Мэтт Динниман – Поваренная книга анархиста Подземелья (страница 35)
Итак… Нашими спонсорами оказались две партии, представители которых присутствовали тогда у Потрошителя.
– А у тебя кто? – поинтересовалась Пончик.
– Корпорация «Валтай».
Карл: «Об этих ни слова вслух. „Борант“ с ними на ножах. Это они стараются подгрести под себя систему „Боранта“. Из-за этого и шоу началось тогда, когда началось».
Пончик: «ЕСЛИ ОНИ С „БОРАНТОМ“ ВРАГИ, ТО ПОЧЕМУ „БОРАНТ“ ПОЗВОЛИЛ ИМ СТАТЬ ТВОИМИ СПОНСОРАМИ?»
Карл: «Возможно, у „Боранта“ не было выбора».
Пончик: «ЭТО ОЗНАЧАЕТ, ЧТО ТЫ ПОЛУЧИШЬ ЧТО-ТО РЕАЛЬНО ХОРОШЕЕ?»
Карл: «Я не знаю. Хотел бы надеяться. Возможно, это означает нечто противоположное. Это может означать, что теперь „Борант“ постарается убить меня быстрее. Но за нас тот факт, что пока мы приносим им хорошую прибыль. Нам нужно убедить их, что живые мы стоим дороже, чем мёртвые».
Меньше всего я хотел бы участвовать в межгалактической игре в роли пешки. У меня и так хватало проблем.
– Ты слышал, что говорили о рекламной поддержке от наших спонсоров? – спросила Пончик. – Я надеюсь, у Принцессы Д-надии много разной рекламы. Нет ничего мерзее, чем когда всё крутят и крутят одно и то же объявление. Когда ты уходил и оставлял телевизор на стариковском канале, мне приходилось целыми днями смотреть «Мэтлока»[58], и в каждой рекламной паузе было одно и то же: «Я-упал-не-мог-подняться».
– Когда мы спустимся на пятый этаж, у нас будет другой спонсор. На шестом – опять новый. Так что давай думать о том, как пройти дальше с этого этажа, тогда твоим фанатам разнообразие будет обеспечено.
– Я подумала: надо бы дать фанатам имя. Например, свита Принцессы – как тебе?
Я хмыкнул.
– А если дырки от Пончика?
– Не груби, Карл.
Под нами взорвался один из врéменных Монго: он случайно прикоснулся к листу металла, соединённому с третьим рельсом. Второй авто-Монго зарычал, потянул Боду-Боду сильнее и прислонил труп к стене туннеля. Тогда я отправил тело в лут, получил четыреста девяносто восемь золотых и три предмета:
Едва я получил карту, как она заполнила мой интерфейс, причём не так, как это бывало обычно. На интерфейсе высветились не ближайшие окрестности, а полная схема охровой линии – со всеми станциями и текущим местонахождением поездов.
– Ух-ху! – воскликнул я, настроив масштаб карты и принявшись за её изучение. Линия открывалась на станции одиннадцать и заканчивалась на четыреста тридцать пятой. – Вот это карта так карта. Тут на порядок больше, чем нам доставалось до сих пор.
Вся эта железнодорожная линия представляла собой волнистую черту. Движение поездов на ней продолжалось. В поездах нам были видны все точки, как белые (кондукторы, машинисты), так и красные (
Если и существовала «команда перехвата», об отправке которой говорил Бода-Бода, никаких её признаков я не видел.
Зато на путях наблюдалось кое-что не совсем обыкновенное. Так как сто пятьдесят первая станция была пересадочная, то после неё, на сто пятьдесят второй, были монстры. На путях возле этой, как и у сто пятьдесят третьей, и у сто пятьдесят четвёртой. Монстры – прямо на путях. Я видел, как один моб – некая штука под названием
Они спрыгивают на пути и движутся пешком к станции сто пятьдесят пять.
Поезда перестали подъезжать, и их больше никто не ждал. Теперь перемещение чудищ должно было существенно замедлиться. Не одна миля отделяла каждую станцию от соседней. За нашими спинами тоже должна была вот-вот начаться движуха. Красные точки монстров двигались позади нас между пострадавшими вагонами, хотя мне показалось, что у них не было шансов перебраться через обломки поездов. Тем же, кто шёл впереди нас, предстоял отнюдь не близкий путь. Расстояния между станциями были большими, в особенности впереди нас.
Первые станции располагались значительно ближе, от одной до другой дойти можно было без труда. Так, станции с одиннадцатой по семьдесят вторую разделяли расстояния примерно в один городской квартал. Такое расстояние мы смогли бы пройти за несколько часов, если бы нас ничто не задержало. Это было полезно узнать. Для сравнения: трёхсотую станцию отделяли от триста первой сорок или пятьдесят миль.
Поднявшись по лестнице, мы нашли наверху Катю; она сидела на земле и беззвучно плакала. К ней вернулся её нормальный облик. Левой рукой она массировала правую. Я заметил, что она поднялась на двадцать четвёртый уровень. Я сам оставался на двадцать девятом.
– Вы в порядке? – спросил я, приблизившись к ней.
Она указала кивком на лежавшую рядом с ней груду металла. Это был кусок панциря, сброшенный Бода-Бодой, когда Катя кинулась защищать меня.
Она подняла правую руку, которая выглядела здоровой, неповреждённой. Но вдруг ладонь на моих глазах изменилась: исчезли четыре пальца.
– Он отрубил мне пальцы. Когда я себя вылечила, они не вернулись.
– Нет, – выдохнул я и опустился на землю около неё. – Как жаль. Я думал, это только часть вашей амуниции. Мы бы возвратились скорее, если бы знали, что вы пострадали.
Катя всхлипнула.
– Глупости. Я могу сделать себе пальцы из других частей себя. Он даже не совсем отрубил их. Я как глина. Потеряла кусочек плоти, не больше. Мне пришлось снять кольцо с раненого пальца и надеть на один из новых. Но всё-таки части меня нет. Я теряю себя.
– Неправда. – Я осторожно прикоснулся к её лбу. – Вот видите? Настоящая Катя здесь. Отрезать можно хоть всё остальное, но вы остаётесь собой. Не дайте им вас сломать. Что бы они ни делали. Хорошо?
Она поднялась.
– Ну да.
Судя по голосу, я не убедил её. Она по-прежнему сжимала и разжимала кулак. Потом вздохнула и как будто начала успокаиваться.
Нужно было добыть для Кати новое защитное снаряжение. Много снаряжения. Её класс и раса в сочетании давали ей возможность быть идеальным орудием, но мы не использовали это преимущество. Меня беспокоила возможная реакция Кати на предложение полностью заковать её в металлические латы, но это было необходимо. Ей нужно состоять на девяносто процентов из металла и на десять – из плоти, и никоим образом не наоборот.
– Вы когда-нибудь пробовали фо[59]? – спросил я, указывая на зону безопасности на карте. Получив доступ к карте, я мог отслеживать перемещения монстров-боссов. Сейчас никто из них вроде не направлялся в нашу сторону. – Передохнём немного, а потом пересядем на пурпурную линию и остаток дня проведём там.
Когда мы двинулись дальше, Пончик спросила Катю:
– А у тебя спонсор есть? Мой спонсор – прекрасная и ужасная Принцесса Д-надия из Призмы. Карлу досталась корпорация «Валтай».
– У меня тоже есть, – сказала Катя, когда мы заходили в зону безопасности. – И тоже принцесса. В сообщении говорилось: принцесса Громада из империи Черепов.
– Хотела бы я знать, кто такая эта принцесса, – добавила она, когда мы принялись за суп.
Катя достала схему Мордекая и теперь наносила на неё новые данные по охровой линии, а также сведения, которыми её снабдили «Дочери». Пончик в это время нежилась в душе в подвале, а Монго остался с нами. Он сверлил меня взглядом, пока я не бросил ему кусок мяса.
– Я от неё пока ничего не получила. А вам прислали что-нибудь?
– Тоже нет.
Я подозревал, что это за принцесса. Зев однажды упомянула о ней, хотя и не называла имени. Империей Черепов правил король Раст. Дюжий был кронпринцем, Маэстро – вторым в линии наследования. Потом «Валтай» низложил его и вскоре убил в отместку за покушение, в которой вместо меня погибла Манаса. Зев тогда сказала, что если Дюжего король тоже отстранит, то наследницей станет его сестра. Я понял, что это и была принцесса Громада. Но стала ли она первой наследницей? Действительно ли отстранён принц Дюжий?
– Хекла говорит, что её спонсирует какая-то межзвёздная ферма или что-то в этом роде. Их зрителям, наверное, показывают рекламу космических гамбургеров.
Я вздохнул. Вкус этого фо заставил меня подумать о собачьем дерьме.
– Посмотрите, я вычислила кое-что, – снова заговорила Катя, пододвигая ко мне огромный лист. – Наша следующая задача – как можно скорее увидеть, что нас ждёт в конце линии, правильно? Если мы попадём сюда (она отметила точку на схеме) и переберёмся на другую линию, то попадём на некий поезд «Расчленение лимитед». По словам вашего друга Баутисты, он тоже останавливается здесь. «Кошмарный экспресс» – в двух станциях отсюда, на лиловой линии. А так как он проходит весь путь до четыреста тридцать шестой, то есть на один прогон дальше конца линии, мы сможем доехать на нём дотуда и увидеть, что там. Если мы поступим так, то истратим сколько-то часов, а не дней.