Михаэль Пайнкофер – Клятва орков (страница 28)

Щит отлетел в одну сторону, Раммар — в другую. Орк перекувыркнулся и ударился о стену, окружающую арену. Оглушенный, он сполз вниз и остался лежать не шевелясь. Противника своего он видел сквозь мутную пелену. Это был горный тролль, в ширину почти такой же необъятный, как и в высоту, серая кожа его напоминала изъеденные непогодой камни. Грудь тролля была обвита железными цепями со звеньями величиной с кулак Раммара. Концы цепей были вмурованы в стены арены и мешали троллю перепрыгнуть ограждение и напасть на зрителей. Но даже с учетом этого ограничения тролль был противником смертоносным и сильно превосходящим силой орка.

Свой сапарак Раммар отбросил давным-давно, копьем он мог разве что поцарапать тролля. Но орк решил не делать этого, а просто спрятался под щитом, хотя эта тактика спасла его ненадолго.

— Уважаемые зрители! — громко и насмешливо зазвучал над ареной голос распорядителя. — Может быть, на этом бой должен закончиться? И нашему толстому чудищу не нужно больше противостоять свирепой дремучей силе тролля?

— Оооо! — сочувственно вздохнули трибуны.

— Никто не может сказать, что на арене Сундарила неравный бой! — продолжал распорядитель арены. — Мы дадим толстому чудовищу маленькое подкрепление. Приветствуйте вместе со мной восходящую звезду! Несколько дней назад он прибыл к нам, неведомый никому, но за это короткое время завоевал себе место в наших сердцах своими мужеством и храбростью. Дорогие дамы и господа, приветствуйте его на арене состязаний! Вот он — Бальбок Беспощадный!

Трибуны взорвались шквалом аплодисментов. Зарешеченные ворота, ведущие на арену, распахнулись, и на песок ступил брат Раммара… Ровным шагом, с выпяченной от гордости грудью.

— Баль-бок! Баль-бок! — восхищенно пронеслось по рядам, к вящей радости долговязого орка и к огромному неудовольствию Раммара.

Вот уже восемь дней находились они в Сундариле в качестве аренных борцов, потому что этот проклятый фон Бут предал их, — восемь дней, в течение которых Бальбок сделал все возможное, чтобы снискать благосклонность молочнолицых. Раммар спрашивал себя, что же такого сделал его глуповатый брат, чтобы заслужить такой прием публики. Конечно, он раскрошил на куски огра, разобрал на составляющие нескольких гладиаторов и швырнул их трепещущие тела на арену на потеху публике, завалил гуля, хотя тот изменил свою внешность и притворился Раммаром, и задушил гигантскую змею голыми руками. Все это не объясняло того, что его приветствовали с таким восторгом, — или все-таки объясняло?

— Пфф! — презрительно произнес Раммар, преисполнившись ревности — в то же время безмерно радуясь тому, что ему на помощь пришел необычайно глупый, но от этого не менее полезный брат. — Чего ты ждешь, умбал? — крикнул толстяк Бальбоку через всю арену. — Смотри мне! Забей эту вонючую гору мяса, чтобы мы могли как следует поужинать!

Озадаченный словами распорядителя арены и шквалом аплодисментов зрителей, тролль замер в центре круга. Его маленькие глазки, затиснутые в черепе, который выглядел как холмообразное возвышение над бесформенным туловищем монстра, подозрительно блестели. Крик Раммара заставил урода обратить внимание на Бальбока, который все еще купался в лучах славы, не обращая внимания на опасного противника, — и в следующий миг тролль обрушился на орка.

— Осторожно, умбал!

Только после повторного окрика Раммара Бальбок переключил свое внимание со зрителей, которым он широко ухмылялся, на арену и увидел, что на него несется тролль, ростом почти вдвое выше орка. Горный тролль взмахнул деревянной булавой, так что воздух засвистел. Цепи на груди он тащил так, словно те и не весили ничего. Бальбок отреагировал молниеносно. Ухмылка исчезла с его лица, простодушие осталось, но когда булава тролля с грохотом опустилась, орка на том месте, где он стоял еще мгновение назад, уже не было.

Бальбок легко отпрыгнул в сторону и таким образом ушел от смертоносного удара, оставившего глубокую воронку на песке арены. Тролль яростно зарычал, а аплодисменты на рядах зрителей зазвучали еще громче.

— Баль-бок! Баль-бок! Баль-бок…

Орк взмахнул секирой, делая выпад скорее для того, чтобы проверить дистанцию, чем для того, чтобы атаковать всерьез. Тролль ответил на это душераздирающим ревом и очередным ударом, угодившим в стену арены с такой силой, что во все стороны полетели осколки камня.

Бальбок снова сумел уйти, хотя и не с такой легкостью, как раньше. Он попятился назад и потерял равновесие, упал на спину в песок арены, а тролль тут же возник рядом с ним огромной, нависающей горой. Притопывая, гигант хотел раздавить орка, словно какого-нибудь жука, но орк рефлекторно взмахнул секирой, попал по ступне тролля и отрубил ему большой палец.

Тролль, взвыв от боли и ярости, прыгнул вперед, прямо на Бальбока. Он прыгнул бы и дальше, если бы не цепи, вмурованные в стену арены. Громила обернулся и оскалил зубы, глаза его, налитые кровью, искали противника и не могли его обнаружить.

Бальбок воспользовался моментом: он поднялся, зашел за спину троллю и оттуда атаковал. Секира орка описала широкую дугу, нацеливаясь между лопаток этой гигантской груды мяса.

Но атака не была успешной.

Повинуясь инстинкту, тролль упал на спину. Бальбок был этим настолько удивлен, что не смог ни завершить удар, ни убраться на безопасное расстояние. Массивное тело тролля швырнуло орка в стену, и беднягу зажало между твердой стеной и не менее твердой спиной тролля.

Бальбок услышал, как хрустнули его кости, внезапно у него зашумело в ушах, что не предвещало ничего хорошего. Из его горла вырвался стон, сопровождаемый фонтаном крови, выплеснувшимся на арену.

— Баль-бок?

Выкрики зрителей смолкли, когда те увидели, как их герой исчезает под тролльей массой. Под дикие вопли горный тролль несколько раз бросился на стену. Можно было видеть только руку или ногу его достойного сочувствия противника, и публика начала уже опасаться, что это, вполне вероятно, последний бой Бальбока.

Постепенно настроение начало изменяться не в его пользу.

— Тролль! Тролль! Тролль! — принялись выкрикивать отдельные зрители, и все больше и больше глоток присоединялось к общему хору.

Горному троллю, который все равно не понимал языка людей, было совершенно безразлично, что кричат там наверху — для него было важно лишь расправиться с противником, который его так бесчестно покалечил.

Словно медведь, которого донимают блохи, он принялся тереться спиной о стену, но Бальбок был выносливее, чем предполагали тролль и зрители, хотя кости орка трещали, и у него было такое чувство, что его постепенно раздавливают. Нахлынувшая ярость вылилась в чистейшей воды саобх, который на миг придал долговязому неорочьи силы.

Упершись спиной в стену, а ногами — в тролля, Бальбок смог немного сдвинуть противника. Благодаря этому орк высвободился и оглушенный рухнул на арену.

По рядам зрителей пронесся удивленный шепоток, и с другой стороны ристалища, где Раммар на безопасном расстоянии наблюдал за битвой, раздалось нервное «ну, наконец-то, мешок с шноршем ты этакий! Я уже подумал было, что ты позволишь раздавить себя, словно личинку!».

Тролль в ярости обернулся и обрушил на Бальбока булаву, и орк, у которого болела каждая косточка в теле и который с трудом хрипло дышал, едва собрался с силами, чтобы увернуться. В самый последний миг ему удалось откатиться в сторону. Хотя удар задел его, но все же недостаточно сильно, чтобы нанести серьезную рану.

Бальбок, шатаясь, с трудом поднялся на ноги. Шлем свой он давно потерял, из уголка рта у него текла кровь. Сквозь пелену орк увидел, что тролль снова атакует, и понял, что нужно срочно заканчивать бой — иначе закончится его жизнь.

Что же касается зрителей, то они, несмотря на неожиданное освобождение Бальбока, обрели нового фаворита.

— Тролль! Тролль! Тролль! — подзадоривали они серую груду мышц, которая, в общем-то, не нуждалась в дополнительном стимуле.

Воя и рыча, тролль размахнулся, чтобы впечатать Бальбока в арену следующим ударом, но орк внезапно исчез.

В течение нескольких мгновений прямолинейный разум долговязого создал такой же прямолинейный план, и Бальбок немедленно претворил его в жизнь. Волоча за собой тяжелую секиру, он оббежал тролля и помчался к тому месту у стены, где были вмурованы цепи.

— Бог-ухг! — возмущенно заорал Раммар. — Жалкий слабак! Ты что же, хочешь трусливо сбежать?

Бальбок был слишком занят, чтобы ответить на упрек. Вместо этого прицелился и ударил по металлической скобе.

— Что ты творишь, жалкий умбал? Что, тролль размозжил остатки твоих мозгов? — в отчаянии кричал Раммар. — Не стену крушить нужно, а его!

Бальбок не обращал внимания. Он снова и снова наносил удар, в то время как тролль продолжал ломать голову над тем, куда подевался противник. С каждым ударом огромной секиры стена все больше и больше крошилась, высвобождая крепление цепи.

После этого Бальбок бросился бежать, спотыкаясь, к противоположному концу арены.

— Жалкая рубленая морда! Молочнолицые уже смеются над тобой! — причитал Раммар. — Неужели мне нужно выйти и показать, как справиться с этим жалким горным троллем?

И точно, зрителям показалось, будто орку досталось в битве с троллем, поэтому смех был громким и злорадным. Бальбок на все это не обращал внимания. Он привык, что его считают глупцом. Но с его точки зрения, глупцами были те, кто в конце концов остается в проигрыше…