Мейв Бинчи – Холодный зной (страница 72)

— Si, Синьора, конечно, — ответил Бартоломео.

— Это хорошо, потому что забронировать одноместный номер будет сложнее.

Синьора собиралась занять один номер с Констанцией, Эйдан Дьюн с Лоренцо. И все остальные тоже разобьются по парам.

С туристическим агентством не было проблем. Там работала Бриджит Дьюн, и в агентстве предложили самые выгодные цены.

— Почему ты не едешь вместе со своим пожилым женихом? — спросила она Гранью.

Гранья только рассмеялась:

— Мы с Тони хотим побыть наедине в своем свадебном путешествии.

Они обе подумали, что их мама ни разу не заикнулась об этой поездке. Как странно, но родители не говорили о путешествии. Означало ли это, что между ними все кончено? В благополучных семьях все должно быть по-другому.

Фиона пригласила Бэрри к себе домой на ужин незадолго до viaggio.

— Ты практически живешь у меня, а я ни разу у тебя не был, — пожаловался он.

— Я не хотела знакомить тебя с родителями, пока точно не буду уверена в твоих чувствах. Мне надо было убедиться, что ты по-настоящему ценишь меня, а не только испытываешь физическое влечение.

Она говорила так серьезно, что Бэрри не сразу нашел, что ответить.

— Ты сразу понравилась мне, и я найду способ доказать твоим родителям, что у меня серьезные намерения.

Когда они рассказали о предстоящей поездке в Италию, мама Фионы сказала, что Ирландия отличное место, чтобы провести каникулы, к тому же не надо собирать сумки, да и на солнце быть вредно.

— По крайней мере здесь все вокруг разговаривают на английском, — заявил ее отец.

Бэрри рассказал, что учит итальянский и сможет заказать еду, обратиться в полицию или в больницу, если потребуется, купить билет на автобус.

— Понимаете, о чем я говорю? — У отца Фионы был вид триумфатора. — Вы можете оказаться в опасном месте.

— А сколько нужно доплачивать за одноместный номер? — спросила мама.

— Пять фунтов в сутки, — ответила Фиона.

— Девять фунтов в сутки, — произнес Бэрри одновременно с ней. — Они посмотрели друг на друга. — Это… ум… это относится только к мужчинам, понимаете, — попытался выкрутиться Бэрри.

— Почему так? — спросил отец Фионы с подозрением.

— Это так заведено у итальянцев. Они считают, что у мужчин должны быть номера больше, потому что их одежда объемнее и занимает больше места и все такое.

— А вы никогда не задумывались, что у женщин намного больше вещей? — поинтересовалась мама.

— Я знаю, о чем говорит мама… Кстати, она все время смотрела в окно, ожидая увидеть тебя, так ей не терпелось с тобой познакомиться.

— О, я думаю, она просто любит общаться с людьми, — ответил Бэрри.

— Как будет по-итальянски «Удачи, папа»? — спросила Гранья отца вечером накануне viaggio.

— In bocca al lupo, Papa.

Она повторила.

Они сидели в его кабинете, перед ним лежали карты и путеводители. Он все это собирается взять с собой, и, как он сказал, не важно, если одежда помнется, главное, чтобы эти вещи не повредились.

— Мама работает сегодня вечером? — спросила Гранья между прочим.

— Думаю, да.

— А у тебя будет красивый загар к свадьбе? — спросила она веселым голосом.

— Да, конечно, специально для тебя.

— Ты знаешь, мы бы хотели отметить свадьбу в пабе, пап.

— Я уже давно решил, что когда моя дочь будет выходить замуж, я за все заплачу.

— Ты платишь за большой торт и шампанское, разве этого недостаточно? Ладно, послушай, а ты нервничаешь перед поездкой?

— Немного, и только из-за того, что опасаемся непредвиденных препятствий. У всех приподнятое настроение.

— Ничего не может случиться. Все будет замечательно. Я этого желаю тебе тысячу раз.

— А я тебе желаю всего наилучшего.

И никто из них ни словом не обмолвился о том, что жена Эйдана, после двадцати пяти лет совместной жизни, даже не заикнулась о том, чтобы поехать вместе с ним, а он и не приглашал ее.

Джимми Салливан ехал по работе как раз в сторону аэропорта и поэтому подвез Синьору.

— Вы проснулись ни свет, ни заря, еще рано ехать, — сказал он.

— У меня столько эмоций, что я не могу сидеть дома, лучше знать, что уже в дороге.

— А вы заедете повидаться с людьми в деревню, где жили со своим мужем?

— Нет-нет, Джимми, на это не будет времени.

— Так жаль, проделать весь этот путь и не навестить их. Ваши ученики дадут вам день или два выходных.

— Нет, это слишком далеко, на острове Сицилия.

— Так значит, они не узнают, что вы приезжали?

— Нет, они не узнают, что я была там.

— Ну, тогда все в порядке.

— Когда мы со Сьюзи вернемся, то расскажем вам обо всем во всех подробностях.

— А ведь свадьба удалась, правда, Синьора?

— Я очень повеселилась, и я знаю, что всем понравилось.

— Я теперь буду отдавать долги до конца жизни.

— Чепуха, Джимми, у вас единственная дочь, и все прошло действительно потрясающе. Люди будут говорить об этом празднике еще долго.

— Да, погуляли на славу. — Его лицо засветилось при мысли о том, как он гостеприимен.

— Надеюсь, Сьюзи и Лу вылезут из постели и не опоздают в аэропорт.

— О, вы же понимаете, это молодожены, — дипломатично ответила Синьора.

— Да они спят уже много месяцев, эти молодожены, — сказал Джимми Салливан, сдвинув брови. Он всегда был недоволен, что Сьюзи была слишком раскована.

Приехав в аэропорт, Синьора нашла место и достала таблички, которые сделала сама. На каждой была надпись Vista del Monte, на итальянском языке означавшая «Вид на горы», и имя человека. Конечно, никто не мог потеряться. Их группа состояла из сорока двух человек, и они специально заказали автобус, который их встретит. Ей было интересно, кто приедет первым. Может быть, Лоренцо? Или Эйдан? Он сказал, что поможет ей с табличками. Но это оказалась Констанция.

— Я первая, — сказала она и приколола табличку.

— Ты могла бы легко позволить себе одноместный номер, — сказала Синьора то, о чем не упоминала раньше.

— Да, но так я буду общаться с вами, а не сидеть одна… Ведь это же каникулы, разве нет?

В этот момент Синьора увидела остальных. Многие из них добирались до аэропорта на автобусе. Они так же прикололи свои таблички и, судя по их лицам, были довольны, что название звучит так красиво.

— Никто в Италии не узнает, какая это на самом деле дыра, — сказал Лу.