Мэтт Динниман – Поваренная книга анархиста Подземелья (страница 44)
Я осторожно подобрался к лесенке, приподнялся, тщательно стараясь не прикоснуться к массивному котлу, который разогревался всё сильнее. Котёл был окружён поручнем, который тянулся и дальше, к кабине, к окошку, откуда машинист мог смотреть на пути. В кабине горел красный свет, но никакого движения я не различал.
Ниже ходили взад и вперёд вдоль колёс поршни; открывались через неравномерные промежутки времени автоматические клапаны, и пар с шумом вырывался из них в туннель, заполняя его чёрное пространство туманом и влагой. Всё вокруг было мокрым и горячим, как в сауне.
Я скользил к кабине. Стена время от времени дотрагивалась сзади до моего плаща, он задирался, грозя зацепиться и отодрать меня от паровоза. Я добрался до окна кабины, которая в ширине почти не уступала платформе, но высота её составляла не больше метра.
Всмотревшись внутрь, я сглотнул слюну при виде хаоса клапанов, рычагов, датчиков. На задней стенке кабины я различил пятно запёкшейся крови. Машинист, должно быть, из тех, кто с красными бирками. К какому бы виду он ни принадлежал раньше, теперь он был мёртв, совсем, совсем мёртв.
На повороте поезд затрясся. Хреново. Ох, хреново.
Я сформировал рукавицу на кулаке. Ударил. Удар прошёл как сквозь бумагу. Пришлось ударить ещё несколько раз, чтобы удалить осколки. Поезд угрожающе подпрыгивал на ходу, рельсы под ним как будто икали. Я протиснулся в узкое окошко и грузно свалился на пол.
Кабина была наполнена кровавой слизью. Воняло горючим, огнём и кровью. Там был и второй мёртвый машинист, который сидел у дальней стенки. Очаровательно, подумал я. Пара машинистов означала, что данный механизм вдвое сложнее нормального.
Я повернулся к приборам. Увидел панель управления целиком, то есть ещё больше втулок, датчиков и рычагов. Повсюду трубы. В нижней части одной из стен – дверца, подобная каминной. В дверце имелось застеклённое оконце, позволявшее видеть бушующий внутри огонь. Именно сюда кочегар должен был подбрасывать уголь для котла. Ещё мой взгляд выхватил ряд манометров, протянувшийся над приборной доской. Точнее, их было пять штук, и все показывали давление, очень близкое к критическому. Поезд трясся и громыхал.
Из правой стороны приборной доски торчал большой красный рычаг – предположительно, дроссель. Я взялся за рукоятку и опустил её. И тогда поезд начал замедлять ход. Я расслабился, но тут же заметил, что показания всех манометров начали расти. Стрелка одного из них уже доползла до максимального значения.
К моему ужасу, над приборной доской повисло новое информационное поле.
С потолка свисала цепочка. Я рванул её, заорал свисток. Я тянул цепочку вниз и смотрел не отрываясь, не началось ли снижение давления. Показатель одного из манометров начал падать. Я дёрнул другой рычаг и отпустил. Тормоза. Они пришли в действие всего на секунду. Пришлось поработать рычагом как насосом, но результат моих усилий был исчезающе мал. Под этим рычагом обнаружился другой, идентичный. Я понятия не имел, какую чертовщину выделывал, и боялся, что вреда от моих действий больше, чем пользы. Но было уже слишком поздно бежать в хвост поезда, чтобы выпрыгнуть.
Я уже был готов отправить сообщение Имани и Элли и спросить, не знает ли кто-нибудь из команды «Медоу Ларк», как надо управлять поездом, но вдруг заметил, что на меня из маленького окошка топки смотрит какое-то лицо. Я в изумлении отпрыгнул. И увидел, что на моей миникарте возникла точка. Белая. Неигровой персонаж. Внутри пламени.
Я не мог позволить себе тратить время на раздумья. Я повернул раскалённую ручку, открывая дверцу. Горячая волна ворвалась в кабину. Из отверстия высунулась демоническая женская голова.
Краснокожая, черноволосая женская головка, образ красной дьяволицы в стиле 1950-х, по крайней мере, выше шеи. Только голова пролезала в проём. Волосы женщины были подняты в стиле рокабилли[70] и закреплены красной повязкой. Из волос выглядывали чёрные рога. От головы исходил пар, глаза выглядели как вращающиеся чёрные шары. Тяжёлые круги под глазами придавали лицу измученный вид.
– Детка, а ты вовремя появился, – громко произнесла
– Где? Вот этот? – переспросил я.
– Точно. Поверни его влево. До упора давай. Да. Gut[74].
Показатель одного из манометров вернулся в зелёное поле. Поезд содрогнулся – ни дать ни взять от удовольствия.
После сделанного
Мы с моей наставницей прошлись по всем рукояткам, и я добился полной остановки поезда. Затем заставил его снова поехать, только медленно, со скоростью тридцати миль в час. Небольшая доля типичной скорости этого поезда. Демоница научила меня управлять дросселем и двойной тормозной системой, в которой один рычаг контролировал тормоза самого паровоза, другой – тормоза вагонов. Оказалось, что я чуть не погубил поезд и всех нас, когда дёргал рычаги наобум и не подозревал, как близко к гибели провёл поезд. За время общения
– Теперь ты умеешь вести поезд, – наконец сказала она. – Не развивай большую скорость. Не нагнетай давление чересчур сильно, и проблем не будет, а? А теперь закрой мою дверь и дай мне жить дальше. – Она показала на небольшой ящик в дальней части кабины. – Если что-нибудь со мной случится, забери этот ящик. Ты не сможешь долго его использовать, потому что у тебя нет запасов воды или нефти. Закрой же мою дверь.
Она начала втягивать голову обратно в топку.
– Погоди! – заволновался я. – Как отсюда вернуться на станцию? На десятую, я имею в виду. На вокзал?
– Переведи стрелки перед следующей станцией. У тебя будет несколько возможностей. Выбери «Ремонтная станция». Ты попадёшь туда, и поезд восстановится.
Она указала жестом на правый борт паровоза, противоположный тому, с которого я забирался внутрь, и втянула голову. Сквозь стук колёс и гул пламени я расслышал крик нового ребёнка, затем ещё одного.
У неё двое детей там, внутри. Два жизнеспособных ребёнка.
Я закрыл дверцу, заложив её тяжёлой тряпкой, которую показала
Я взглянул на тот скромный ящик, который показала демоница. Он стоял в углу кабины, возле входа. И был залит кровавой слизью в том месте, на которое натолкнулся, падая, машинист, а может быть, и боевой маг. Я поднял крышку и достал из ящика чёрный брусок.