Михаил Антонов – Война в сарае (страница 5)

С «Грифона» осторожно доставили модуль управляющего искина. Его установили в ядро системы истребителя, и холодный синий свет озарил изнутри прежде тёмную кабину, наполнив корабль новой, бездушной жизнью. Та же процедура повторилась с каждым торпедоносцем.

Затем наступил черёд генераторов защитного поля. Компактные устройства, снятые со складских запасов линкора, были вживлены в силовые каркасы кораблей.

Но главная магия творилась у двигателей. Тёма провёл их глубокую перенастройку, форсируя реакционные камеры до критических значений. Он жертвовал их и без того недолгим ресурсом ради минут предельной мощи. С каждого двигателя сняли все предохранители, а системы охлаждения перевели на экстренный цикл. После такой переделки они должны были выжать всю скорость до последней капли.

— Тёма, прогони ещё раз симуляцию атаки. Детали. Хочу быть уверен, что ничего не упустили.

— Тактика: «Бумеранг». Фаза первая: Беспилотный истребитель, обозначенный как «Приманка», совершает скоростной проход на дистанции эффективного поражения станции. Он осуществляет залп из ракет малой дальности по внешним сенсорам и точкам ПВО. Цель: спровоцировать реакцию и идентифицировать себя как главную угрозу. Фаза вторая: «Приманка» ложится на обратный курс и на максимальной скорости, предоставляемой форсированными двигателями, уходит от станции, увлекая за собой дежурные силы прикрытия — предположительно, рейдеры. Фаза третья: В момент, когда погоня пересекает условный рубеж, три торпедоносца, находившиеся в режиме радиомолчания на дальней дистанции, выходят из скрытного режима и совершают скоординированную торпедную атаку по жизненно важным узлам станции — реакторным отсекам и ангарам. Залп осуществляется с трёх разных векторов. Фаза четвёртая: Не вступая в бой, торпедоносцы, используя манёвренные двигатели, разворачиваются и уходят в противоположную от «Приманки» сторону. Это вызовет когнитивный диссонанс у преследователей: разделиться для погони или вернуться для защиты повреждённой станции. Расчётная эффективность: 87 %. Ключевой фактор успеха — фактор неожиданности и дисциплина хронометража. Артём, работы по модернизации завершены. Все торпедоносцы и истребитель обеспечены необходимым вооружением, — доложил Тёма, откладывая планшет с отчётом.

— Тёма, а сколько торпед размещено на торпедоносцах? — раздался из динамика спокойный, но требовательный голос.

— По одной на каждом торпедоносце.

— А давай ещё по одной закинем на них.

— Артём, увеличение боекомплекта существенно скажется на скорости.

— А скорость им потребуется на завершающей стадии операции, когда они будут удирать от преследователей. Поэтому прошу тебя: размести на торпедоносцах ещё по одной торпеде. Есть мнение, что в данном случае количество перейдёт в качество. А также помудри с двигателем «Грифона». Не знаю, чип-тюнинг сделай, что ли. Сдаётся мне, что и «Грифону» не помешает пара лишних «лошадиных сил».

— Артём, данные единицы измерения не совсем применимы в нашем случае, но я понял, что ты имел в виду. Расчёт произведу.

Решив, что время зря терять не стоит, я заказал пищевому синтезатору стакан светлого ледяного пива и к нему — ароматную нарезку вяленой рыбы. Ну а что? Даже на краю галактики перед боем можно позволить себе немного расслабиться.

Примерно через двадцать минут Тёма снова вышел на связь:

— Дополнительные торпеды закреплены, программное обеспечение управляющих систем двигателя «Грифона» обновлено. В принципе, мы готовы выдвигаться.

Прямо так, со стаканом остывающего пива в руке, чувствуя прилив азарта и боевое настроение, Артём отдал команду о начале операции.

Все четыре небольших юрких кораблика, словно стайка хищных рыб, выскользнули из ангарной палубы 112-го. Буксировочные тросы натянулись, как струны, и мы медленно пошли на разгон.

Мы вышли из прыжка на предельной дистанции от пиратской станции — на самой границе досягаемости наших систем наблюдения. Буксировочные тросы расцепились, и наши кораблики, словно сорвавшиеся с привязи псы, помчались по прямой к пиратской базе на бешеной скорости.

Всё пошло по плану. Истребитель, сверкнув бликами далёких звёзд, рванул вперёд, оторвался от торпедоносцев и первым нанёс ракетно-плазменный удар по станции. В темноте вакуума вспыхнули два небольших, но ядовито-зелёных взрыва, за которыми последовала целая серия ослепительных всполохов. От этого зрелища по моему сердцу протекла тёплая волна удовлетворения — процесс пошёл.

Истребитель, словно серебристая искра, резко рванул вверх и вправо. Следом за ним, словно разъяренные шершни из потревоженного гнезда, от пиратской станции сорвались пять рейдеров и два крейсера. Их двигатели выжгли в черноте космоса ядовитые шлейфы выхлопов.

— Артём, торпедоносцы вышли на дистанцию атаки. Торпеды запущены! — доложил Тёма, и его голос прозвучал как выстрел.

Вот она, моя мечта о возмездии, воплощенная в сталь и плазму! На фоне уродливой металлической громады станции вспыхнула одна ослепительно-белая вспышка, а за ней, почти мгновенно, — вторая. Два солнца, рожденные для смерти, на секунду осветили весь сектор.

— Артём, две из шести торпед достигли цели.

— Тёма, а почему только две? Где еще четыре?

— Четыре торпеды были уничтожены системами ПВО.

Вот зараза... Сквозь стиснутые зубы я мысленно послал вслед не штатно сработавшим боеприпасам пару крепких выражений.

— Каковы результаты атаки?

— Станции клана «Псы Войны» нанесён критический урон. Вместе с тем сообщаю: весь флот клана, находящийся на внутреннем и внешнем рейдах, преследует наш истребитель и торпедоносцы.

— Действуем по ранее согласованному плану! — скомандовал я, чувствуя, как адреналин сжимает горло. — Пусть сбрасывают и активируют мины и на максимальной скорости двигаются к нам. Разворачиваемся и готовимся к разгону. Как только буксировочные тросы их захватят — уходим!

Истребитель и торпедоносцы, задействовав все резервы дополнительных генераторов, окутались мерцающими силовыми полями и уверенно отрывались от преследователей. Но, как бы грустно мне это ни было, минная атака оказалась малоэффективной: на радаре я не заметил, чтобы кто-то из преследующих наши кораблики был серьезно поврежден.

Мы уже набирали разгон, и в тот миг, когда кораблики коснулись захватов буксировочных тросов, вся сцепка содрогнулась и рванула в прыжок, оставив за спиной разъяренных, но бессильных что-либо сделать пиратов.

Выход из прыжка прошел на удивление гладко. Тёма сразу же передал ожидающему нас небольшому флоту из бывших пиратских кораблей сигнал о готовности к атаке. Мы поспешили занять позицию за построением нашей скромной армады.

Я не отрывал взгляда от главного экрана. И вовремя: из мерцающего следа прыжка, с грохотом, разрывающим саму ткань реальности, вывалилось более двадцати боевых кораблей «Псов Войны». Грозная, прекрасная в своей смертоносности картина.

Я успел прошмыгнуть в тыл моей небольшой боевой группы и, затаив дыхание, стал ждать, когда алчные красные метки на обзорном экране выйдут на дистанцию атаки.

— Тёма, как у нас дела? Какие перспективы? Сможем ли мы достойно встретить преследователей, выставить мой десяток против двадцати двух? И, кстати, что по поводу твоих боевых вирусов?

— Артём, вероятность благополучного исхода в настоящий момент равна 62 %. Заражённые информационные пакеты получены тремя из двадцати двух пиратских кораблей.

— Отличная новость! Значит, смотри: пусть эти три корабля немного отстанут от основной группы и как только начнётся перестрелка, выстрелят в тыл нападающим. Начнётся суматоха, и наши шансы на победу сильно увеличатся.

— Артём, есть мнение, что этого не потребуется.

— Что ты имеешь в виду?

— Как только пиратские корабли вошли в систему, транспондеры наших кораблей идентифицировались как принадлежащие клану «Псы Войны». Произошёл кратковременный обмен информационными пакетами. Те три корабля, которые я озвучил, уже передали сигнал, что их системы инфицированы. Но, твоими словами, это лишь первые ласточки. Практически все двадцать два корабля заражены и в ближайшее время уничтожат свой собственный экипаж, после чего перейдут под полный наш контроль.

— Ну, Тёма, ты и монстр! — у меня вырвался смешок облегчения. — Было десять, стало тридцать два. Круто! Теперь надо думать, что нам делать дальше.

А думать действительно было над чем. Во-первых, мне срочно нужны были деньги… тьфу, кредиты. Мне нужно было приобрести самую большую мобильную судоверфь из всех, что были на рынке, — работы в системе «Омега-9» непочатый край. Также мне необходимо было приобрести ещё больше искинов: мне захотелось оживить те истребители и торпедоносцы, которые выжег дредноут Империи Зудо. Для этого выдранных из пиратов нейросетей мне не хватит. Хотя на вновь прибывших кораблях будет прилично этих устройств, но всё равно надо возвращаться на Землю, обучать Вячеслава, провернуть как минимум ещё одну сделку с кокаином — уж больно серьёзный выхлоп был от неё.

И всё же я определился.

— Все новые двадцать два пиратских корабля в автоматическом режиме перегоню в систему «Омега-9» и там уже проведу их модернизацию с установкой дополнительных четырёх искинов на каждый для полной автономности. Своими силами, силами небольшого количества ремонтных дройдов, мне делать этого больше не хочется. Задействуем искин-112, пусть работает. А восемьдесят восьмой подождёт. Тёма, готовь корабли к прыжку в систему «Омега-9», а остальные оставляем в засаде — может, ещё кто заскочит.