Мэтт Динниман – Врата Диких Богов (страница 20)

Я опять обернулся к центру комнаты и внимательно посмотрел на двух бесчувственных дромадеров. Только они уже перестали быть дромадерами.

– Что ещё за хрень?

Они были перевёртышами и вернули себе облик безликих гуманоидов. Тот, который минуту назад развлекался колодой карт, теперь валялся на полу посреди этих рассыпанных карт; он значительно уменьшился в размерах. Его голова пульсировала непонятным сапфировым светом, и он напоминал медузу. Хронометр над его головой отсчитывал пятьдесят секунд – гораздо меньше, чем мы могли предположить, принимая в расчёт слова Луиса: тот говорил, что эти мобы отключаются на пять минут.

Сверн[64]. Перевёртыш-принципал. Уровень 49.

Газ выхлопнул этого моба.

Вы когда-нибудь бывали в доме престарелой вдовы и рассматривали её коллекцию миниатюрных ложек? Или напёрстков? А может, то были магнитики для холодильника или солонки, перечницы? Всегда что-нибудь такое бывает. Эти штучки входят в наборы. Их хранят под стеклом, и у каждого предмета своя ячейка. Для такой леди дело чести – купить подобную витринку и потом заполнять её. Она покрыта слоем пыли, потому что стоит в таком месте, куда хозяйка не дотягивается. Усыпальница молодых надежд.

Жизнь катится всё дальше, и вдову больше волнует, чего в её коллекции недостаёт, чем то, что уже есть. Пепельница с Ниагары, выигранный в тяжком состязании сувенир, соседствует с пепельницей из Брэнсона[65]. Но в минуту обретения такой сувенир утрачивает ценность. И сейчас вдовицу беспокоит только пустое место справа. Вот тут, рядом с памятью о Грейсленде[66].

Тотем, чтимый как то, что не достигнуто. Символ неудач. Время от времени вдова разглядывает его. Место. Проклятое пустое место. Ничего она не желает так сильно, как заполнить его.

Вот это проклятие и жизненная сила Перевёртыша-принципала.

Карл: «Перевёртыш-принципал – что это за хренотень? Описание – как школьное эссе, дурь какая-то».

Мордекай: «Ну, дурь. Блин. Я должен был предвидеть».

Карл: «Объясни. Эти стражи – такие вот дряни, что притворялись верблюдами? Так я хочу знать, любой верблюд – оборотень? Немудрено, что их все терпеть не могут».

Дверь затрещала, но пока держалась. Луис завопил от страха. Фирас скрипел зубами. Долго нам не продержаться.

Мордекай: «Порода редкая. Старая история, я не вспоминал её очень давно. Секта в культуре перевёртышей. Иногда к ним приходят новые, необычные возможности. Вроде городских эльфов с третьего этажа, только в них меньше от Апокалипсиса и больше жажды власти. Они одержимы стремлением собрать полную библиотеку. Перевёртыши способны принимать облик только тех существ, к которым они прикасались физически. И поэтому они ищут что-нибудь редкое».

Карл: «Есть какие-то особые способы уничтожать их, когда они в этом жутком, безликом виде?»

Мордекай: «Надо добыть мозг. Его светящуюся часть. Если ты убьёшь такого, забирай голову. Я приготовлю из неё классное зелье. Но сработает оно только в том случае, если ты убьёшь не преображённого перевёртыша. Попытайся сначала его оглушить. Бывает, они и от этого меняют форму».

Как всё это могло быть связано со зловещими гномами? Вопрос выше моего понимания. Однако я сильно подозревал, что происходящее как в зеркале отражает то, что случилось с городом бактрианов. Обходчики там продули квест, связанный с ратушей, и то же самое грозило нам.

Наш первоначальный план состоял в том, чтобы проникнуть в здание ратуши незамеченными и не причинять вреда неигровым персонажам. А если бы нам пришлось что-то сделать заложнику, мы обвинили бы кого-нибудь ещё. Но с этой перевёртышевой мразью дипломатия была бы слишком большой роскошью.

Я активировал Удар пяткой и размозжил ногой башку Сверна. Дебаф Выхлопного облака исчез, но я ударил его снова, не давая шанса среагировать, и полностью вырубил. Ещё один удар убил монстра сорок девятого уровня. Как только он умер, его тело сморщилось – всё тело, кроме круглой головы. Я подобрал останки и забросил в инвентарь.

Из помещения имелся ещё один выход – люк. Нам не понадобилась бы и секунды, чтобы попасть туда. Но второму стражу-перевёртышу оставалось меньше пятнадцати секунд до возвращения сознания.

– Двое. Убивайте второго. Быстро.

– Что? – вскинулся в ужасе Луис. – Он очнётся, как только я его ударю.

– Он так и так очнётся. Не трать времени. Бей по голове.

Фирас схватился за булаву, Луис – за своё оружие: сверкающую бейсбольную биту, покрытую шипами. Последовал новый толчок в дверь, и я, поддерживая её, прислонился к металлической чушке.

Карл: «Пончик, убей его, как только он придёт в себя. Ракету полной мощности в голову. Только ударов должно быть несколько».

Пончик: «ЭТО БОСС СИЛЬНОГО УРОВНЯ. ЕСЛИ У МЕНЯ НЕ ПОЛУЧИТСЯ?»

У меня не было времени для ответа. Фирас опустил булаву на перевёртыша со всей силой, какую только смог собрать, как раз тогда, когда время нашего противника вышло. Луис приложил его битой. Оба нанесли ещё по несколько ударов, усилив ущерб заклинанием, но показатель здоровья монстра почти не опустился.

Пончик выпустила в его голову Магическую ракету двойной силы. И почти убила его. Быстро выстрелила ещё раз, и дело было сделано. Синее светящееся вещество разлилось по комнате, как будто кошка разбила светящуюся палочку.

– Оставайтесь здесь, – велел я Луису и Фирасу и открыл люк. Меня едва не сшибла волна холодного зловонного воздуха. – Идите к двери. Не давайте её открыть.

Оба друга вернулись на свои места у тяжёлой опоры.

– Я поднялся на два уровня, – сообщил Луис Фирасу, который тоже добрался до двадцать четвёртого.

Катя: «Звенит звонок. Верблюды выходят на улицу».

Я и сам услышал звонок через стену.

Карл: «Оставайся на месте. Мы почти закончили. Надеюсь».

– Пончик, выпусти Монго и стойте там. – Я указал на неповреждённую прочную стену, которая отделяла комнату от улицы. – Уходить будем там. Если они ворвутся, а меня не будет, уходите без меня. Постарайтесь уйти так, чтобы они вас не увидели, а если увидят – бегите. Не драться. Встретимся в зоне безопасности.

Пончик собралась запротестовать, но я поспешно сбежал по лестнице вниз, в темноту.

Я зажёг факел и бросил его вниз. Он пролетел вдоль короткой лестницы, упал и залил подвал светом.

На моей карте возникли очертания помещения. Оно не было особенно большим. И кроме меня, в нём, по всей видимости, никого не было.

У крышки люка показался Монго и издал пронзительный крик.

– Стой на месте, – велел я ему.

Пол в подвале был каменный, испещрённый символами, похожими на египетские иероглифы. Я увидел, что стою на крышке гробницы. Потолок был низким, так что мне пришлось пригнуться. В это пространство верблюд никак бы не протиснулся. Стояли там стол и небольшой стул. На столе лежал рулон бумаги. Я взял его.

Карта. Некрополь Ансера.

Вы обнаружили планы катакомб. Сведения добавлены на вашу карту и на карты всех членов вашей партии.

Я выругался, когда свиток упал на пол. Миникарта показывала, что пространство под моими ногами обитаемо. Я увеличил масштаб изображения и увидел такой лабиринт, по сравнению с которым хитросплетения «Железного клубка» можно было счесть детской забавой. Вот же влипли.

Ещё на столе стоял горшок. В нём – трио сморщенных, чёрных растений. Грибы, догадался я. Несъедобные. Надо полагать. Миску я убрал в инвентарь. Туда же пошли стол и стул.

Катя: «Сейчас произошло что-то непонятное. Два верблюда тридцатого уровня хотели войти в ратушу, но ещё один остановил их. Этот из Патруля Бездельников. Они сцепились, и патрульный убил двоих первых. И затащил трупы внутрь».

Карл: «Они после смерти остались верблюдами?»

Катя: «Ну да. А что?»

Карл: «Я потом объясню».

Пончик: «ДАВАЙ СКОРЕЕ, КАРЛ. Я РАССЛЫШАЛА, КАК ОНИ ГОВОРИЛИ, ЧТО НУЖНО ВЫШИБИТЬ ДВЕРЬ РАКЕТОЙ».

Теперь я увидел, что помещение больше, чем мне показалось поначалу. То, что я принял за глухую стену, было границей подземной зоны. Даже имея карту, я не буду туда допущен. Пока мы не разделаемся с замком гномов.

Но я заметил и ещё кое-что. Белую точку неигрового персонажа. Он находился по другую сторону барьера, следовательно, мне было не добраться до него.

– Эй! – крикнул я.

В конце помещения клубились тени.

– Хенрик, ты? Так быстро вернулся? – прокаркал чей-то голос. – Я слышал звуки драки. Кого ты сегодня будешь изображать? Может, мою матушку? Последняя доза ещё действует. Если дать мне добавки, это может меня убить. Только надеяться и остаётся.

Я не видел своего неожиданного напарника, но голос походил на голоса Бопка.

Мне захотелось зажечь ещё один факел, но я увидел, что с потолка свисает фонарь. Огонёк в нём был слабый, как у лампочки индикатора. Я повернул ручку, и помещение полностью осветилось.

Передо мной замерцала стена сектора. А неё стоял опутанный цепями престарелый управляемый гном. На нём не было красной шляпы, и выглядел он больным и бледным. Лицо его было покрыто паршой, и было похоже, что он умирает от голода.

Уинн. Дирижаблевый гном – механик плоти. Уровень 50.

Дирижаблевые гномы когда-то были мирной расой. Им хотелось только двух вещей. Во-первых: узнать, как устроен мир. И второе: чтобы их не трогали.

Чтобы укрыться от беспокойного мира, населённого конкурирующими разумными видами, которые все так любят воевать, дирижаблевые гномы научились летать к облакам, строить разнообразные воздушные суда и небесные поселения, где они могли прятаться от любых неприятностей.