среди авар. В данном случае имеются в виду тюркюты, жившие в земле авар в Арало-Каспийских степях. Под Океаном подразумевается Каспийское море, которое считалось заливом окружающего землю океана и смешивалось с Аральским морем.