Мэтью Стовер – Закон Кейна, или Акт искупления (часть 2) (страница 87)
- Это Вера. Он любит ее и не знает, что уничтожение матери сделает с дочерью. Но я знаю. Немногое. Так что будь вежливее с людьми.
"Безумная".
- Тебе следовало бы понять: я пытаюсь помочь, хотя ты этого не заслуживаешь. Рано или поздно он поверит мне насчет Веры, и тогда сможет казнить тебя, вялая задница, речная сучка. И сразу же поймет, как был прав. Вера даже не станет скучать по тебе.
- Гм, - вставляет Дункан, - уверена, что хочешь выдерживать такой тон? С Ней?
"Знаю, ты вязалась с человеком, который был мне мужем. Нет причин вредить тебе. Но и терпеть твою компанию причин нет". Сила собирается, став почти телесной. "Изыди".
Лошадиная ведьма пожимает плечами и возвращается к венку.
"Отчего ты еще здесь?" Небеса снова темнеют, катится гром. "Прочь!"
Лошадиная ведьма закатывает глаза, не трудясь оглядываться. Присутствие, похоже, ошеломлено до полной неподвижности.
- Она тебя не любит, - сообщает Кейн. - Она редко гневается, и никогда не таит обид. Но ты - особый случай.
"Невозможно!"
- Явно возможно.
"Неприемлемо..."
- Слушай, во-первых, ее нельзя взять силой. Ты можешь убить ее, но не заставить делать то, чего она делать не хочет. Во-вторых, убить ты ее тоже не можешь.
"Смотри же".
- Даже не из-за нас с тобой, или нас с Тобой, - продолжает он. - Всё потому, что, хмм, некоторые люди - очень похожие на нее - бежали в леса и молили Тебя о помощи. Черт, молили о шансе на свободу. Но ты не помогла.
"И не буду".
- Ага. Ненавидит она не Шенну. Она знала Шенну. Даже помогала бежать некоторым
"Ты? Убьешь? Меня?"
- Ты не понимаешь, что здесь происходит. Ма'элКот - Дом, как угодно - послал тебя за Мечом, потому что ты единственная в его пантеоне имела физический Аспект до дня Успения. Ты единственная, кого нельзя отменить.
"Отменить..?"
- Поверь.
"Ты точно веришь в хотя бы самую исчезающую возможность отменить Разум Дома?"
- Есть один способ узнать.
"Ты безумен".
- Все говорят. Знаю, ты думаешь предупредить Его или просто сбежать на хрен. Не получится. Он тоже не сможет, ведь вы не совсем разные сущности. Ты выражаешь часть Его целостности, верно? Так что пока я удерживаю тебя, удерживаю и Его.
"И как ты надеешься удержать Меня?"
- Шутишь, верно? Черт, совсем забыла всё, что знала обо мне? Дело уже сделано.
"Сделано..."
- Я знаю, ты Природная Сила и не обладаешь всем этим вневременным дерьмом... но кто-нибудь мог бы подсказать тебе, кем был Хрил. Кем был настоящий Хрил. Ангвасса, если не против, приведи сюда Криса.
В густой тени под деревьями хлопает полог юрты, выходит Ангвасса Хлейлок, теперь в простой тунике и штанах. Рядом Крис Хансен.
Крис говорит: - В следующий раз предупреди. Думал, реально сейчас умру.
- Полагаю, такое чувство было бы очень полезно вам, бессмертным. К тому же ты выдал бы себя. Много у тебя талантов, Крис, но играть вовсе не умеешь.
Крис смотрит так, будто не решил, орать ему или рыдать. - Ты хоть знаешь, как тяжело быть тебе другом?
Кейн оборачивается к Присутствию. - Чисто между нами и Ма'элКотом. Хрил был тем, кто впервые Связал вас, мудаков. Вы коснулись Его своими силами; Его Сила коснулась вашей. Чисто было сработано, ведь Владыка Треклятой Честной Игры не хотел просто надрать вам задницы.
"Ты не... ты даже не смеешь надеяться..."
- Нет? Кстати, когда промежду нами вышло непонимание, как я заставил его искать меня?
"О - о, черный нож... масло..."
- Хреново каждый раз попадаться на один трюк, а?
Гром становится словами.
И ТАК МЫ НЕ ПОСТУПИМ.
Когда все поднимают головы, небо от горизонта до горизонта стало Ликом Ма'элКота, тучи - Его Борода, горы - Его Зубы, и солнце и луна - Его Глаза.
- О, привет, - говорит Кейн. - Спасибо что заглянул. Хочу тебе кое-что показать.
Приемы и уловки 2:
Правосудие
"Позволь тебя процитировать: "Я верю в правосудие, пока держу нож у горла судьи".
Он смотрел с лика Ада на Круг Правосудия, вынужденный признать таланты этих ублюдков.
Орден Хрила был наделен изысканным пониманием силы театрального искусства. Они организовали шоу не хуже Нюрнбергского ралли в "Триумфе воли". Нет, явно лучше, ведь наци оказались слишком высокомерными, чтобы построить национальное событие на смертельной схватке между чемпионами разных рас. Хриллианцы выставили бы Гитлера на разогрев перед боем в клетке - Джо Луис против Макса Шмелинга, шипастые кастеты и без рефери. До смерти. Да, вот это шоу-бизнес...[11]
Они намерены были сделать из нынешнего Правосудия нечто особенное.
Круг был построен и освящен специального для такого необычайного события. Платформа дюжиной футов в высоту и пятьдесят в диаметре стояла посередине между Пуртиновым Бродом и Адом, так, чтобы обе стороны могли увидеть как можно больше. Ради нее снесли стоянку извозчиков у подножия вертикального города, между основанием Шпиля и нижним ярусом Ада. Диск покрыли несколькими слоями толстой, влагоемкой льняной ткани, девственно белой, дабы впитывать и являть каждую каплю крови; кровь, пролитая на судебном поединке, была посвящена Владыке Битв.
Платформу окружали еще две надстройки, высотой три и шесть футов. На верхней сотня стражников стояла лицами наружу, плечом к плечу, ружья в парадном положении, глаза скрыты блестящими шлемами. На нижней было сто двадцать бойцов. На мостовой вокруг еще две сотни. Общественные страсти разогрелись от разрушительных последствий ночной Охоты и утреннего взрыва на площади Ткача; сборище принесших клятву солдат и обычных граждан находилось в опасно нестабильном состоянии.
Шпиль был усеян стрелками. Большинство внимательно следило за уровнями Ада, хотя необычно большое число озирало толпу людей внизу. Офицеры Воинства Хрила отлично понимали опасность локального восстания и ужасающих последствий, буде оно обернется всеобщими беспорядками.
Простая арифметика.
Пятьсот рыцарей. Десять тысяч стражников. Тридцать тысяч солдат Хрила и никак не меньше того гражданских...
Против двухсот тысяч рабов-огриллонов.
Никому не хотелось узнать окончательный подсчет.
В миг короткой тени, как называют полдень на Бранном Поле, юный и могучий огриллон в тяжелых цепях был выведен в Круг, ему велели встать на колени и ожидать Рыцаря-Обвинителя. Он обменялся репликами со стражей, но остался на ногах.
Толпу это вовсе не осчастливило. Приближались сумерки, и зрители перекидывались все более мрачными словами, там и тут слышались крики недовольства - юные, не привыкшие к дисциплине и не вполне трезвые подбивали друг дружку сбежаться в Кольцо и разобраться с ублюдком Сломанным Ножом, появится леди Хлейлок или нет.
Он стоял у пустого оконного проема восточной стороны третьего яруса, откуда Кейн и его партнеры некогда наблюдали за приближением народа Черных Ножей. Зашел в угол, в тень, кровавые тени поглотили его целиком, лишь блестели белым глаза. Край яруса был тесно усеян - не вонзить ножа - молчаливыми гриллами. Похоже, никому не было дела до человека, смотрящего через их плечи.
Было бы иначе, узнай они его.
И совсем иначе, знай они, кем он стал ныне.
Он сощурился, глядя на белую стрелу крана, торчавшего над верхним ярусом. Грузовая площадка. Казалось, у стрелы можно различить фигуру в белом... а может, он лишь обманывал себя. Глаза уже не те, а решетчатая сталь постройки служила отличной маскировкой.
Впрочем, зрение позволяло ему различать толпы, кишащие у Шпиля. Лик Свободы отлично выполнил задачу. Пока день тек к закату, все больше людей покидало сборище, уходя в разочаровании, гневе или скуке. Никто не понимал, отчего не появилась Поборница, никто не знал, что ее исчезновение может нести огриллонам, хриллианцам и самого Бранному Полю.
Но вскоре всё поменялось.
За час до этого агенты Кайрендал рассеялись по городу, разнося весть: "Поборница появится на закате. Последний из Черных Ножей покорится Живой Руке Хрила или умрет. Свершится Хрилово Правосудие. Конец Дымной Охоте".
Все захотели увидеть такое.
Забавно: именно это он и желал им показать.