Мэтью Стовер – Люк Скайуокер и тени Миндора (страница 29)

– Я и не верю, – ответила рыжеволосая. – Я всегда была уверена, что ты застрелил его в спину.

– Эй, минуточку…

– А это твое оружие? «Бластех», верно? Немного устарело, не находишь?

Соло опустил руку на рукоять своего бластера и поиграл пальцами, будто в неуверенности.

– Ну…

– Сама я предпочитаю «двадцать первый». – Эона кивнула в сторону контейнера номер шесть, где на самом верху лежала видавшая виды, но весьма ухоженная кобура. Из нее виднелась сделанная на заказ рукоять KYD-21, столь же потертая, но и в равной степени ухоженная. – Ну давай, не скромничай. Возьми…

Протянув руку, рыжеволосая двумя пальцами извлекла свое оружие из кобуры – медленно и без резких движений, чтобы кореллианину не захотелось ее пристрелить, – после чего провернула его вокруг пальца и подала бластер Хану рукояткой вперед.

– Пощупай. Боевая и спортивная модель. Спусковой крючок идет гладко, точно по бантовому маслу, и можно отстрелить террамотыльку глазные стебельки с расстояния в семьдесят пять метров.

Хан взял оружие и взвесил в руке. Оно было отлично сбалансированно, и он вынужден был признать, что это стоящая вещь. В том числе вслух.

Эона усмехнулась:

– Так и знала, что ты оценишь. – Она кивнула в сторону его бластера в кобуре: – Не возражаешь?

Кореллианин пожал плечами и подал ей свое оружие.

Сощурив глаз, Эона заглянула в оптический электроприцел DL-44 и присвистнула:

– Ничего так. – Она покрутила бластер на пальце. – Особая модификация, чтобы можно было быстро выхватить из кобуры? Но дуло слегка тяжеловато, не находишь? Так, а тут что такое необычное? – Женщина поднесла к глазам баллон с газом и коллиматор. – О, теперь усекла – мощность увеличена. Насколько, в два раза? – Она снова посмотрела на него, криво усмехаясь. – А ты знаешь, что это незаконно?

Хан снова ощутил на лице краску.

– Отлично, отдай его обратно!

– Не-а. Мне твой нравится больше.

Соло моргнул:

– Что?

– Бери мой. А что, выгодная сделка: даже учитывая все модификации, мой стоит вдвое дороже этого старья. Мы в расчете, ага? – Развернувшись, она зашагала к кучке своих людей. – Эй, Трипп, ты только погляди: я только что выменяла у Хана Соло его бластер! Ты можешь в это поверить?

Сам кореллианин отнюдь не мог:

– Эй, подожди!

– Хан… – Лея схватила его за руку. – Посмотри туда – это ведь R2-D2?

И действительно, у дальнего изгиба стены парочка миндорцев пыталась установить блок-ограничитель на астродроида четвертой серии с синим куполом, который выглядел очень и очень знакомо. Лея двинулась к ним:

– Эй, вы там. Где вы взяли этого дроида?

– Его кто-то бросил, а мы подобрали. Это металлолом, – огрызнулся один из них.

– Металлолом? В каком смысле? – Лея выпрямилась. Хан понял, что за этим последует, и настал его черед схватить ее за руку.

– Полегче, высочество, – прошептал он уголком рта, во всю ширь улыбаясь миндорцам. – Тише воды, ниже травы. Я не доверяю этим типам…

– Хан, я говорила тебе, они нам не враги…

– Но и не старые приятели, ага?

Соло поймал взгляд Чуи, который напылял фиксирующую пену вокруг поврежденной лодыжки миндорца, и закатил глаза, легонько кивнув в направлении контейнера номер шесть. Вуки чуть отвлекся от врачевания и еле заметно подмигнул другу, полуопустив одно веко.

– Послушай, а насколько они пострадали-то? – спросил кореллианин у принцессы. – Сколько еще нам с ними возиться? У нас и свои дела есть…

– Ну… – Лея склонила голову набок, размышляя вслух. – Все не так плохо: в основном это поверхностные ожоги. Похоже, эти грубые доспехи из лавы не такие уж грубые.

Хан угрюмо кивнул:

– Понятно. Если понадобится, стрелять будем в голову.

– Хан…

– Посмотри, что они там химичат с R2-D2, - предложил он. Затем, с отвращением поглядев на зажатый в руке KYD-21, засунул его в свою кобуру.

Лея кивнула.

– Может, я помогу вам с этим металлоломом? – дружески обратилась она к миндорцам, пытавшимся нацепить на астродроида блок-ограничитель.

И, не ожидая ответа, она потянулась вперед, положила ладонь на руку миндорца, держащую блок-ограничитель, и лучезарно ему улыбнулась. Тот покраснел – совсем немного – и тоже улыбнулся принцессе.

– О, будьте осторожны, – забеспокоился он. – Этот работяга выглядит довольно безобидно, но он может очень больно ударить разрядом…

– О, ерунда, – живо отмахнулась Лея, решительно обесточивая блок. – Моя семья владеет этим дроидом уже целую вечность. R2, включись. Что произошло с Люком?

Астродроид просвистел согласие и повернул купол, включая встроенный голопроектор. На полу возникло трехмерное изображение – но это была Эона Кантор.

– Нет, – поморщилась Лея. – Про нее мы знаем. Мы ищем Люка.

Маленький дроид снова свистнул, на этот раз более настойчиво, и снова высветил образ Эоны.

– R2…

– Пусть проиграет запись, – вмешался Хан, инстинктивно опуская руку на бластер и морщась от прикосновения к непривычной рукояти KYD. – Я хочу на это посмотреть.

Из динамика астродроида донесся записанный голос:

– А если явится кто-нибудь другой, а не джедай?

И голо-Эона ответила:

– Тогда мы заберем у него корабль и бросим его плавильщикам. Зачем перенапрягаться и убивать его самим?

Соло гневно прорычал что-то, вполне способное сойти за проклятие, будь оно выражено словами. Затем он развернулся, выхватил бластер и, как только навел его на лоб Эоны, незамедлительно нажал на спуск.

Раздался щелчок.

– А ты быстрый, – усмехнулась она. – Извини за бластер – кто-то, наверное, вытащил энергоячейку… Стало быть, сделка все-таки невыгодная оказалась, а?

Эона достала его излюбленный «Бластех» и прицелилась Хану в лицо.

– А сейчас будет еще одна невыгодная сделка, – твердо заявила она. – Я и на твой корабль глаз положила.

Глава 10

В полной темноте, при скупом свечении, которое отбрасывал экран голоредактора, единственный источник света в зале, глубокий старец упражнялся придавать своему лицу такое же выражение, как у Люка Скайуокера.

– Послушай меня, Коллапсар, или Макабр, или как там тебя, – пробормотал он, силясь воспроизвести своим увядшими губами лабиализованные гласные и мягкие согласные звуки, присущие варварскому провинциальному акценту Скайуокера. – Я джедай, но у меня никогда не было времени обучиться всему, чему учились адепты старого Ордена… Нет-нет… Не «учились», а почти «учлись» – почти пропуск звука. «Учлись»…

И древний старец вздохнул. Провести всю оставшуюся жизнь, притворяясь неучем-деревенщиной… Разумеется, в конце концов награда окупит все жертвы, и никто не узнает, чего ему это стоило, но все же…

Возможно, после того как он проведет десяток-другой лет во главе возрожденной Империи, он позволит себе постепенно приобрести более цивилизованное произношение, но до поры до времени ему придется играть роль. Пожалуй, худший способ испортить себе безоговорочную победу – это допустить, чтобы повстанческая мразь обнаружила, что их ручной джедай внезапно заговорил так, будто получил образование на Корусанте и вдобавок успел погрузиться в культуру Дромунд-Кааса.

Иссушенный палец потянулся к голоредактору и отмотал запись обратно на две минуты, чтобы его владелец мог снова разобрать малейшие особенности поведения Скайуокера, его походки и жестов. Сгодиться могло все: манера наклона головы, любое незначительное движение бровей… Это было крайне важно для планов глубокого старца; эти несколько записей с голокамер, врезанных в стигиевые доспехи его черных штурмовиков, а также со скрытых регистраторов в пещере Мрачного престола, были единственным материалом, с помощью которого он мог изучить настоящего Люка Скайуокера.

Конечно же, существовали все эти многочисленные голотриллеры, и их просмотр был важной частью подготовки – особенно в создании сценического образа Макабра и разработке декораций Мрачного престола, но созданный на компьютере герой-фермер, показанный в этих голотриллерах, убедительно выглядел разве что для невежественных и легковерных фанатов, которые жадно поглощали любой подобный высосанный из пальца вздор.

Когда Люк Скайуокер объявится после битвы при Миндоре, никто не должен даже заподозрить, что легендарный герой-джедай – лишь пустая оболочка: живая, дышащая система жизнеобеспечения для разума одного древнего старца.

Этот глубокий старец однажды был известен избранной имперской элите как владыка Кронал, руководитель разведслужбы… но очень и очень многие враги Империи с незавидной судьбой знали его как Коллапсара, Руку Императора. А с сегодняшнего дня его узнает и вся Галактика – как его императорское величество Люка Скайуокера Первого.