Мэтт Уиттен – Ожерелье (страница 65)

— Вы поступили бы так же, если бы дело касалось одной из ваших маленьких дочерей.

Лиза подошла к ней так близко, что Сьюзен почувствовала в ее дыхании запах кофе.

— Мой брат не убийца, — прошипела она. — А вот ты — да.

Затем она повернулась и пошла в свою комнату для наблюдения в сопровождении священника и офицера.

Сьюзен на мгновение замерла, наблюдая, как уходит Лиза. Затем Роберт взял ее за руку и повел в другой отсек. Войдя, она тут же увидела Дэнни, сидящего на одном из складных стульев. Он поднял глаза и приветливо улыбнулся ей.

Она посмотрела на него сверху вниз и сглотнула, не в силах понять, что она чувствует.

В их отсеке присутствовали и другие люди: Пэм, директор Уильямс, двое мужчин и женщина в костюмах. Пэм тут же поднялась, чтобы поприветствовать ее.

— А вот и вы, как раз вовремя, — сказала она, вся сияя. — Сьюзен и агент Паппас, познакомьтесь с нашим начальником, удивительным Джимом Томей, помощником окружного прокурора Дэвидом Джонстоном, помощником окружного прокурора Кариной Наварро. С директором Уильямсом из ФБР, я полагаю, вы уже знакомы.

— Я решил остаться и проследить, чтобы больше не было сюрпризов, — язвительно заметил Уильямс.

Начальник тюрьмы Томей сделал вид, что ничего не слышал, и пожал Сьюзен руку.

— Мисс Лентиго, мы постараемся сделать все, чтобы вам было максимально комфортно.

Но Сьюзен все смотрела на Дэнни как завороженная. Он выглядел так нормально в своих новых синих джинсах, черном шерстяном пальто и ботинках «Тимберлейк». Его лицо одновременно выражало скорбь, соответствующую моменту, и заботу о Сьюзен, приправленную юмором и позитивом.

— Я уже даже думал, что ты не придешь, — сказал он. — Я занял тебе место.

Он не может быть насильником и убийцей. Просто не может быть.

Было логичным, чтобы оба родителя сидели рядом друг с другом, поэтому она сделала то, что должна была, — заняла свое место рядом с Дэнни. Роберт сел с другой стороны.

Как только Сьюзен опустилась на стул, ей тут же захотелось поменяться с Робертом местами. Ей претило находиться так близко к Дэнни.

А что, если он и есть убийца?

Сьюзен захотелось вернуться с Робертом в тот бар, пить пиво из толстых кружек, слушать музыку в стиле кантри.

Директор Уильямс посмотрел на нее с вечно раздраженным выражением лица. Ей хотелось ответить ему с вызовом, но Сьюзен не смогла собраться с силами. Она посмотрела через окно в камеру для исполнения приговора, как раз вовремя, потому что в этот момент открылась дверь, ведущая из коридора.

В камеру вошел Курт Янсен. За ним следовали четыре офицера. Из-за звукоизоляции Сьюзен не слышала ничего, что происходит внутри. Но Курта никто не тащил, он молчал и шел с высоко поднятой головой. Из-за недостатка солнечного света его лицо было сероватым, но он был пострижен и свежевыбрит. Он был одет в свой последний в жизни костюм, который, скорее всего, ему привезла сестра. Курт выглядел даже… изысканно.

— Вот и началось, — весело сказала Пэм. Роберт и женщина-адвокат раздраженно посмотрели на нее, но промолчали.

Сьюзен наблюдала за Куртом. Она подумала: «Вот тот самый момент, о котором я мечтала двадцать лет. И я сделала все, чтобы это произошло».

Курт смотрел в сторону окон, обращенных к нему, его взгляд уловил что-то в соседнем окне. Его лицо смягчилось, он улыбнулся, и Сьюзен догадалась, что он увидел свою сестру. Курт помахал Лизе рукой.

А потом Курт перевел взгляд на окно, за которым сидела Сьюзен. Его глаза блуждали по тем нескольким людям, которые присутствовали в ее отсеке, пока не обнаружили Сьюзен.

Он смотрел на нее пристально, не мигая.

Она поняла, что не в силах отвести взгляд. Она не могла прочитать его мысли, не понимала, о чем он может думать.

Она вспомнила, как выглядело его лицо двадцать лет назад, когда она держала речь при вынесении ему приговора. Сьюзен вспомнила дословно: «Надеюсь, в тюрьме тебя изнасилуют. Но тюремного срока для этого человека недостаточно. Я требую, чтобы его приговорили к смертной казни!» В тот момент он с таким гневом смотрел на нее, что его взгляд можно было посчитать физическим нападением.

Теперь же он смотрел… напряженно, въедливо, как будто пытался просверлить в ее сердце дыру.

Один из офицеров, стоящих с ним рядом, сказал ему что-то — Сьюзен не расслышала — и показал Курту на кресло. Курт сел и вытянул ноги, устраиваясь поудобнее. Вокруг него суетился офицер, пристегивая его ремнями и загораживая тем самым Курта от Сьюзен, за что она была очень благодарна.

В камеру вошла чопорная на вид женщина лет сорока, одетая в белую униформу. Пэм наклонилась к Сьюзен и Дэнни и пояснила:

— Это медсестра.

— Спасибо, мне было интересно, кто это, — шепнул в ответ ей Дэнни. — У вас здесь все сделано на высоком профессиональном уровне.

— Мы делаем все возможное, — сказал начальник тюрьмы Томей.

Боже, все эти люди ведут себя так непринужденно, подумала Сьюзен. Особенно Дэнни. Она не могла понять, почему он без эмоций справляется с ролью свидетеля смерти человека, который убил его дочь.

— Извините меня, ребята, — сказал начальник тюрьмы, вставая.

Он вышел из комнаты, неся листок с официальной печатью.

— Мне включить громкость? — спросила Пэм. — Как я уже упоминала, мы их слышим, они нас — нет.

Она нажала на настенный выключатель, и теперь Сьюзен могла слышать, что происходит в камере для исполнения наказания. В основном раздавались какие-то шорохи и щелчки, когда офицер закончил пристегивать ремни, а медсестра подошла к медицинской тележке и достала инструменты из ящика. Лицо Курта все еще загораживали офицеры, он молчал.

Начальник тюрьмы Томей вошел в камеру и торжественно кивнул Курту и офицерам. Они отступили назад, и Сьюзен смогла увидеть бесстрастное лицо Курта, когда Томей начал зачитывать документ.

— В соответствии с приговором, занесенным в Федеральный список уголовных дел № 10347, в отношении подсудимого Кертиса Янсена…

На этом месте Курт закрыл глаза. И Сьюзен спросила себя: он молится или просто испугался того, что должно произойти через несколько минут?

— …Признанного виновным в похищении через границу штата при отягчающих обстоятельствах, изнасиловании несовершеннолетней при отягчающих обстоятельствах и убийстве первой степени при отягчающих обстоятельствах, будет исполнено наказание, а именно смертная казнь через инъекцию.

Томей опустил бумажку с приговором и повернулся к Курту:

— Мистер Янсен, вы хотите сказать последнее слово?

Курт открыл глаза:

— Да.

Сьюзен смотрела, как Курт повернулся к соседнему залу для наблюдения и глубоко вздохнул:

— Отец Дэвис, я хочу поблагодарить вас за все. Вы — лучшее, что было и есть в этой тюрьме. Ваши мудрые слова и ваша доброта действительно очень помогли мне. — Он помолчал и затем продолжил: — И вперед, «Рэд Сокс»! В следующем году мы станем чемпионами!

Сьюзен, не мигая, наблюдала, как Курт нашел глазами свою сестру:

— Лиза, ты моя опора. Я люблю тебя. Я бы никогда не стал таким, какой я есть сейчас, без тебя. Пожалуйста, пообещай мне, что ты не будешь злиться. — Он мягко улыбнулся сестре, а затем добавил: — Увидимся на той стороне, Лиза.

И вот настал момент, которого Сьюзен так ждала и боялась.

Курт повернулся и посмотрел прямо на нее. О чем, черт возьми, он думает?

— Мисс Лентиго, — начал он, — на самом деле, я хочу сказать, что не убивал вашу дочь.

Сердце Сьюзен остановилось, и она поняла, как сильно надеялась, что он во второй раз признается в убийстве ее дочери.

— Но в моем сердце нет ненависти к вам. Я думаю, что вы хороший человек, который прошел через невероятную боль. Я знаю, вы действительно верите в то, что я убил ее, и именно поэтому вы поступаете так, а не иначе. Так что все в порядке.

Сьюзен показалось, что она видит, как Курт пожимает плечами под ремнями, чтобы подчеркнуть, что это действительно нормально.

Затем Курт сказал:

— Я долго ненавидел вас, но теперь я люблю вас.

Он улыбнулся Сьюзен, но затем стал печальным.

— И я сожалею о вашей потере. Если вы когда-нибудь узнаете правду о том, что случилось с Эми, не вините себя в том, что случилось со мной. Вы действительно думали, что поступаете правильно. Я прощаю вас, и мы тоже увидимся на той стороне.

У Сьюзен перехватило дыхание. Она не могла дышать.

Глава сорок вторая. Суббота, 4 декабря, наши дни

Курт откинулся на спинку стула, все еще наблюдая за Сьюзен. Та же мягкая улыбка, которой он улыбался сестре, теперь опять заиграла на его лице.

— Что за чушь собачья, — сказал Дэнни. — У этого мудака не хватает порядочности признать свою вину даже перед смертью.

Сьюзен посмотрела на Дэнни. Он выглядел недовольным, но его лицо было красным от каких-то других переживаний, которые она никак не могла определить. Наверное, волнуется, подумала она.