Мэтью Рейли – Забег к концу света (страница 39)

– Мисти приводила меня сюда. Чтобы сделать мне больно. Чтобы заставить меня страдать. Она была не в курсе, что я не очень-то близка со своей мамой. Вот отец – это совсем другое дело, как и мой брат.

Это была еще одна причина, по которой я вернулась в свою квартиру: Рэд. Я знала, что случится с мамой и Тоддом, но не знала, что произойдет с братом во время того хаоса, что начнется до появления гамма-облака. В маминой записке упоминалось, что они отправили его в Убежище. Я надеялась, что найду в квартире какие-нибудь доказательства, свидетельствующие о том, что так оно и произошло.

Проходя мимо своей комнаты, я снова увидела кровать, свои книги на полках и ужасное послание на стене и плакатах:

Я ТАК ДОЛГО

ЖДАЛ ТЕБЯ, СКАЙ!

Я не забыла того, что со мной должно произойти, по крайней мере того, что было написано в послании мамы и Тодда: они не знали, где я была, когда умерли. Вероятно, когда они вернулись из своей поездки в Хэмптон и искали меня, я находилась здесь, точнее сейчас, пойманная в ловушку в будущем. Я зашла в спальню Рэда, настоящую пещеру парня из века поп-культуры. В ней ничего не изменилось с тех пор, как я была тут в последний раз – красный диван из «Кадиллака», холодильник в виде робота R2-D2, веревочный гамак у окна. Все было покрыто толстым слоем пыли.

Я заглянула в шкаф. Его большой дорожный чемодан исчез вместе с кое-какой одеждой. Добрый знак! Возможно, написанное в маминой записке было правдой. Я оглядела комнату. Рэд хоть и не был лучшим студентом в мире, но он был умен, особенно в житейских вопросах. Он знал о туннеле и понимал, что такое путешествие во времени. Если бы я внезапно исчезла, он мог заподозрить, что я нахожусь в этом времени. Но что бы он в таком случае сделал?

Я порылась в его столе и ящиках в поисках какого-нибудь послания, но ничего не нашла. Пока я стояла посреди его спальни, нахмурившись, мой взгляд упал на холодильник-робот. Его серебряная куполообразная «голова» была покрыта грязью. Повинуясь какому-то предчувствию, я открыла дверь. Холодильник был пуст… за исключением белого конверта, лежащего на верхней полке и запечатанного в прозрачный пакет для сэндвичей на молнии. На конверте была написано одно слово: «Блу».

Я разорвала его и прочитала:

Дорогая Блу,

Пишет тебе твой старший брат из далекого прошлого в двадцать с лишним лет назад. Звучит дико, да?

Я не уверен, где ты сейчас, но предполагаю, что ты «внутри». Если никто не найдет эту записку прежде, она все еще должна будет лежать здесь через двадцать лет.

Сегодня 14 марта, и здесь, в Нью-Йорке, все совершенно посходили с ума, хотя до гамма-облака еще три дня. Весь город превратился в зону боевых действий.

Я прямо сейчас ухожу из квартиры. Мама и Тодд только что позвонили мне с другого конца города и сказали, чтобы я немедленно ехал на вертолетную площадку на Ист-Ривер. Я пытался убедить их встретиться со мной на вертолетной площадке, но они настаивают, что должны вернуться в квартиру, так как нужно забрать кое-какие сумки и одежду (и наличку, которые они хотят взять с собой).

Когда вернешься в настоящее, найди меня в Убежище.

Береги себя, сестренка.

Р.

Я уставилась на записку, и слезы облегчения потекли по моим щекам. Я была так рада, что Рэд благополучно выбрался. Мои чувства по отношению к произошедшему с мамой и Тоддом были более неоднозначными: их последняя поездка обратно в квартиру, чтобы забрать свои чемоданы, одежду и немного денег (для чего они будут нужны в разрушенном мире?), стала их смертным приговором. Тщеславие моей матери и ее вера в классовую систему, основанную на богатстве, предопределили ее конец. Я обратила внимание, что попытка Рэда изменить будущее не сработала. И тут мне в голову пришла отличная идея, и я вскрикнула:

– Ох, Рэд, спасибо тебе!

Стоявшая позади меня Дженни поинтересовалась:

– За что?

Я повернулась к ней лицом:

– Мой брат только что подал мне идею. Есть еще одно место, где мы можем найти драгоценные камни, чтобы открыть портал, и если мы туда попадем, то заодно, может быть, сможем выяснить, что с ним случилось.

Мы торопливо направились из спальни Рэда в коридор.

– Что за место? – спросила Дженни, догоняя меня.

Я повернулась к ней на ходу:

– Нам нужно добраться до…

– Ты никуда не пойдешь, – произнес низкий голос с другого конца коридора, и, подняв глаза, я увидела мужчину в хоккейной маске, раскрашенной в цвета американского флага, преграждающего нам путь с арбалетом в руке.

– Ну здравствуй, Скай, – сказал он. – Я так долго ждал тебя.

Глава 47

Мужчина в маске

– Да кто ты такой?! – требовательно воскликнула я.

Высокий мужчина медленно поднял свободную руку и расстегнул ремешок своей красно-бело-синей маски вратаря. Она упала на пол, и я наконец смогла его рассмотреть. Его голова была выбрита налысо, и это делало его не похожим на себя прежнего, с буйной вьющейся шевелюрой. Кроме того, он был на двадцать лет старше того семнадцатилетнего парня, которого я знала. Но веснушчатое лицо было по-прежнему узнаваемо. Ошибки быть не могло.

Грифф.

Возраст прибавил ему морщин, и он располнел. Этот тридцативосьмилетний Грифф был крепко сложенным взрослым мужчиной. И еще он был очень зол.

– Мисти сказала, что ты придешь на встречу со мной, Скай, – ровным голосом произнес он. – Она сказала, что ты принесешь ее драгоценный камень в «Плазу», чтобы я смог спрятаться от гамма-облака. Я все ждал и ждал, но ты так и не пришла.

Я начала понимать, что произошло.

– Грифф, пожалуйста, я все объясню…

– Я ждал тебя! – пронзительно закричал он. – Ждал, пока весь мир горел синим пламенем, а ты так и не пришла!

Мы с Дженни невольно отступили на шаг. В этот момент ко мне пришло осознание того, какая судьба выпала Гриффу. Мисти солгала своему другу – она никогда не говорила мне отнести ему камень и, вероятно, никогда и не собиралась его отдавать. И поэтому он не смог спрятаться от воздействия излучения и избежать того коллапса общества, который случился до появления гамма-облака. Когда семнадцатое наступило, он оказался одним из немногих выживших, вероятно, как я теперь поняла, из-за большого количества медикаментов, которые принимал. А потом он ждал – в этом пустом разрушенном мире в течение двадцати с лишним лет, когда весь наш тайный клуб любителей бега появится из колодца.

– И ты ждал все это время? – спросила я.

Взрослая версия Гриффа кивнула.

– Меня?

Он снова кивнул. Я увидела, как мужчина перехватывает арбалет поудобней… и вдруг поняла, что это тот самый арбалет отца Верити за четыре тысячи долларов. У меня в памяти всплыли строчки из медицинской карты Гриффа: про то, что ему необходимо постоянно принимать лекарства; про его клептоманию и несоразмерно агрессивные акты мести по отношению к тем, кто им пренебрегал. Он без зазрения совести присвоил себе хоккейную маску Оза и арбалет мистера Кили… и двадцать лет маниакально лелеял желание отомстить мне.

– Когда мы устраивали забеги в туннеле, – произнес Грифф, – я знал, что портал ведет в будущее, спустя примерно двадцать лет. Так что я вел счет годам и следил за сезонами. Кстати, твой брат был прав: туннель переносит на двадцать два года вперед. Я хотел быть здесь, когда вы появитесь, так что вскоре после того, как гамма-облако всех накрыло, я припарковал то желтое такси над люком, ведущим в пещеру. И еще я загнал мусоровоз на люк выхода позади Музея естественной истории и проколол его шины, так чтобы единственным способом выбраться наружу был колодец.

Грифф сделал паузу и продолжил:

– С тех пор я каждый год в это время возвращаюсь к колодцу, чтобы наблюдать и ждать тебя и остальных. Это я расчистил территорию вокруг колодца и разбил там лагерь. Несколько месяцев назад я наконец заметил людей в туннеле, увидел свет от фонариков на телефонах. После этого, Скай, твое появление здесь было лишь вопросом времени.

– Грифф, – попробовала я до него достучаться. – Это все провернула Мисти. Она манипулировала тобой. Она солгала…

– ЗАТКНИСЬ! – заорал взрослый Грифф. – ЗАКРОЙ СВОЙ ГРЕБАНЫЙ РОТ! Это ты! Ты бросила меня! Ты даже не представляешь, что я видел за последние двадцать два года! Что мне пришлось делать, чтобы выжить!

Я промолчала в ответ.

– Знаешь, кто выжил после облака? – тихо спросил он. – Я расскажу тебе, потому что лично видел, как все это происходило. На моих глазах все нормальные люди разом упали замертво там, где стояли. А знаешь, кто выжил? Все невменяемые психи с мозгами набекрень, вот кто. Похоже, что перебои с электричеством в мозгах у психопатов и шизофреников сделали их невосприимчивыми к гамма-излучению.

Душевнобольные в психиатрических клиниках, все, страдающие биполярным и пограничным расстройством личности, просто придурки на улицах. Они выжили. Как и большинство маньяков в тюрьмах и окружных изоляторах. Другими словами, всякое отребье. Во время хаоса, царившего перед появлением гамма-облака, кто-то додумался взорвать ворота тюрьмы на острове Райкерс, так что теперь по округе бегают всякие опасные ублюдки. Библия ошибалась – не кроткие унаследовали землю, а сумасшедшие.

Грифф покачал головой, глядя на арбалет в руке. Когда он снова поднял голову, в его глазах горело безумие.

– Двадцать два года я помнил о том, как ты бросила меня умирать, Скай. Оставила меня жить в этой преисподней. У меня было двадцать два года, чтобы придумать, каким образом я убью тебя. Сейчас я тебе расскажу: это произойдет медленно. Я выстрелю в тебя из этого арбалета, и, пока ты еще будешь жива, я отрежу тебе все конечности и съем их на твоих глазах, пока ты умираешь.