Мэй – Руки, полные дождя (страница 29)
Говорили, Геката подхватила часть силы Кроноса. Но уничтожила-то его Тиамат.
Она повернула голову, и её равнодушный взгляд скользнул по Гору:
– У Подземного мира не так много времени. И у тебя, соколёнок. Хочешь, чтобы твой брат ещё кого-то потерял?
– Заканчивай это, – прорычал Сет.
– Как грубо, – губы Тиамат тронуло что-то, напоминающее улыбку. – Ты – хаос и пустыня, Сет. Кто сможет усмирить твою бурю, когда она разразится?
– А может, её вовсе не надо усмирять?
Гор не сразу понял, что царапнуло в её обращении к Сету: его единственного она назвала по имени.
А потом Тиамат легко поднялась, словно комнату и не стягивали силы богов. Взмахнула рукой, и не успел Гор вздохнуть, как их подхватила мощная волна и унесла – перенесла в холл. Они стояли перед закрытой дверью номера, голова кружилась, а Гору оставалось поражаться: он сам и Анубис были редкими богами, кто мог перемещаться в пространстве, – но он не слышал, чтобы боги могли, не касаясь, перемещать других.
Тиамат и не была богиней. Точнее, не такой, как они. Более древней, более… другой.
И она помогала Гекате.
12
Нефтида любила свою галерею.
Не очень большое помещение, которое устроилось в районе Фицровия, где рядом с жилыми домами расположились офисы и несколько художественных галерей. Когда Нефтида впервые увидела здание, оно показалось ей очень уютным. Но покорила кирпичная стена с граффити по соседству. Удивительным образом она напоминала сразу и об Анубисе, и о твёрдом Сете, так что Нефтида сразу почувствовала себя как дома.
В основном зале, полном воздуха, стекла и причудливого освещения, выставлялись работы художников, но стоило выйти за раздвижные двери, и пульсировал живой город, а справа высилось то самое граффити.
Нефтида сидела за столом и заполняла рабочую тетрадь, куда записывала все сделки, встречи и художников, с которыми нужно обсудить детали. Она планировала большую выставку, хотя мысли то и дело соскальзывали на Амона, Гекату и всё происходящее. Сложно сосредоточиться, особенно после звонка Сета, рассказавшего о встрече с Тиамат. Но оставлять галерею ещё дольше бездействующей Нефтида тоже не хотела.
– Как у тебя получается?
Нефтида подняла голову и посмотрела на Эбби, задавшую вопрос. Та занималась упаковкой снятой со стены картины, так что пол вокруг устилала плёнка и коробки. Если во время выставок галерея преображалась в богемное современное место, то сегодня больше походила на пристанище студентов-художников. Эбби с розовыми волосами и в джинсовом комбинезоне способствовала впечатлению.
Она замерла с пупырчатой плёнкой в руках и серьёзно посмотрела на Нефтиду. Вертикальные змеиные зрачки не скрывала, взгляд казался немигающим и гипнотизирующим.
– Что именно получается? – уточнила Нефтида.
– Работать. Что-то делать. Я имею в виду, вокруг происходит что-то плохое, но ты планируешь выставку.
Хотела бы Нефтида и вправду собранно думать о выставке. Тогда бы закончила ещё час назад.
– Есть проблемы, которые мы можем решить, и есть те, что не в нашей власти. Если постоянно думать о вторых, можно с ума сойти. Работа помогает двигаться вперёд.
Руки Эбби продолжали разматывать плёнку, но мысли явно витали очень далеко. Нефтида не торопила, работы сегодня в любом случае почти не было. Её галерея не была магазином, который работал в дневное время, она предпочитала частных клиентов и редкие выставки, каждая из которых становилась событием.
Тоже часть её работы. То, чему она посвящала себя.
– Амон говорил об этом, – пробормотала Эбби. – О том, что богам нужно двигаться вперёд. Иначе они станут как Кронос. Как Тиамат.
От внимания Нефтиды не укрылось, что себя к богам Эбби не причисляла. Технически это так. Но на самом деле, чудовища не так уж сильно отличались. А в словах Эбби сквозило отчуждение, и Нефтида уже слышала нечто подобное. У Анубиса. Пребывая в Дуате большую часть времени, он тоже оставался в стороне от других богов.
– Всем нужно двигаться вперёд, – мягко сказала Нефтида. – Люди такие же. И чудовища.
Рассеянно кивнув, Эбби не ответила и вернулась к картине. Нефтида снова склонилась над столбиками имён и цифр, но неожиданно шелест упаковки затих, и Эбби спросила:
– А почему ты забрала меня?
– Забрала?
– Пригласила. Сюда, в галерею.
– Ну, Амон сегодня с Анубисом…
– Нет-нет, я не про сегодня. Вообще.
На самом деле, сложилось почти случайно. Нефтида рассказывала о галерее, Эбби заинтересовалась – как она интересовалась всем на свете. В галерее пришла в восторг от картин. Когда она спала как чудовище, то видела сны о другой жизни. В её представлении картины тоже были такими снами о жизни для кого-то.
О помощнике Нефтида задумывалась давно, поэтому когда Эбби захотела попробовать, обрадовалась.
– Тебе понравились картины, – сказала Нефтида.
Эбби посмотрела на неё с искренним удивлением:
– Всем нравятся картины.
– Вовсе нет. Многие к ним равнодушны, другие не понимают. Но тебе они понравились.
В одной из задних комнат галереи Нефтида обустроила небольшую мастерскую. Ничего выдающегося, но там имелся и мольберт, и материалы. Иногда Нефтида позволяла молодым художникам работать, даже если их картины не шли к ней в галерею. Несколько раз мастерскую арендовали известные художники, которым хотелось уединения.
Впервые мастерскую показал Эбби Амон. Они застряли там на несколько часов, а после Эбби вышла перепачканная в краске и с горящими глазами. С тех пор она помогала Нефтиде с галереей и рисовала. В последнее время особенно много времени проводила именно здесь, если не была с Амоном, только на ночь возвращаясь в отель.
– Я помню, ты хотела путешествовать, – осторожно напомнила Нефтида.
– Я хотела путешествовать с Амоном.
– Уверена, он вскоре захочет составить тебе компанию.
– Думаешь? – Эбби вздохнула. – Без зрения он… остановился. Я хочу ему помочь, но не знаю как.
Снова Нефтида не могла не вспомнить Анубиса. Когда-то что-то похожее у неё спрашивал Сет, пусть и другими словами. Он тоже терялся и не знал, как себя вести и что делать. И Нефтида дала Эбби тот же совет, который когда-то Сету:
– Будь на его стороне.
В конце концов, когда-то этот совет отлично сработал.
Нефтида беспокоилась за Амона, он совсем погас. Его лишили света, того самого, что составлял его суть. Что будет, если отобрать у солнечного бога солнце? Конечно, он потеряется в темноте.
Но в Амоне слишком сильна тяга к жизни, к этому… движению. Рядом с ним Анубис, который не даст ему остановиться, Эбби и остальные. Поэтому Нефтида оставалась спокойна. И думала, что отвлекать Эбби работой не такая уж плохая мысль.
А вот с другими вещами, которые беспокоили Нефтиду, она точно попытается что-то сделать.
– О! Вот и она.
Эбби первой заметила гостью, и Нефтида подняла голову. Через большие зеркальные двери отлично просматривалась улица, по которой шагала Персефона. Светило солнце, уже по-осеннему тусклое, оно обнимало изящную фигуру и казалось золотом на тёмной поверхности.
Когда Нефтида увидела переродившуюся Софи, она не удивилась новому воплощению, лишь потере памяти. Софи была юной девушкой, слишком… человеком. Или, точнее, верила в то, что она человек. Лишь отголоски силы, упрятанной где-то внутри, хрупкое человеческое тело. Когда она обрела себя, её плечи расправились. А позже она и вовсе стала полностью богиней, как все остальные, без цикла перерождений.
Теперь она шагала как королева Подземного мира. Длинное чёрное пальто, высоко поднятая голова и россыпь рыжих волос. Их словно украшала невидимая корона, а в глазах Персефоны, когда она вошла в галерею, плескались далёкие воды Стикса.
Персефона не только жена Аида. Богиня весны, но и королева Подземного мира.
Она тепло поприветствовала Нефтиду и Эбби, но от чая отказалась.
– Сначала дело, а потом буду рада посидеть с вами.
– Я не задержусь, – сказала Нефтида, идя с Персефоной в служебные помещения. – Сет просил вернуться пораньше. Хотел обновить ритуал защиты квартиры.
– Он не признаётся, но порой тот ещё параноик. Или хочет лишний раз провести с тобой ритуал?
Эбби осталась в зале. Она интересовалась магией, но Нефтида её предупредила, что сегодня будут смешивать энергию, так что лучше никого, кроме них. К счастью, Эбби прекрасно понимала, как выглядят подобные вещи, поэтому ничуть не обижалась. Да и пойти порисовать после того, как закончит с картинами, она явно хотела больше, нежели ритуалов.
Сняв пальто, Персефона положила его на стол. Стягивая перчатки, огляделась на ровные ряды коробок на стеллажах. Комната маленькая и служебная, но им вполне достаточно. Без окон, с одной дверью, стены выходили во двор. Никто не ощутит никакой силы.
Нефтида любила юбки или платья, обычно длинные, облегающие. Но сегодня предпочла чёрные джинсы и тёмную водолазку, на которой выделялся кулон в виде анкха. Не изменив себе, Персефона предпочла юбку из нескольких слоёв сетки и тонкую кофту.
– У меня есть идея насчёт Подземного мира, – заявила она. – Помнишь, что сделали Анубис и Деметра?
Нефтида кивнула, доставая с полки коробку: