Мейв Бинчи – Холодный зной (страница 73)

— Эй, Луиджи, будь честным. В этом году Маунтинвью не узнать. — Эйдан имел в виду, что школу покрасили, территорию привели в порядок и починили навес для велосипедов.

Тони О’Брайен сдержал все свои обещания.

— Простите, Эйдан, я не думал, что вы слышите, — хмыкнул Лу.

На свадьбе Эйдан хорошо поддержал компанию. Он цел песню «La donna é mobile».

Бренда Бреннан приехала в аэропорт, чтобы проводить их. Синьора была очень тронута.

— Ты такая хорошая, нашла время.

Бренда кивнула в сторону Эйдана:

— Я спросила у его жены, почему она не едет в Рим вместе со всеми, а она пожала плечами и сказала, что ее никто не приглашал, а сама она не собирается навязываться тем, кто ее не хочет видеть, да и к тому же ей это совершенно не интересно.

— Бедный Эйдан. — Синьора ему сочувствовала. Его семья разваливалась.

Затем объявили рейс.

Сестра Гуглиелмо махала всем как сумасшедшая. Для Олив поездка в аэропорт уже была приключением.

— Мой брат — банковский менеджер, он едет на встречу с Папой, — говорила она незнакомцам.

Билл просто улыбался, и они с Лиззи махали Олив, пока не скрылись из виду.

Эйдан разделил сорок два человека на четыре группы и в каждой предложил выбрать лидера, который будет следить, чтобы никто не потерялся. Обычно так обращались с детьми в школе, но и взрослые послушно согласились.

— Представьте себе, Лу — лидер, — сказала восхищенно Сьюзи Синьоре.

— Хорошо, ответственный, женатый человек Луиджи, кто же лучше справится? — сказала Синьора. — Никто в его команде не станет отставать и теряться, если придется отчитываться перед Луиджи.

Объявления в самолете прозвучали как на итальянском, так и на английском. Когда сообщили, что самолет готовится к взлету и попросили пристегнуть ремни, глаза Синьоры и Эйдана встретились.

Синьора сидела рядом с Лэдди. Все волновало его и было в новинку, начиная от ремня безопасности и заканчивая маленькими порциями еды, которую им принесли.

— А Гаральди будут в аэропорту? — спросил он нетерпеливо.

— Нет, Лоренцо. Первые несколько дней мы будем знакомиться с Римом. Мы поедем на все экскурсии, о которых говорили, ты помнишь?

— Да, но мы же с ними договаривались. — Лоренцо был явно обеспокоен.

— Они знают, что ты приедешь, я написала им. Они ждут встречи с тобой в четверг.

— Giovedi, — сказал он.

— Bene, Lorenzo, giovedi.

— Вы будете есть свой десерт, Синьора?

— Нет, Лоренцо, пожалуйста, ешь.

— Просто я бы ни за что не хотел пропустить Эту встречу.

Синьора сказала, что немного вздремнет. Она закрыла глаза. Пусть все пройдет хорошо. Может, Гаральди помнят о Лоренцо и будут рады видеть его. Она вложила душу в это письмо и расстроилась, что не получила ответа.

Автобус ждал их.

— Dov’è l’autobus[18]? — спросил Билл, чтобы показать, что он запомнил фразу.

— Вот он перед нами, — сказала Лиззи.

— Я знаю, но хотел бы поговорить об этом, — объяснил Билл.

— Здесь все девушки такие пышнотелые? — восхищенно прошептала Фиона Бэрри, посмотрев по сторонам. — Вот бы сюда Бриджит Дьюн, чтобы она посмотрела на них. Она вечно волнуется, что слишком толстая.

— Ты можешь сказать ее отцу, чтобы он передал ей.

— Бриджит сказала, что отель не шикарный, но мы не разочаруемся.

— Я не разочаруюсь, — сказал Бэрри, положив руку Фионе на талию.

— Надеюсь, я тоже. Я только однажды жила в отеле, на Майорке. И было так шумно, что никто из нас не мог спать, так что мы встали и отправились на пляж.

— Они нам сделали скидку.

— Я знаю.

Когда они вышли на солнцепек, лидеры стали пересчитывать свои команды. Они очень серьезно отнеслись к своим обязанностям.

— Ты когда-нибудь останавливалась в отеле, Фран? — поинтересовалась Кэти, когда автобус выезжал на дорогу, по которой неслись машины, казалось, с сумасшедшими водителями за рулем.

— Два раза, давным-давно, — ответила Фран кратко.

Но Кэти настаивала:

— Ты никогда мне не рассказывала.

— Это было с Кеном.

— О, как романтично.

— Да, я не хотела, чтобы родители подумали, что я собираюсь родить еще одного ребенка и повесить его на них.

— Но теперь, наверное, ты уже старая, чтобы думать о детях?

— Послушай меня, если у меня возобновятся отношения с Кеном в Америке, куда ты выиграла билеты… я, возможно, рожу тебе сестренку или братишку, и мы заберем его с собой домой.

— А может, ты даже останешься там с ним? — спросила Кэти.

— У меня есть обратный билет, ты помнишь?

Они весело засмеялись и увидели, что автобус подъехал к зданию.

Синьора подошла к водителю автобуса и о чем-то договаривалась с ним.

— Она говорит, что нас должны высадить у самого отеля, а не здесь, на остановке, — объяснила Сьюзи.

— Откуда ты знаешь, ведь ты не ходишь на вечерние уроки? — спросил Лу возмущенно.

— О, когда работаешь официанткой, то рано или поздно все начинаешь понимать. Кстати, ты, сам того не замечая, часто произносишь дома итальянские слова. Вот я кое-что и запомнила.

И Сьюзи оказалась абсолютно права. Автобус снова тронулся и привез их к отелю.

— «Стэмп-отель», — перевел для всех Билл. — Нетрудно запомнить. — Все хором повторили, и Синьора весело улыбнулась.

Они добрались до Рима без препятствий, в отеле их ждали, и все были в отличном настроении. Синьора почувствовала, что может расслабиться и ощутить всю радость от своего возвращения в Италию, снова почувствовать все краски, цвета и звуки этой великолепной страны. Ей стало легче дышать.

Этот отель был одним из самых симпатичных в Риме, и здесь их приняли с большой теплотой. Синьор и синьора Бона Сэра пришли в восторг, когда услышали, что их гости разговаривают на итальянском.

— Bene, bene benissimo, — кричали они и бегали вверх вниз по лестнице, провожая их в номера.

— Послушай, мы действительно должны обращаться к нему «Добрый вечер, мистер Добрый Вечер»? — спросила Фиона у Бэрри.

— Да, но у нас тоже есть слова, которыми называют кого-то и что-то.

— Я люблю тебя, Бэрри, — неожиданно сказала Фиона. Они только вошли в свою комнату, и миссис Добрый Вечер услышала эти слова.

— Любовь. Очень, очень хорошо, — сказала она и побежала вниз по лестнице, чтобы скорее расселить остальных гостей.