Мэтт Уиттен – Ожерелье (страница 68)

— Ну и что?

Роберт обратился к Пэм:

— Вас когда-нибудь кто-нибудь спрашивал о таком раньше?

Пэм смутилась, как будто понятия не имела, к чему клонит Роберт. Но до Сьюзен начало доходить. Она с отчаянной надеждой смотрела, как агент Паппас творит свое волшебство.

— Не сказала бы. Это довольно странный вопрос, — ответила Пэм.

— Так и есть, — прокомментировал Роберт и двинулся на Дэнни. — Я знаю точно, где находится оригинал ожерелья. То, что носила Эми.

Дэнни в панике открыл глаза еще шире.

— Ты принес его сюда, да? — спросил Роберт.

Дэнни покачал головой.

— И зачем мне делать это?

— Потому что ты получаешь удовольствие от опасности, ты чертовски болен. Ты, наверное, сидел здесь, трогал ожерелье, дрочил.

— Ой, да ладно тебе…

Роберт внимательно посмотрел на правый карман Дэнни. Сьюзен проследила за его взглядом.

— Что это у тебя в кармане? — сказал Роберт. Теперь увидела и Сьюзен: крошечные бугорки в нескольких сантиметрах ниже талии, там, где примерно находится дно кармана.

— Похоже на ключи. Но я не думаю, что это они.

Роберт придвинулся еще ближе, Дэнни отодвинул свой стул назад. Но Роберт схватил Дэнни за руки и завел их за спину.

Сьюзен бросилась от Уильямса и полицейского вперед, полезла к Дэнни в карман. Запустила руку поглубже — вот оно!

Она вытащила ожерелье из кармана Дэнни и подняла его так, что директор Уильямс и остальные в шоке, не отрываясь, смотрели на него.

— Ты кусок дерьма! — крикнула Сьюзен Дэнни.

Затем она посмотрела на камеру для исполнения наказания. Три минуты уже истекли, и теперь медсестра подключала капельницу Курта к первому препарату — павулону. Она была готова приступить к делу.

— Остановите эту гребаную казнь! — закричала Сьюзен начальнику тюрьмы.

Томей выглядел так, словно его парализовало. Уильямс бросил ему:

— Вы должны остановить это немедленно!

— Прямо сейчас! — воскликнула Сьюзен.

Наконец начальник Томей двинулся с места. Он выбежал из комнаты.

В камере медсестра собиралась нажать кнопку на медицинской тележке, которая приводила в действие павулон. Ворвался Томей:

— Не трогайте!

Медсестра была совершенно сбита с толку, но убрала руку от смертельной кнопки. Не отпуская ожерелье из рук, Сьюзен прислонилась к стене, выдыхая от облегчения.

Роберт, держа Дэнни за руки, повернулся к двум полицейским:

— Офицеры, не могли бы вы, пожалуйста, взять под стражу подозреваемого?

Когда копы схватили его, Дэнни онемел от ужаса.

Сьюзен с яростью посмотрела на Дэнни сверху вниз.

Роберт положил руку на плечо Сьюзен:

— Давай убираться отсюда к чертовой матери.

— Это ожерелье мне понадобится в качестве улики, — предупредил Уильямс.

Сьюзен посмотрела на Роберта, тот согласно кивнул. В последний раз она бросила взгляд на ожерелье… фиолетовый дельфин, розовая утка, голубой единорог… и отдала его Уильямсу.

Она подумала: какое красивое ожерелье. Оно помогло поймать убийцу моей дочери.

Сьюзен торжествующе посмотрела на Дэнни и вышла за дверь вместе с Робертом и Пэм.

Они оказались в коридоре как раз в тот момент, когда из соседнего отсека вышла Лиза в сопровождении священника. Лиза выглядела выжатой как лимон, с растрепанными волосами и потекшим макияжем. Глаза ее растерянно блуждали, как будто она знала, что ее брат только что по какой-то причине получил отсрочку, но она совершенно не понимала, что именно произошло. Она уставилась на Сьюзен, словно моля ей все объяснить.

— Твой брат невиновен. Эми убил мой муж. Он отправится в тюрьму.

Лиза моргнула и зарыдала. Сьюзен подошла к ней, и две женщины упали в объятия друг друга.

Глава сорок третья. Суббота, 4 декабря, наши дни

Когда Сьюзен вышла на крыльцо вместе с начальником тюрьмы Томей, директором Уильямсом, Пэм, Робертом и Лизой, небо уже потемнело. Журналисты боролись за места, выкрикивали вопросы, поскольку до них дошел слух, что приговор не был приведен в исполнение. Начальник тюрьмы Томей поправил свой пиджак и встал перед микрофоном.

— Добрый вечер. Я сразу перейду к делу. Я приказал приостановить казнь Кертиса Янсена. Появились новые доказательства, которые решительно ставят под сомнение его вину.

Вокруг воцарилась тишина. Журналисты пребывали в таком шоке, что все мгновенно замолчали. Были слышны лишь порывы холодного ветра.

Начальник тюрьмы продолжил:

— Я передаю это дело Стэнли Уильямсу, директору отделения ФБР в Северной Дакоте.

Уильямс подошел к микрофону и прочистил горло:

— Отдел Северной Дакоты недавно начал расследование, основанное на альтернативном сценарии убийства Эми Лентиго. Расследование завершилось сегодня днем, и ФБР арестовало нового подозреваемого. Этот подозреваемый — отец Эми, Дэниел Лентиго.

Сьюзен показалось, что толпа ахнула в один голос.

Она злилась на Уильямса за то, что он сделал вид, будто ФБР несет ответственность за поимку ее мужа. Она сделала это. Это была она.

С другой стороны, какое это уже имело значение? Теперь, когда Дэнни был в тюрьме. Навечно.

Уильямс продолжал рассказывать о том, как ФБР никогда не отказывалось от этого дела. Сьюзен была слишком погружена в свои мысли, чтобы обращать внимание на его слова. Но через минуту или две он закончил, и Пэм жестом пригласила ее подойти к микрофону.

Подойдя ближе, она посмотрела на Роберта, стоявшего справа от нее, и Лизу, замершую слева. Затем она посмотрела на толпу.

Все ждали ее. Она должна была что-то сказать. Но что? Ей было так страшно. Будет ли мир судить ее за то, что она не осознавала, каким чудовищем на самом деле был ее муж?

Ну и хрен с ним. Она покачала головой, чтобы было не так страшно. Сьюзен начала говорить, и пусть все, что она хочет сказать, будет услышано.

— Я просто хочу поблагодарить агента Паппаса, — произнесла она и кивнула Роберту. — Когда я сказала ему, что считаю Курта Янсена невиновным, он не стал разубеждать меня. Его не волновало, что эта информация может выставить его не в лучшем свете. Он понимал, что все мы совершаем ошибки.

Она сделала паузу.

— Моя ошибка стоила Эми жизни.

Когда Сьюзен осознала всю правду этих слов, она тяжело вздохнула. И продолжила:

— Но теперь я сделала все, чтобы загладить свою вину. И агент Паппас тоже…

Она посмотрела прямо в одну из телекамер:

— Курт, когда вы увидите это видео, я просто хочу, чтобы вы знали, что мне очень жаль. Из-за меня вы потеряли двадцать лет своей жизни и пережили бог знает какой ужас. Тот факт, что вы не ненавидите меня сейчас…

Она почувствовала, что на глаза набегают слезы, но решила взять себя в руки и продолжить:

— Вы лучший человек, которого я когда-либо встречала.