Михаил Апостол – Стальные Клыки Мегаполиса (страница 7)

Кира подалась вперед, сокращая расстояние. Запах Алисы — смесь антисептиков, дешевых энергетиков и страха — бил в нос. Ее голос стал еще тише, едва различимым за низкочастотным гулом холодильников кафе.

— Ты сможешь найти его слабое место? Не цифровое. Мне плевать на их облачные хранилища. Мне нужно физическое сердце. Где он держит главный сервер? Где находится узел, который связывает всех этих людей в одну сеть?

Алиса прикусила губу до крови. Капелька ярко-красной жидкости выступила на коже, и Кира невольно зафиксировала на ней взгляд. Зрачки Киры расширились.

— У Валленберга через три дня ежегодный благотворительный бал в «Небесной Цитадели», — Алиса, не заметив реакции подруги, быстро заговорила дальше. — Это его личный пентхаус на вершине «Валленберг-Тауэр». Триста этажей из стекла и застывшей гордыни. Я нашла в логах упоминание о «Первичном Узле». Судя по энергопотреблению здания, он находится именно там, за бронированными перекрытиями верхнего яруса. Но туда не попасть, Кира. Это не клуб «Обсидиан». Там безопасность на уровне ядерного объекта. Сканирование сетчатки, ДНК-тесты на входе, подавители любой связи, включая квантовую. Даже если ты пронесешь туда нож, тебя распылят на атомы еще в лифте.

Кира усмехнулась, и в этой улыбке не было ни капли тепла — только холодный блеск хищника, обнаружившего лазейку.

— Для этого нам и нужна Марго. Она может очаровать даже лазерный сканер сетчатки, если ей дать правильную помаду и нужный тон голоса. Она — единственная из нас, кто умеет ходить по коврам стоимостью в бюджет небольшого города и не выглядеть при этом наемницей.

— Марго еще не знает? — Алиса поправила очки, которые постоянно сползали с ее переносицы.

— Она в курсе, что мы залезли в осиное гнездо. Но такие новости... о ферме, о Лене... их лучше сообщать лично. Валленберг — это не просто очередной «кровосос» из подворотни, которого я могу прижать к стене и вытрясти душу. Это вершина пищевой цепочки. Если мы пойдем против него, пути назад не будет. Нас не просто убьют. Нас объявят террористками, хакерами-убийцами, врагами общества. Они сотрут наши личности еще до того, как мы доберемся до их горла.

Алиса посмотрела на свои руки. Они всё еще дрожали, но теперь это была не дрожь наркомана, ищущего дозу, а лихорадочное возбуждение игрока, поставившего на кон всё. Гнев — холодный, кристально чистый гнев — начал вытеснять панику.

— Они забирают у людей время, Кира. Буквально. Секунды, минуты, годы жизни. Превращают их мечты и чувства в цифры в своих бухгалтерских ведомостях. Если мы их не остановим, через десять лет этот город станет просто огромным склепом, где мертвецы в дорогих костюмах управляют послушными зомби.

Кира медленно кивнула, чувствуя, как внутри нее окончательно затихает страх, уступая место ледяной решимости.

— Значит, решено. Мы идем в «Цитадель». И мы сожжем эту ферму дотла.

— Решено. Мы в игре, — голос Киры прозвучал как лязг затвора, сухой и окончательный. Она подалась вперед, и свет низко висящей над столом лампы подчеркнул острые скулы и холодный блеск в глазах. — Алиса, мне нужно, чтобы ты создала нам «цифровые маски» для этого бала. Мы не просто пойдем туда — мы должны просочиться сквозь их фильтры, как вирус в систему. Мы войдем туда как свои. Самые богатые, самые успешные, самые... аппетитные.

Алиса, чьи тонкие пальцы беспрестанно подрагивали — то ли от избытка кофеина, то ли от фантомных болей в венах, которые когда-то сосали «высшие», — снова уткнулась в экран своего модифицированного лэптопа. На ее бледном лице отражались бегущие строки кода, превращая ее в подобие киборга.

— Это будет чертовски непросто, — пробормотала она, и Кира заметила, как подруга непроизвольно коснулась высокого воротника свитера, скрывающего старые шрамы от клыков. — Система «Гестия» — это не просто брандмауэр, это гребаный цифровой Цербер. Она считывает не только документы, но и биометрию, социальный капитал, даже историю транзакций за последние десять лет. Но... я могу попробовать. Я создам вам профили «Золотых доноров». В их мире это высшая каста смертных. Те, чья кровь стоит как коллекционное «Шато Марго» и чьи счета позволяют покупать страны. Система сама захочет, чтобы вы были там. Она расстелет перед вами красную дорожку.

Они провели в этом полуподвальном кафе, пропахшем горелыми зернами робусты и сыростью старого кирпича, еще три часа. Время тянулось густо, как венозная кровь. Перед ними на столе, среди крошек и пятен от чашек, лежали распечатки схем охраны и трехмерная голограмма здания, вибрирующая в воздухе.

Алиса, перейдя в режим технического транса, объясняла детали, которые заставили бы любого профессионального вора поседеть. Она говорила о сенсорах движения, реагирующих на ритм сердца, о том, почему стандартные радиопередатчики в стенах «Обсидиана» превратятся в бесполезный мусор из-за активного глушения, и как она планирует внедрить «червя» в систему управления лифтами.

— Если я смогу перехватить протокол «Олимп», лифты станут нашими клетками или нашими экспрессами на волю, — Алиса на мгновение оторвалась от экрана, ее зрачки были расширены. — Но учти, Кира, как только я нажму «Enter», обратного пути не будет. Мы станем для них не просто нарушителями, а системной ошибкой, которую они захотят исправить максимально кровавым способом.

Кира слушала, впитывая информацию каждой клеткой тела. Её мозг работал как тактический компьютер, просчитывая траектории отхода и точки столкновения. Она чувствовала, как внутри просыпается тот самый зуд — темное, первобытное удовольствие от близости опасности. Это пугало её. Каждый раз, готовясь к охоте, она ловила себя на мысли, что ждет момента, когда сможет пустить кровь этим бессмертным ублюдкам. Не ради справедливости. А ради самого процесса. Она боялась, что регенерация, которая после каждой стычки затягивала её раны всё быстрее, когда-нибудь превратит её в нечто, что она поклялась уничтожить.

В какой-то момент Алиса резко замерла. Её пальцы, только что порхавшие над клавишами, застыли, словно приклеенные. Тихий гул вентилятора ноутбука показался в наступившей тишине оглушительным.

— Кира... — голос Алисы сорвался на шепот, полный подспудного ужаса.

— Что? — Кира уже положила ладонь на рукоять «Стингера», спрятанного под курткой.

— Кто-то... кто-то пытается пробиться через мой VPN. Прямо сейчас. Это не автоматический поиск. Это целенаправленный взлом. Они обходят мои зеркала как горячий нож сквозь масло.

— Уходим, — Кира мгновенно встала, её движения приобрели ту пугающую, ртутную грацию хищника, которой она так опасалась. Она схватила куртку, набрасывая её на плечи одним рывком.

Алиса захлопнула ноутбук с таким звуком, будто забила гвоздь в крышку гроба, едва не прищемив свои длинные, нервные пальцы. Они быстро вышли из кафе через черный ход — узкую, вонючую дверь, ведущую в лабиринт проулков.

Ночной воздух ударил в лицо влажным холодом и запахом озона. Мегаполис вокруг них задыхался в собственной роскоши, сплевывая на асфальт кислотный дождь. Неоновые вывески вдалеке резали сумерки, окрашивая лужи в цвет дешевого розового шампанского и тревожной, темной меди.

— За нами хвост? — прошептала Алиса, прижимая кейс с ноутбуком к груди так сильно, будто это был её единственный щит против мира. Её дыхание было прерывистым, она явно боролась с желанием оглянуться.

— Не оборачивайся, — Кира жестко взяла её под руку, ведя быстрым, размашистым шагом. — Иди спокойно. Плечи расслабь. Мы просто две подруги, которые засиделись в баре и теперь спешат домой.

Но Кира чувствовала это каждой порой своей кожи. То самое покалывание в затылке, инстинкт, отточенный годами выживания в бетонных джунглях. За ними следили не люди. Люди шумят: их выдает тяжелое дыхание, скрип подошв, запах пота, пропитанного страхом. Те, кто шел за ними сейчас, были тихими, как могильные тени. От них веяло неестественным, древним холодом, который пробивался даже сквозь плотный смог и вонь выхлопных газов проносящихся мимо машин. Это был запах старой пыли, дорогого парфюма и смерти.

— Впереди метро, — скомандовала Кира, завидев сияющую букву «М», которая в этом тумане казалась порталом в другое измерение. — Нам нужно разделиться. Сейчас. Ты прыгаешь в первый же поезд, неважно куда он идет. Едешь до конечной, там пересаживаешься на автобус, меняешь три маршрута. Домой не иди, там наверняка уже «гости». У тебя есть «тревожный рюкзак» в камере хранения на вокзале?

— Да, — Алиса кивнула, её лицо в свете уличных фонарей казалось белым, как погребальный саван. — Я... я справлюсь.

— Бери его и дуй на конспиративную квартиру Марго. Она знает, что делать. Я проверю, кто эти ребята, и приду следом. Если через два часа не появлюсь — сжигай все мосты.

— Будь осторожна, Кира, — Алиса на секунду сжала её ладонь своими ледяными пальцами. — Если они знают про меня, если они выследили мой код... значит, они знают и про тебя. Они не просто охотятся. Они играют.

— Пусть знают, — Кира хищно оскалилась, обнажая зубы. В этот момент она выглядела опаснее любого из тех, кто шел по их следу. — Мне легче будет их считать, когда я начну вырывать им позвоночники.

Они вбежали в ярко освещенный, пахнущий озоном и жженой резиной вестибюль метро. Алиса, не оглядываясь, нырнула за турникеты, мгновенно смешиваясь с толпой редких ночных пассажиров — усталых клерков и полупьяных тусовщиков. Кира же нарочито медленно задержалась у массивной гранитной колонны, делая вид, что увлеченно ищет что-то в своей бездонной сумке.