Мэтью Стовер – Скайуокер и тени Миндора (страница 37)
Он повернулся и разрядил бластер в приборную панель грузового трапа. Устройство ответило яростной вспышкой, искрами и клубами дыма, после чего трап принялся опускаться.
— Эй! — вскочивший Хан потеребил за плечо Лею, которая всё ещё придавливала коленом Эону, накрутив её рыжие волосы на кулак. Из-за бластерной канонады и оглушительного боевого рёва Чубакки Хану пришлось перейти на крик. — Игры окончены! Пора уходить!
Лея ответила свирепой ухмылкой, её глаза засверкали оживлённым блеском, а щёки налились румянцем, и тогда Хан в очередной — десятый, сотый или, быть может, тысячный — раз подумал, что принцесса Альдераана воистину никогда не бывала более прекрасной, чем когда выбивала из кого-то ситхову дурь.
Девушка вскочила на ноги.
— Где Ар-два? Мы не можем его оставить!
— Я достану дроида! Просто уходи!
— Секунду…
Быстро опустившись на колено, Лея схватила выроненный Ханом КИД-21. Пока она в поисках силовой батареи обшаривала карманы потерявшей сознание Эоны, сам Хан, прикрывая возлюбленную, принялся палить во все стороны, поджигая с предельной точностью доспехи каждого ополченца, которого он замечал в сгущавшейся дымчатой пелене.
— Моя очередь! — воскликнула Лея, когда зарядила бластер своей находкой.
Так и оставаясь в полусидячем положении, девушка вскинула оружие и обрушила серию разрядов на фланги рукопашной схватки, посреди которой ликовавший берсерк-вуки схватил одного миндорца за лодыжку и стал махать несчастным как огромной дубиной, разбрасывая остальных направо-налево.
Хан метнул на Лею полный благодарности взгляд, после чего ворвался в самую гущу сражения. Принцесса, не прекращая стрелять, начала пятиться по открытому трапу. Хан присутулился и с боем пробился сквозь ряды миндорцев будто скачущий рососпинник, отпихивая, отпинывая и орудуя рукоятью бластера до тех пор, пока не очутился достаточно близко возле Чубакки, где Хану пришлось пригнуться, чтобы вошедший в раж напарник ненароком не расплющил его своим импровизированным живым орудием в виде полностью отключившегося миндорца. Он вцепился в руку Чуи, но обезумевший вуки только взревел ещё больше и попытался ударить наотмашь. К счастью, Хан не стал принимать это слишком близко к сердцу, а просто крепче сжал хватку, чуть ли не оседлав волосатую конечность, и заорал что есть мочи:
— Чуи, это я! Чёрный код, слышишь? Чёрный код!
Чубакка сморгнул, и в его голубых глазах Хан, наконец, различил осмысленный взгляд. Вуки бегло осмотрел картину боя и тут же сориентировался в ситуации, которую сам только что изменил в худшую сторону, причём, самым радикальным образом: хотя Чуи и сшибал противника за противником, с каждым упавшим миндорцем оставалось всё меньше препятствий для тех, кто ещё удерживался на ногах, и в итоге парочка наиболее смекалистых молодцев вспомнила про оружейный ворох в контейнере номер шесть, откуда уже извлекала на свет бластерные карабины, угрожая накалить обстановку до такой степени, что и пьяная обезьяноящерица с гранатой покажется не самым страшным — уж точно не страшнее условного психованного гаморреанца.
— Харраруф! — отозвался Чуи, и Хан отпустил его руку. Вуки поднял над головой всё ещё бессознательную «дубину» и швырнул как снаряд в миндорцев возле контейнера, а затем проревел Хану полное согласие с Чёрным кодом, предписывавшим «драпать отсюда как можно скорее». Вуки схватил Хана за талию своей волосатой конечностью, оторвал от палубы и со всех ног припустил к трапу, как если бы в матче по борглболлу пытался забить победный гол, а Хан — выступал в роли мяча.
— Ар-два! — позвал Хан, стреляя через плечо напарника. — Где этот ситхов дроид?
Мгновение спустя Хан заметил астромеханика, как ни в чём не бывало стоявшего возле взорванной приборной панели; манипулятор дроида был протянут внутрь повреждённого инфоразъёма, из которого сочился дым.
— Эй, Коротышка! — крикнул ему Хан. — Сейчас не время для полевого ремонта!
Ответные гудки Р2-Д2 прозвучали с отчётливым сарказмом, но когда Чуи и Хан преодолели трап, маленький дроид убрал устройства, втянув в себя, и зажужжал позади со всей доступной катковым опорам прытью. Лея, угнездившаяся возле подножия трапа, устроила неприцельный заградительный огонь, надеясь, что ни один миндорец не станет подставлять голову под рикошет.
— Брось меня и иди за Ар-два! — велел Хан напарнику, и Чубакка повиновался с такой неожиданной быстротой, что Хан резко приземлился на свою и без того пострадавшую часть тела. Он пополз к укрытию Леи, присоединившись по пути к её стрельбе, пока Чубакка широкими прыжками летел по трапу. Когда вуки схватил дроида, тот разразился пронзительным визжанием, однако Чубакка, не обращая внимания, развернулся на месте и помчался обратно в пещеру сквозь разбушевавшуюся грозу бластерных разрядов, среди которых теперь без труда узнавались размытые лучи, выпущенные из винтовок.
— Отходим! — скомандовал Хан Лее. — Давай за Чуи, а я задержу их тут!
«Надолго задержать не получится, — подумал он про себя, — но, возможно, я куплю ей немного времени, чтобы дать ей сбежать».
— Я тебя не оставлю! — возразила Лея, продолжая выпускать разряд за разрядом. — Отходим вместе или не отходим вообще!
— Ох, ради всего св… стоп, а куда делось «тебе решать, капитан»?
— Всё меняется, — огрызнулась Лея и секунду спустя почувствовала на себе новое изменение: случайный разряд, опаливший девушке плечо и отбросивший её на пещерный пол. Это разрешило возникшие разногласия, так как Хан незамедлительно пересёк расстояние до Леи, подхватил её на руки и, несмотря на раздражённые возгласы «Я в порядке, Хан! Это всего лишь царапина!», с бешеной скоростью понёсся к выходу из туннеля, где их уже ждали Чубакка с Р2-Д2.
— Что с вами такое, идиоты? — заорал на них Хан. — Не останавливайтесь!
Чубакка ответил грубым «Хррорр», и только потом Хан заметил параболическую антенну, вытянутую дроидом из люка на куполе, и услышал чириканье, напоминавшее уже не типичные для Ар-два попытки сымитировать человеческое общение, а скорее коммуникационные сигналы высокоскоростного протокола шифрования. Хан резко остановился и оглянулся через плечо.
Вместо ожидаемой волны вооружённых до зубов ополченцев, развернувшихся по трапу с убийственными винтовками наперевес, ему предстало несколько иное зрелище: сужавшийся проход, изнутри которого вовсю валил дым, струился искусственный свет и били время от времени производимые бластерами беспорядочные разряды, после чего грузовой трап закрылся окончательно и защёлкнулся на все стыковочные замки.
Хан сместил взгляд на Ар-два.
— Это ты устроил?
Малыш покачался на опорах.
― Би-вуп!
— Неплохо, Коротышка, а можешь теперь вырубить двигатели? Заблокировать управление? Что-нибудь?
— Би-иии-п ту туии вип! — воспроизведённый ответ дроида Хан понял не иначе как «Может, и удалось бы всё уладить, если бы ты дал возможность немного поработать…»
— Хан? — вмешалась Лея. — Хан, всё будет хорошо. Мы вернём «Сокол».
Он не слушал её. Он не мог слышать её. Он мог только стоять с ней на руках и смотреть.
Смотреть, как кто-то активировал репульсоры «Сокола». Смотреть, как его корабль медленно поднимался к своду пещеры и разворачивался к выходу. Смотреть, как оживали досветовые двигатели, которые уносили его корабль прочь.
Смотреть, как исчезавший корабль распарывал ему грудь, разрывал сердце в клочья и увозил вместе с собой его душу.
Хан бережно опустил Лею на ноги. Девушка прижалась к нему и обняла за шею.
— Хан?
Он не отреагировал. Он только стоял столбом, уставившись куда-то за пределы пещеры.
Подошёл Чубакка и положил ладонь на плечо Леи.
— Роувор, — мягко произнёс он.
Девушка кивнула и, отпустив Хана, направилась в туннель вслед за вуки и Р2-Д2.
Хан ещё долго стоял на месте, ощущая увесистую ледяную глыбу там, где должно было биться его сердце.
Наконец, он сделал глубокий вдох и освободил наполненные лёгкие длинным выдохом.
— Что ж, могло быть и лучше, — подвёл он итог и, повернувшись, поспешил за своими друзьями.
Звёздные истребители заполонили пространство вокруг «Памяти Альдераана», испещряя выхлопами двигателей и нарезая петли с такой скоростью, что в видимом спектре походили на кружившиеся, едва уловимые солнечные блики. Даже сенсорный массив крейсера с трудом успевал отличить союзный корабль от вражеского, да и то — с большой долей вероятности, ввиду недостатка точных показаний. Интенсивность битвы, казалось, усиливалась в разы с каждой световой секундой, приближавшей крейсер в планете.
Лэндо стоял на мостике, вглядываясь в мониторы и скрестив руки за спиной; лицо генерала не выражало совершенно никаких эмоций и было скорее пустым. Лишь сновавший туда-сюда взгляд, выхватывая то истребители, то крейсеры, указывал на предельную степень его концентрации. Фенн Шиса, находившийся позади и меривший палубу шагами, напротив, нервничал всё сильнее и сильнее, и было отчего, поскольку истребители и не думали прекращать взрываться, разбрызгивая во все стороны раскалённые добела обломки. Подбитых судов было так много, что обломки уже перегрузили противоударный щит «Памяти Альдераана» и теперь сотрясали обшивку, заодно оставляя трещины в лобовых иллюминаторах из транспаристали.
В конце концов Шиса не выдержал.