Мэтью Стовер – Закон Кейна, или Акт искупления (часть 2) (страница 89)

- А где его задница?

- У меня послание от твоего брата, - сказала она тихо. - Он просил передать тебе до Правосудия.

- Что, сказал "умри в бою?"

- Точные слова таковы: "Закончишь с мордобоем, вытаскивай тупую собачью жопу из сим-кресла и вали к вратам. В них проходит один тип. Он не похож и даже не пахнет, но это Таннер. Будь нежен. Он нам нужен. Я на связи".

Орбек сказал: - Драть меня...

- Он беспокоился, что тебя - твое тело, это тело, заготовку дымного охотника, управляемую по земной технологии - убьют до того, как он сможет сказать это сам.

- Да? Похоже, он знает нечто, мне неведомое.

- Он исключительно хорошо информирован.

Когда толпы угомонились, Маркхем протопал в Круг. - Леди Хлейлок! - загремел он. - Почему же вы не объявили своего титула?

- Гмм, - кивнула она сама себе. - Он и это знал.

Она вышла навстречу Благочестивому Лорду, заявив ему и толпам: - Мой Лорд, я произнесла все свои законные звания.

- Но... - Маркхем заморгал, будто его слепили. - Но вы Кулак Самого Хрила!

- Уже нет.

- Вы были Поборником дольше, чем любой лорд за двести лет!

- Была. - Голос звенел бронзовым колоколом. - Сегодня я решилась бросить вызов Вооруженному Комбатанту. Он поборол меня, и я лишилась этого титула.

- Поборол? - Маркхем казался ошеломленным. - Вас?

- Я сказала. - Она чуть качнулась, в глазах заблестели опасные искорки. - Вы сомневаетесь в словах владелицы титула и земель Хлейлоков? При всех?

Благочестивый Лорд окаменел. - Правосудие... Кулак Хрила должен выступить против...

- Меня не интересует, чем должно быть это Правосудие. Единая моя забота - единая забота любого истинного Солдата Хрила - показать, что Правосудие свершилось. Ни более, ни менее.

Маркхем покраснел до корней волос. Она прошла мимо и протянула руки к Легендарным Лордам, и к собранию огриллонов в Аду, сверху. - Многие из вас верили, что узрят сегодня согласие или несогласие Владыки Битв с порабощением огриллонов. Многие решили, что ответ будет найден в судебном поединке между вождем Черных Ножей и Живым Кулаком Хрила. Но такого ответа не будет. Я не Поборник Хрила, а это существо - не кватчарр Черных Ножей.

Это заставило затихнуть угрожающий ропот, со стороны огриллонов и людской толпы.

Она подняла руку. - Должна я убить или умереть в подтверждение истины, которую уже знает здесь каждый живой? Должна ли я пролить кровь, защищая преступление? Бросить свои умения, свою жизнь и Силу Хрила на службу подлой несправедливости? Если бы Владыка был среди нас, Он рыдал бы, видя позор, творящийся Его Именем.

Глаза Маркхема вылезли на лоб, жилы вздулись. - Что вы делаете?!

- Говорю правду, как Присягала. - Горячее негодование заставило грозно блестеть индиговые глаза. - Что делаете вы?

Рыцарь рванулся к Орбеку. - Скажи, что ты кватчарр.

Голова Орбека опустилась рывком.

- Говори!

- Я Орбек, кватчарр Черных Ножей.

Маркхем отпрянул, будто ударенный.

- Вы слышали. Хрил слышал. - Ангвасса опустила подбородок, как и голос. - Любой присяжный Рыцарь и Лорд слышал и понял, что Хрил слышит ложь! Какого бы зрелища вы ни ждали, его не будет. Ни сегодня, ни после.

- Вы не смеете, - зарычал Маркхем.

- Смею. И делаю.

- Черные Ножи покорятся Хрилу.

- Этого не будет.

- Почему вы так утверждаете?

- Поборник Хрила объявил об этом мне и Черным Ножам. Не будет ни подчинения, ни битвы. Никогда.

- Объявил лишь вам?!

- Если вы решили, что я ошиблась или не поняла его слов, можете спросить лично.

- Его? Кого?

- Есть лишь один.

С некоей дрожью предвкушения -начав понимать, отчего новый Поборник так любит театральность - она указала на остатки стены первого яруса Ада, прямо над помостом Легендарных Лордов.

- Он вон там.

Когда все глаза обратились к лику Ада, раздался раскат грома, смывший иные звуки, и город попал во власть полночи, словно бог уничтожил солнце. Потрясенное молчание ослепших длилось лишь один вздох, и темнота была рассечена столпом молний, танцевавших, бившихся, рождающих грохот... с вторым громовым раскатом свет вернулся в город, и на указанном - еще дымящемся от молний - месте встал худощавый мужчина с солью в черных волосах и седеющей бородой, в тунике и брюках, и сапогах из грязной, выцветшей черной кожи. И в каждой его руке было по черному ножу.

- Простите, что задержался, - сказал он дружески-насмешливым тоном. - Пропустил что важное?

- Что... но... что... - забулькал Маркхем. - Ты не... вы не можете...

Орбек стоял и смотрел с сердитой гримасой.

- Отдадим Поборнику должное, - буркнула Ангвасса. - Он знает, как являться публике.

Он сделал шаг, набирая скорость, взвился и воздух, чтобы исполнить элегантный разворот и приземлиться с звучным "бумм" на помост Легендарных Лордов. - Привет, ребята. Не вставайте.

- Серьезно. Не надо, - добавил он тут же, когда двое вскочили, сжимая оружие. - Сегодня я не убил ни одного хорошего человека. Не будьте первыми.

Он сделал сальто на ринг, приземлившись почти в поклоне, опустив колено и голову, подумав мельком: почему всё удается гораздо лучше, когда на него смотрят все?

Возможно, Коллберг был прав, много лет назад. Возможно, ему нужна в жизни лишь сила звезды.

- Милорды, - начал он сурово и встал. Сотни ружей были наставлены в его сторону. Он воздел правую руку. - Леди Хлейлок!

Крик усилился так, словно исходил от всего мира; слова его отскакивали от лика Ада и катились по белым мостовым города.

- Кто Поборник? Кто Живой Кулак Хрила?

Она вышла вперед. - Вы, мой Лорд!

Он стоял, выжидая, когда начнут затихать вопли недоверия и гнева. - Каково мое имя?

- Люди зовут вас Кейном, мой Лорд!

Тишина упала булыжником, готовым раздавить весь город.

- Мое полное имя?

Ангвасса Хлейлок встала на колено.

Ропот толпы казался далеким землетрясением.

- Лорд Поборник, вы Кейн Черный Нож, кватчарр огриллонов Бодекена.

В грядущие годы будут говорить, что рев толпы свидетелей Провозглашения Кейна нарастал, пока не треснул надвое мир.

Это было лишь метафорой, конечно же - поэтическим преувеличением, призванным подчеркнуть значимость события - и позднее это стало обычным клише, и любой катаклизм назывался "новым Провозглашением Кейна". Постепенно образ стал прилагаться ко всему громкому, пусть не драматичному. Во время сильного шторма, к примеру, кто-то мог сказать: "Ну, у нас тут чертово Провозглашение"; а тот, кто желал подчеркнуть непреклонную решимость, мог заявить: "А Кейн пусть Провозглашает что хочет". В будущем еще более далеком эта фраза стала использоваться в презрительном смысле, саркастической гиперболой чего-то вполне тривиального.

Среди суеверных простолюдинов говорилось также, что Провозглашение Кейна разбило не мир, а небеса вверху и все пекла внизу, и что рев приветствий исходил не из смертных глоток, но означал страх и отчаяние всех живущих богов, демонов, ангелов и дэвов, впервые услышавших имя: Черный Нож.