Михаэль Пайнкофер – Князь орков (страница 64)
А потом закричала:
— Если ваши жизни дороги вам, бегите!
— Что? Я должен бежать? — воскликнул охотник за головами. — Но ведь я еще не все карманы набил и…
— Оставайся и умри — или беги, и будешь жить! — кричала эльфийка. — Это твое решение, дурак!
Всего мгновение охотник за головами и орки стояли в нерешительности, озадаченно переглядываясь. А потом Раммар подмигнул брату — и они тут же пришли к единодушному решению по поводу того, что нужно сделать: еще когда охотник за головами гнал их по склонам Острых гор, связанными, спина к спине, оба орка придумали план, и вот теперь пришло время воплотить его в жизнь!
Раммар поднял
— Эт-то еще что такое? — пробормотал он.
— Как что? — с ухмылкой ответил Раммар. — Ты что же, действительно думаешь, что мы станем делить сокровище с тобой? Мы орки — а орки не делятся, если могут взять все!
Корвин затравленно смотрел на Раммара.
— Разве вы не слышали, что сказала Аланна? Там, внизу, в глубине пробудилось нечто, и мы должны бежать, если не хотим, чтобы оно нас уничтожило.
— Ха! — выдавил Раммар, и его налитые кровью глаза сверкнули от жадности. — На такую чушь мы не поведемся. Я же знаю, о чем вы с эльфийкой перешептывались за нашими спинами!
— Проклятие, ты, рожа орочья! — хрипло кричал Корвин. — Что ты мелешь?
— Мы с Бальбоком всегда знали, что вы попытаетесь надуть нас. Но вы не приняли в расчет хитрость орков, и за это теперь поплатитесь. Вперед, Бальбок, накорми его собственными стрелами!
— Святотатство! Кощунство! — кричала с платформы Аланна, вне себя от отчаяния. — Бегите, глупцы — или проклятие Тиргас Лана настигнет вас. Страж пробудился!
— Какой еще страж? — презрительно засопел жадный Раммар. — Думаешь, несколько толчков и стонов произведут на меня впечатление? Раммар Резкий противостоял гулям и берсеркеру, и гнилое эльфийское колдовство меня не испугает. Вперед, Бальбок!
—
— Вы, жалкие предатели! — бушевал Корвин. — Вы, презренные скоты! Надо было Аланне оставить вас карликам!
— Надо было, — согласился Раммар, — но теперь для подобных размышлений уже слишком поздно. Если кто-то здесь и останется, то это будешь ты, жалкий
Он умолк на полуслове, когда что-то пролетело прямо рядом с ним и застряло в паре шагов в куче золотых монет и украшений.
Это была стрела, и Раммар тут же понял, что стрела это гномья!
Толстенький орк озадаченно хрюкнул и обернулся, чтобы увидеть, что Аланна уже не одна. Незамеченные орками и охотником за головами, на каменной платформе появились с полдюжины гномов. Они угрожали копьем эльфийке и злобно таращились на орков и человека. Если бы Раммар умел различать их лица, то парочка из них могли бы показаться ему знакомыми — а так он не видел ничего, кроме оскаленных зубов и желчно-желтых глаз, слышал преисполненное ненависти похрюкивание зеленого отродья.
— Ловушка! — в ужасе воскликнул Корвин, а Бальбок окончательно вышел из себя.
— Гномы! — с отвращением воскликнул он, совершенно забыв о том, что должен был всадить охотнику за головами в грудь стрелу. — Откуда они здесь взялись?
— Мне все равно! — зарычал Раммар, поднимая
На этот раз худощавый не колебался, его стрела рванулась с тетивы и вонзилась в шею гнома, который, забулькав, перегнулся через балюстраду, упал и приземлился на золото.
Его товарищи яростно зарычали и подбежали к каменным перилам, чтобы броситься на своих заклятых врагов. Раммар и Бальбок ожидали нападения, Корвин тоже вынул из ножен меч.
— Исчезни, охотник за головами! — крикнул ему Раммар. — Нам не нужна твоя помощь, чтобы разобраться с парочкой каких-то жалких гномов!
В этот момент из ведущего в сокровищницу коридора донесся пронзительный крик, и на платформе показались еще добрых две дюжины гномов.
Раммар тут же передумал.
— Ну ладно, человек. Можешь оставаться. Но только потому, что сегодня я в хорошем настроении…
И вот уже первые гномы налетели, и орк ударил своим
Тем временем Бальбок спустил с тетивы стрелы, достав двух гномов прежде, чем они успели подбежать ближе. А Корвин орудовал своим мечом-бастардом; тяжелый клинок свистел в воздухе, рассекая нападающих прямо по талии. Тоненькие ножки гномов-вояк проходили еще пару шагов, словно не понимая, что произошло и какой жалкий конец постиг их владельца, а потом подкашивались.
— Ну, погодите, зеленолицые подонки! — рычал охотник за головами. — Вы осмелились тронуть эльфийскую священнослужительницу — и за это, черт побери, поплатитесь!
И, чтобы придать своим словам больше веса, он тут же обезглавил следующего нападающего, голова которого отлетела в сторону. Еще три удара меча — и Корвин добрался до каменной платформы, подтянулся и влез на балюстраду, не обращая внимания на направленные на него клинки и копья.
Бальбок послал вверх добрых полдюжины стрел, и столько же гномов рухнули замертво. Поскольку после этого колчан за его спиной опустел, он отбросил в сторону лук и недолго думая схватил золотую секиру, лежавшую на груде драгоценных камней. Она была искусно украшена, в рукоять были вставлены бриллианты, но Бальбок, издавая дикий неудержимый рев, размахнулся ею, словно грубым боевым молотом.
Возможно, эльфийское оружие было не таким массивным, как его орочья секира, а лезвие не столь острым даже в первом приближении — но, когда исполинский орк противостоит в битве гному, который достает ему аккурат до пояса, острота оружия не играет особой роли. Сверкающее драгоценными камнями лезвие исправно опускалось, и те из гномов, кто не успевал достаточно быстро увернуться, падали с размозженной головой.
— Вперед, брат! — кричал Раммар. — Охотник за головами и эльфийка не должны уйти от нас!
— Почему? — спросил Бальбок в пылу сражения.
— Дурацкий вопрос — кто-то же должен помочь нам, в конце-то концов, нести все эти богатства! — Раммар грязно ухмыльнулся и оба бросились к платформе. Два гнома, попавшиеся им на пути, рухнули просто наземь и попали оркам под ноги — что при весе Раммара было смертельно.
Орки добрались до платформы. Бальбок взлетел наверх одним прыжком, Раммар, болтая ногами, подтянулся на балюстраду, приложив немало усилий. Его хотели было встретить острия гномьих копий, когда мощный удар секиры смел горе-копьеносцев в сторону. Бальбок очищал платформу от гномьего отродья, и Корвин в этом ему помогал. С трудом верилось, что только что орк и охотник за головами были самыми настоящими врагами.
Объединив усилия, они избавились от противников еще до того, как Раммар преодолел балюстраду (причем ему почему-то потребовалось на это больше времени, чем теоретически было необходимо). Зеленая кровь заливала каменную платформу, повсюду валялись тела убитых врагов и отрубленные части тел. А посреди всего этого стояли два последних гнома.
Шипя от ненависти, они угрожали Аланне копьями. Их наконечники были смазаны ядом; достаточно было одной-единственной царапины, чтобы даже эльфийка умерла в течение нескольких мгновений. Острия копий находились в опасной близости от шеи жрицы.
— Осторожно! — крикнул Корвин оркам, когда те хотели броситься на оставшихся врагов. — Если мы нападем, они убьют Аланну!
— Ну и что? — выдавил из себя Раммар, сопя не от кровожадности, а от того, что запыхался, перелезая через балюстраду. — Лучше эльфийку, чем меня!
— Жалкий червяк! — возмутился Корвин. — Она спасла тебе жизнь, а ты хочешь вот так просто пожертвовать ею?
— Я тоже спас ей жизнь, — ответил Раммар. — Так что мы, пожалуй, квиты!
— Ты не имеешь права подвергать ее жизнь опасности!
— А ты не имеешь права мной командовать, молочнолицый!
— Ты за это поплатишься!
— Ты первый, ты…
Гномы, удивленно переводившие взгляд с одного на другого, начали заметно нервничать. Было видно, что они вот-вот потеряют терпение и сделают то, к чему их подталкивали низменные инстинкты, а именно — просто кольнут и прольют как можно больше крови, прежде чем сами окажутся в темной яме Курула.
— Скажите-ка, спорщики! — обратилась Аланна к своим якобы спасителям, приводя тем самым гномов в еще большее недоумение. — Вы не задумывались над тем, что я тоже имею право вставить словечко?
Орки и охотник за головами прервали свой диспут.
— А что тут говорить? — удивленно спросил Корвин.
Раммар и Бальбок одобрительно кивнули.
— Ну, к примеру, могли бы спросить меня, способны ли какие-то гномы вообще угрожать эльфийской священнослужительнице, — быстро ответила Аланна, и в следующий миг случилось нечто такое, на что не рассчитывал никто, а меньше всех — два гнома-воина.
Потому что на ладонях эльфийки внезапно вспыхнуло голубое пламя, настолько яркое, что все присутствующие на мгновение ослепли. Это мгновение Аланна использовала для того, чтобы молниеносно обернуться вокруг своей оси, а когда свет вновь погас, оба гнома-воина лежали на полу в конвульсиях и через секунду в муках скончались.