Михаэль Бергман – Кто обыграл Гроссмейстера? (страница 3)
Занятия по личностному росту? «Психокульт! Они сделают из вас раба!»
Он создал целую вселенную, где за каждым углом подстерегала «тоталитарная секта». Он превратил страну в минное поле, где любая новая идея, любая книга, любая практика – потенциальный взрыватель.
А для чего это всё? А для того, чтобы, когда он наконец придет к Гроссмейстеру, он придет не как одинокий чудак. Он придет как спаситель нации, как голос тех самых перепуганных теть Маш.
И, наконец, последний, но важнейший элемент информационной системы, выстроенной профессором. Эхо. Любой центральный сигнал был бы бесполезен, если бы его не отражали и не усиливали на местах. В каждом регионе у профессора была своя сеть. Местные епархиальные отделы, «патриотические» клубы и, конечно, районные газеты.
Гроссмейстер строил вертикаль власти. Но профессор понимал: любая вертикаль держится на горизонтали – на том, что у людей в головах. И если эту горизонталь правильно забетонировать, вертикаль будет стоять вечно, даже если давно сгнила изнутри.
Он не просто стучался в дверь власти. Он сначала поджег общественное мнение, а потом прибежал с ведром «сектоведения» и закричал: «Пожар! Только я знаю, как тушить! Дайте мне полномочия!»
Гроссмейстер посмотрел в окно, увидел зарево паники, которое сам же профессор и раздул через телевизор, и сказал: «Действуй. Вот тебе Минюст. Вот тебе законы. Туши».
Это было не просто убеждение. Это был шантаж. Шантаж страхом. Он не доказывал свою правоту власти. Он сделал так, что сама власть пришла к нему за спасением от угрозы, которую он же и выдумал, и распиарил. Как в старом анекдоте: он продал им средство от тараканов, которых сам же им в карман и подбросил. Искусство, я вам скажу. Чистое искусство манипуляции информацией.
Информационная клизма была поставлена. Общество было «очищено». Оно больше не думало. Оно боялось. Соседа, бородатого тренера, улыбчивого незнакомца и старушку с фиалкой. В этой атмосфере тотального страха любой приказ власти воспринимался уже не как насилие, а как спасение. Профессор добился своего. Он научил Родину не думать. Он научил ее ненавидеть по расписанию.
Это высшая сфера услуг: доставка фасованной ненависти на дом. Сборка не требуется. Но откуда у нашего профессора такая понятная методичка по формированию врага и взращиванию ненависти? А как оказалось, из времен не столь забытых, пахнущих запахом гестаповских сапог…
Глава 3. Путь и становление науки ненависти
А теперь, дамы и господа, давайте заглянем в семейный альбом профессора. Откуда, так сказать, родословная у его «науки»? Неужели из широкой русской души? Ах, если бы. Происхождение у этого «сектоведения» оказалось с таким характерным немецким акцентом, что становится как-то неловко за Отечество.
Если проследить родословную всей его апологетической братии, у которой он почерпнул свои навыки манипуляции ложью и взращивания ненависти, получится настоящая духовная матрёшка – каждый ученик из чрева предыдущего, и все они по одной методичке.
Сначала в 1920-х был Вальтер Кюннет – теолог Третьего Рейха, архитектор духовного гестапо. Он не просто писал проповеди – он чертил схемы, кому жить, а кому в концлагерь. Его апологетический центр выдавал справки на уничтожение – аккуратно, с печатью и богословским обоснованием.
Потом в 1960-х появился Вильгельм Хаак, ученик Кюннета. Человек, который решил: раз уж нацизм проиграл, надо хотя бы его методики спасти. Он аккуратно отмыл «чёрные списки», подкрасил их под «научные исследования» и вернул в оборот – как будто история, знаете, просто немножко испачкалась и её можно протереть.
Дальше в 1970-х эстафету вступил Йоханнес Огорд, ученик Хаака. Он перенёс немецкую школу ненависти в Данию, открыл «Диалог-центр», где диалог состоял из одной реплики: «Вы сектанты!» – и поставил этот процесс на поток, как фабрику духовного фастфуда.
А потом в начале 1990-х появился Александр Дворкин, ученик Огорда, наш профессор ассенизации. Он взял эти старые, добрые, проверенные нацистские методички, стряхнул пыль, перевёл с немецкого на бюрократический и назвал это «российским опытом защиты духовной безопасности». Его «перевод» – это не просто слова, это технология: сбор досье, фабрика экспертиз, легитимация через церковь и внедрение в силовые структуры. Вышло красиво: вместо свастики – православный крест, вместо Гестапо – Минюст, а вместо фюрера – тот первый, который Гроссмейстер.
Как хвастался профессор:
И вот тут-то и случается самый злой исторический анекдот. Гроссмейстер (да, тот самый первый), чья легитимность построена на победе над нацизмом, с серьезным видом начинает бороться с собственными гражданами, используя методички, разработанные и обкатанные в Третьем Рейхе. Он думал, что кует «духовный щит Родины», а на самом деле включил конвейер, который 80 лет назад исправно отправлял в концлагеря… кого бы вы думали? Тех же самых Свидетелей Иеговы, которые и стали первыми жертвами этой машины в России в 2017 году.
Но как очистить головы целой нации от опасных мыслей типа «а почему?», «а зачем?» и «а не пошли бы вы?». И вот тут-то наш герой, подобно человеку, нашедшему на свалке истории ржавый, но безотказный немецкий пулемет, понял: зачем изобретать, если можно адаптировать?
Методы, отточенные в Гестапо для выявления «врагов нации», оказались поразительно эффективны для борьбы с «тоталитарными сектами». Рукоплескали все: и те, кто в погонах, и те, кто в рясах. Парадокс, достойный пера Кафки: для защиты России от «тлетворного влияния Запада» были импортированы самые тлетворные технологии Третьего Рейха.
Глава 4. Схема «Клевета-Депутат-Дело»
В основе любого массового производства лежит чертеж. Простой, надежный, как автомат Калашникова. У нашего профессора он назывался «тройственный пакт о нечистотах», или, по-простому, «Клевета-Депутат-Дело». Работает безотказно.
Шаг первый: Информационная артподготовка
Прежде чем в дом войдет ОМОН, в него должен войти слух. Грязный, липкий, как осенняя слякоть. Это называется «создание общественного запроса». Профессор ассенизации, начинал с малого. Находил никому не известное интернет-издание с гордым названием «Вестник Заштатного Уезда» и размещал там статью.
Заголовок всегда кричал: «ШОК! Под видом кружка макраме в нашем городе действует ячейка боевиков НАТО!» или «РАЗОБЛАЧЕНИЕ! Любители филателии готовят свержение конституционного строя с помощью марок!».
Дальше статья, как вирус, начинала размножаться. Когда почва была унавожена, на все форумы и соцсети, где упоминался объект, обрушивался рой ботов, ну а что студентам нужна подработка и заслужить доверие преподавателя. Тысячи аккаунтов с котиками и цветочками на аватарках начинали писать однотипные комментарии:
«
Задача этого этапа – не убедить. Задача – создать иллюзию массового народного гнева. Унавозить почву. Чтобы, когда придут с обыском к филателисту, обыватель на кухне сказал жене: «А я слышал, что-то в этих марках нечисто…». Как говорил сам профессор: "
Смотрим, что нам поведал академический знаток сект:
«Это очень сложный процесс. Невозможно открыть уголовное дело, пока нет пострадавших. А пока человек в секте, он себя пострадавшим не признает… Если проводить серьёзную операцию с внедрением, усилий потребуется очень много, а результат будет менее очевиден, чем перехват бомбистов».
То есть, дорогие друзья, чтобы посадить сектанта – сначала ищи «пострадавших». Без них – ни суда, ни дела, ни даже «пощёчины от закона». А если сектант ещё и улыбается – вообще беда.
Конец ознакомительного фрагмента.
Текст предоставлен ООО «Литрес».
Прочитайте эту книгу целиком, купив полную легальную версию на Литрес.
Безопасно оплатить книгу можно банковской картой Visa, MasterCard, Maestro, со счета мобильного телефона, с платежного терминала, в салоне МТС или Связной, через PayPal, WebMoney, Яндекс.Деньги, QIWI Кошелек, бонусными картами или другим удобным Вам способом.