Мэй – Чернила и кровь (страница 37)

Пили в основном из бутылок, передавая друг другу, находились и щёголи вроде Байрона с бокалами. Николас важно провёл Айдена по комнате, показывая, иногда представляя кому-то. Почти все его знали, многие с любопытством знакомились с Айденом. Истинной целью, конечно, было посмотреть, кто здесь есть с курса Конрада.

Знакомых было не так много, а из девушек Айден всех видел впервые, значит, со старшего курса. Одна такая щебетала, усевшись на подлокотник кресла Милтона. Он раскраснелся от выпитого и скалился, как дурак.

Его сосед Финн Эверетт беседовал с Райли Морреем, тоже с их курса. Аарона Стейфила, который считал всех ниже себя, тут не было. Николас шепнул, что он настолько высокомерный ублюдок, что его попросту не зовут.

Старшекурсники обнаружились во второй комнате, среди них был и Кейн Алден. Но Николас заявил, что сначала надо выпить со своими, а потом уже Айден может идти куда хочет и выяснять что ему вздумается.

Найдя одну из бутылок, Николас глотнул и передал её Айдену:

– Держи в руках и делай вид, что пьёшь, если не хочешь, чтобы тебе постоянно подливали или предлагали ещё.

– Ты сам так делаешь?

– Ага. Поверь, это после лета с отцом и перед встречей с новым соседом мне хотелось напиться. Да и чтобы ты сразу понял, что я не подарок. Но вообще-то пить я не люблю.

– Почему?

– Мне не нравится терять контроль, – пожал плечами Николас. – Слишком уязвимо.

– Но мир же не сплошь враждебное место.

– Ты даже не представляешь, как ошибаешься, храмовый мальчик!

Николас подхватил ещё одну бутылку и подмигнул:

– У меня от алкоголя голова болит. Но это не значит, что я вовсе не пью.

Он сделал глоток, и Айден наконец-то попробовал из своей бутылки. Горло обожёг алкоголь, совсем не похожий на изысканные дворцовые вина из Керавии, которые Айден иногда пробовал. Он с трудом не закашлялся, а на глазах выступили слёзы. Когда он перевёл дыхание, то выдавил:

– Что это? И где это взяли?

– Есть один парень со старшего курса, он из Ханнифордов. У них виноградники на юге. Они радостно спонсируют отпрыска, пока он таким образом налаживает контакты на будущее. Смешно, что Академия заключила с ними контракт. Так что на официальных балах изысканный алкоголь от Ханнифордов, а на подпольных вечеринках крепкое пойло. Быстрее с ног сбивает, меньше бутылок понадобится.

– Если я выпью всю бутылку, я помру.

– Поэтому знай меру и чаще делай вид, а ней пей.

Бутылка была винной, но без ярлычков или опознавательных знаков. Наверняка неучтенный алкоголь, который изящно списывали, а на самом деле продавали желающим. Если Ханнифорды спонсировали тайные вечеринки в Академии – это не беда. А вот если они торговали вне закона и налогов, это уже не невинная забава.

– Не знаю, о чем ты думаешь, – заметил Николас, – но если собрался что-то у кого-то выяснять, лучше избавься от такого кислого выражения лица. Глотни ещё, что ли.

Вокруг Николаса вскоре собралась небольшая группка. Они устроились на софе и полу, причём Николас залез на спинку и, помахивая бутылкой, травил очередную историю. Как легко Николас заводил разговоры в обычной жизни, так же легко справлялся и здесь, в неформальной обстановке. Даже ещё легче.

Хотя сам он этого не осознавал, считая, что ведёт себя как все, и не думая, что ему придают особое значение.

Айден беззлобно позавидовал: он сейчас больше, чем когда бы то ни было, ощущал себя храмовым мальчиком. Или принцем, который никогда не будет на одном уровне с остальными. Смутно Айден понимал, что проблема скорее не в этом. Он привык быть в стороне, и храмовые привычки, воспитанные за много лет, так легко не искоренялись.

Возможно, как и Николас, он не был частью чего-то большего. Частью целого.

Сделав несколько хороших глотков для храбрости, Айден поморщился и направился к группке студентов с курса Конрада. Дрянное пойло расплавляло внутренности, зато позволило улыбнуться. Оставалось надеяться, что приветливо.

– Айден!

Кейн Алден сидел, вытянув одну ногу, в обнимку с той самой миловидной девушкой, которую Айден видел рядом с ним. Судя по тому, как Кейн растягивал звуки, он уже хорошенько набрался.

Чернильные точки над бровями тоже поползли вверх:

– Не ожидал, что ты будешь ходить на наши вечеринки.

– Почему нет? – пожал плечами Айден.

Он огляделся и заметил худощавого парня, на которого указал Кейн на уроке верховой езды.

Тот самый, который чуть не запорол сдачу ритуалистики в круге, а потом заявил, что это заговор Общества привратников. Айден не рассчитывал, что ему что-то расскажут об Обществе, но, если этот парень такое трепло, может, он поведает, почему Конрад таскался на вечеринки.

Поболтав немного с Кейном и познакомившись с остальными, Айден постарался запомнить их имена. Оказалось, почти о каждом он что-то слышал от Конрада. Не хватало только Артура Финли, соседа брата, который взорвался дикой магией. О нём не говорили.

На счастье Айдена, позже группка разошлась. В основном потому, что Кейн то ли перепил, то ли хотел пообниматься со своей девушкой, Мариссой Ламберт. Её семью Айден знал, но в основном понаслышке. Очередной старинный род.

Худощавого звали Элмером Беннетом, и он уселся на софу в углу комнаты. Ненавязчиво Айден устроился рядом. С их места просматривалась вся полутемная комната, где градус вечеринки постепенно повышался. Николаса видно не было, Марисса уводила хромающего Кейна. Насколько понял Айден, именно Кейн был у старшего курса лидером их маленького местного кружка – почти наверняка заменил Конрада.

Про Беннетов Айден вроде что-то слышал, но даже не мог припомнить, что именно. Они не были значимыми дворянами, не владели обширными землями и не занимали важных должностей. Наверняка в их роду найдётся один-два героя очередной войны или неплохой маг, а с каким-нибудь дальним родственником связан скандал – не из Беннетов ли был тот придурок-муж Ребекки Финнерти?

Самый заурядный аристократический род.

И Элмер был ничем не примечательный. В брови виднелась бусинка металла, но это не делало его менее заурядным, он всего лишь следовал общей моде. Нервно потирал потеющие ладони и поправлял пиджак. Ладно скроенный, дорогой, но сидевший так же обычно, как на любом другом.

Выделялись только светлые волосы, как у Николаса. В имперской аристократии настолько светлые оттенки встречались не так часто и показывали примеси нидхарайской крови. Северное королевство в определённый момент истории имело тесные связи с Мархарийской империей и охотно посылало своих благородных дочерей для браков.

Учитывая, какие богатые залежи золота в Нидхарае, империя всегда дорожила дипломатическими связями.

Достав из кармана бумагу, Элмер развернул её и, почти не глядя, протянул Айдену:

– Будешь?

Конечно же, там оказались ведьмины шляпки – маленькие плотные ягоды винного цвета, в полумраке комнаты казавшиеся совсем тёмными.

– Нет, спасибо, – сухо ответил Айден.

Настаивать Элмер не пытался. Закинул в рот одну из ягод, а остальное завернул и убрал в карман. Айден сказал:

– Я здесь только чтобы пить.

– А, понимаю.

Элмер огляделся в поисках, и Айден протянул ему собственную бутылку. С благодарностью Элмер кивнул, сделал глоток, тоже скривился и пить ещё не торопился. Чем порадовал Айдена, а то он успел испугаться, что сейчас Элмер быстро дойдёт до невменяемого состояния.

– Не любишь ведьмины шляпки? – спросил Элмер, хотя ответ ему не требовался. – Конрад тоже не любил. Говорил, ему не нужна дополнительная бодрость. Называл её искусственной.

В спину Айдену вбили невидимый прут, а плечи разом напряглись. До этого приходилось выспрашивать, ходить вокруг да около, блуждать впотьмах, даже не понимая, в какой стороне свет. А этот Элмер сразу же заговорил о Конраде. То ли ему нечего скрывать, то ли он не очень умный.

Настоящая находка!

– Не любил, – повторил Элмер. – Он и пить не любил. Но на крыше изрядно налегал.

– Ты помнишь, что произошло?

– Неа, ничего. Но тогда ужас какая вечеринка была, и все знают, что Конрад намешал алкоголя и ведьмины шляпки, которые только усилили действие. Так дознаватели сказали.

Захотелось встать и вмазать этому Элмеру, который так легко и непринуждённо говорил о важных для Айдена вещах. Стиснув зубы, пришлось промолчать. Тем более то ли ведьмины шляпки, то ли природная словоохотливость сделали Элмера ужасно болтливым.

– Я тогда в первые в жизни с дознавателями беседовал!

– Страшно было?

– Да ужас!

Он замолчал, и Айден решил, стоит подтолкнуть его. Поэтому доверительно сказал:

– У меня от них мурашки по коже. Хмурые, неразговорчивые, с этими своими зачарованными кинжалами.

– Да жуть! Особенно их начальник. Он нас особо допрашивал. Лучше б брата своего допросил.

– Подожди, а кто к вам приезжал? Точно не начальник Управления, ему лет сто, он никуда не ездит.

– Его заместитель, Линард Уэлтер.

Старший брат Байрона. Как-то Айден упустил момент, что тот уже заместитель в Управлении дознавателей. В отчётах значилось имя начальника, так что Айден понятия не имел, кто руководил всем на месте в ту ночь. Да и не особенно это волновало, всё равно смертью принца занималось всё Управление и ответственным был именно начальник. Сейчас Айден понимал, что это было досадным упущением с его стороны.