Мэтт Динниман – Врата Диких Богов (страница 96)
– Карл, да ты должен сейчас же выйти из этой религии. Нет же ничего проще. Я не понимаю, о чём ты ещё думаешь. Поражение? Так переживём. Оно не будет хуже, чем пять процентов. Это возмутительно!
– Пять процентов – это много, но это ничто по сравнению с другими религиями. Тебе известно, что родители Беа отдавали своей церкви двадцать процентов от всех доходов? И дико злились на Беа за то, что она не жертвовала туда?
– Двадцать процентов? Карл, да я не могу поверить!
– А это правда. Между тем её отец был юристом. Деньги они гребли вагонами.
– Вот те раз. Тогда понятно, почему они вечно были такими недовольными.
Мордекай тоже обозвал меня идиотом, но его занимали другие вопросы. Он сказал, чтобы мы как можно скорее возвращались в зону безопасности. С помощью Саманты он разобрался с тем, как можно использовать ямс, и приготовил для меня зелье.
Колодец располагался на большом правильном металлическом квадрате, похожем на огромный, десять футов на десять, противень для печенья. В центре его красовалась магическая дыра. Мне стало любопытно, что происходило в этих местах до нашего прихода.
Металл был забрызган свежей кровью, следовательно, по нему проходил Куан. Я улыбнулся, взглянув на его голую руку, которую всё ещё держал в своей. Неужели я всё время тащил этот огрызок? Ух-ху. Увы, я не сумел стянуть с него его хламиду или порвать её, но не сомневался, что он уже никогда не будет применять удары молниями. Некоторые обходчики обладали способностью регенерации конечностей, но она встречалась редко. К тому же, безусловно, конечность не отрастала мгновенно. Можно было надеяться, что этот урок Куан усвоил.
Пончик тоже рассматривала оторванную руку.
– Сейчас он постарается покалечить нас, – произнесла она. – На нас уже точат зубы и Мэгги, и Маэстро, и Люсия. А этого тебе надо было убить.
– Я бы и убил, да он умотал, – ответил я.
– А ты действительно сохранишь эту руку? Вот уж всем призам приз, Карл.
– Конечно, надо её сохранить.
Теперь на моей карте возникла зона безопасности, но что в ней происходило, я не видел. Пончик сказала, что там в полу люк, ведущий в землю.
Куан носил на пальцах три кольца. Я стянул одно из них. Одно простое плюс два кольца
Второе кольцо оказалось поинтереснее.
Я ознакомился с тем и другим.
Значит, репутация Куана неудивительна. Описание не грешило против истины. Действия такого рода легко могли принести Куану опыт меткой стрельбы. Я вспомнил события, имевшие место незадолго до окончания предыдущего этажа, когда Куан попытался убить босса провинции, на которого охотились Мириам Дом и её Непреодолимый. Куан украл у них добычу и сбежал.
Вторая способность была не столь полезна. Но на следующем этаже это должно было измениться. Я усмехнулся.
Я и это кольцо надел себе на палец.
Последнее кольцо не было колдовским. Я только таращился на него, пока не понял, что оно из прошлого. Золотая полоска на указательном пальце. Снять его было непросто – мешал маленький диаметр. Я покрутил его и потянул. Палец хрустнул. Я присвистнул.
Описание было простейшим.
Я поднёс его к подплывавшему к нам светящемуся шару и разобрал выгравированные на внутренней поверхности едва различимые буквы: «Моему папе».
Я насадил кольцо обратно на палец Куана, но оно не налезло до конца. Тогда я оставил его у начала первой фаланги и забросил всю руку в инвентарь.
Далее я прикоснулся к металлическому листу, за которым скрывался колодец. Я был готов к тому, что обожгусь, но металл оказался прохладным. Я стал толкать его, как санки, в сторону зоны безопасности. Толкать было легко.
Я подумал, что нам лучше всего находиться в непосредственной близости от пути к спасению. Не хотелось оставаться в недружелюбном мире. Предстояло сделать ещё немало, однако мы застряли в этом месте, и следовало быть готовыми к любому повороту событий.
Катя: «Луис только что поел супа из обезьяны, и теперь ему нехорошо. Он удрал в туалет личного пространства, и я не успела его задержать».
Я выругался, метнулся к меню, вызвал вторую закладку в блокноте и стёр все личные записи, включая карту и наши координаты. Затем написал: «Луис, если видишь, молчи». Слова подчёркивались автоматически, а магическое перо тем временем начало писать их на листе бумаги, прикреплённом к внутренней стороне двери туалетной кабины. Подчёркивание остановилось после «Луис, если видишь».
Я подавил стон. Когда я проверял запасы в последний раз, у нас оставалось полфлакона чернил. Флакон стоял на полочке, которую я соорудил и прикрепил к двери туалета с внутренней стороны. И Катя, и Пончик помнили, что дверь следует открывать осторожно, поскольку она шаталась. Этот кретин мог пролить чернила, тем более если рванул в туалет очертя голову и впечатался в дверь.
Ванная комната в нашем личном пространстве была устроена так же, как во всех общих зонах безопасности. Раковина с зеркалом на одной стене, покрытой розовой плиткой, обновлённый душ, напротив – туалетная кабинка. На её металлической двери имелась задвижка. Вообще комната выглядела так же, как стандартная ванная комната с туалетом в прошлом.
Ванные комнаты не были уединёнными строениями, как те, что были беспорядочно разбросаны по всему пространству Подземелья. Внутри широкой туалетной кабины был установлен унитаз, имелись писсуар и магическое ведро для мусора. Мордекай, как я полагаю, ванной комнатой не пользовался, тогда как Катя – напротив.
Неигровым персонажам вход в ванную, равно как и в другие комнаты (в частности, в тренажёрный зал и в мастерскую), без сопровождения был заказан. Когда дромадерам-деткам требовалось туда, мы или отсылали их обратно в зону безопасности, или просто просили потерпеть. Если обойтись без похода в ванную было нельзя, как тогда, когда снаружи бог крушил весь мир, Катя провожала малышей туда, куда надо, и тогда же пополняла запасы бумаги, чернил и перьев, чтобы юная поросль вовремя увидела всё это богатство и не общалась вслух.
С другими обходчиками, нашими спутниками, ситуация была другой. Доступ в ванную комнату был им открыт, когда они находились под нашей крышей. Тем не менее мы просили всех пользоваться санитарными помещениями в смежных зонах безопасности. Катя ссылалась на то, что объёмы выделяемых нам предметов гигиены ограничены, что было правдой, но было и другое основание: туалетная кабинка была единственным местом, где мы могли обмениваться сообщениями с другими обходчиками не на виду у посторонних.
Поначалу мы попробовали обмениваться сообщениями, используя Мордекаев сухой стираемый маркер, но бот-уборщик неизменно удалял записи. Тогда я сообразил, что волшебная бумага, ручка и набор перьев («Комплект автора» из кофейни) будут даже лучше.
Я прикрепил бумагу на стену внутри кабинки при помощи магнита, который забрал в лут из комнаты босса Соковыжимателя ещё на первом этаже. Если Катя писала что-то магическим пером, написанное появлялось в моём блокноте, и я мог отвечать без задержки.
Пончик также могла использовать этот метод, но для этого ей приходилось запрыгивать на полку, где стояла чернильница, и писать, держа перо в зубах. Она воспользовалась этим способом лишь однажды, чтобы написать: «КАРЛ, ЭТО НЕ ДЛЯ МЕНЯ».
Катя убрала все принадлежности, когда мы набили своё личное пространство беглецами из рушащегося города, но потом возвратила перья и бумагу на место, чтобы сообщить координаты своего местопребывания. Она не успела удалить информацию, когда ворвался Луис.
Луис: «Эй, Карл! Ты не предупредил, что у тебя в ванной духи! Кстати, никогда не ешьте обезьяний суп. Говно!»
Карл: «Мы подойдём к тебе через минуту. Может, пока испытаешь магический душ? Баффов тебе не будет, но попробовать, думаю, всё-таки стоило бы».