Мэтт Бролли – Перекресток (страница 21)
Не было никаких упоминаний о том, что на месте происшествия обнаружили катализатор, и, когда следователь сопоставила отчеты полиции и пожарных, оказалось, что и те и другие заявили, что пожар начался случайно. Звучало разочаровывающе, и все же, хотя статья не помогла ей напрямую, откровение Гаррета дало Луизе Блэкуэлл кое-что для работы. Если подозрения Доминика о сокрытии были верны, они наводили на мысль о сговоре между Церковью и полицейскими властями. В наши дни такие вещи случались редко, но Луиза легко могла представить, что это происходило тогда. Такая тактика могла стать средством защиты Церкви или защиты кого-то главенствующего. Если бы у Блэкуэлл вообще были какие-либо доказательства того, что пожар устроили преднамеренно, тогда это событие могло бы вылиться в дело о борьбе с коррупцией, но сейчас Луиза думала только о том, как пожар повлиял на ее дело и мог ли он иметь какое-либо отношение к смертям Вероники Ллойд и отца Маллигана.
Через полчаса следователь оставила старшего инспектора Робертсона одного в кабинете. Луиза чувствовала себя изможденной событиями этого дня, а вино, которое она выпила в компании Гаррета, клонило в сон.
Луизе хотелось сразу пойти домой, рухнуть в постель, уснуть и прогнать воспоминания о прошедшем дне, но, несмотря на усталость, она не могла успокоиться. Следователь обнаружила, что на автопилоте едет в церковь Святого Михаила в Апхилле. Она припарковалась снаружи. Свет фар ее машины был единственным освещением в этом районе. Когда Луиза выключила их, машину окутала темнота. Луизу удивило отсутствие уличных фонарей. Она заметила только одинокий отблеск над полицейской заградительной лентой перед входом в церковь. В отчете Томаса говорилось: на вчерашней службе было восемь человек, а именно – семь пожилых женщин и мужчина. Луиза представила, как женщины, шаркая, выходят из церкви в полумрак. Ей нужно больше информации. Неужели они приехали на машинах в церковь? Были ли они местными? Они должны были идти одни во тьме? Луизе такой расклад казался небезопасным, и она удивлялась, почему церковь толком не защищала своих прихожан.
Если убийца присутствовал прошлой ночью на мессе, он мог с легкостью незаметно проскользнуть в церковь и выйти из нее, но ведь район был жилым. Достаточно одному соседу выглянуть из окна, задергивая шторы, вынести мешки с мусором, чтобы заметить кого-то подозрительного. Часто именно такие непредвиденные мелочи разрушали тщательные планы преступников. Жителей сегодня опросили, но она будет настаивать на повторном утреннем опросе с особым вниманием к мужчине на мессе.
Луиза Блэкуэлл направлялась домой по набережной, как вдруг начался прилив. В темноте, когда отблески уличных фонарей играли на покрытой рябью поверхности, вода выглядела заманчиво, ее грязный цвет маскировало отражение ночного неба. Луиза замедлила движение и приблизилась к морскому озеру в Найтстоуне. Самым быстрый путь до дома – вернуться в Уорл по старой платной дороге через Кьюсток, но Блэкуэлл обнаружила, что поворачивает направо и едет вглубь страны в сторону бульвара и отеля «Роял Оук».
Она понимала, почему она едет туда, но этот факт не улучшил ее состояние.
Луиза надавила на педаль газа, и холодный пот покрыл ее кожу. О чем, черт возьми, она думала?
Через десять минут она уже была у дома и вышла из машины. Окна коттеджа начали покрываться инеем. Внутри дома было ненамного теплее, чем снаружи. Блэкуэлл включила газовый камин в гостиной и вернулась на кухню, чтобы разогреть в микроволновке еду.
Луиза как раз успела посмотреть местные новости ITV, освещавшие убийство в церкви Святого Михаила. Съемочная группа, похоже, прибыла на место происшествия сразу после ее ухода. На фотографиях были офицеры в форме и одинокая фигура Стивена Демпси, стоящего у входа в церковь. Нескольких местных жителей опросили, что они думают об убийствах недалеко от хай-стрит. Их ответы идеально отредактировали, чтобы максимально усилить передачу замешательства и страха местных жителей. Мясник утверждал, что его торговля уже страдает, поскольку люди боятся покидать дома. Депутат, с которым разговаривал Робертсон, подтвердил озабоченность предприятий и жителей. Депутат подчеркнул, что делается все возможное для поимки убийцы. В отчете создавалось впечатление, что город находится в осаде, и Луиза вздохнула. Из-за этого нагнетания скоро возникнет нешуточное давление, о чем и предупреждал Робертсон.
Луиза Блэкуэлл закончила есть и обратила внимание на самодельную «доску убийств». Она добавила туда фотографии отца Маллигана и провела линию между двумя церквями – Святого Михаила и Святой Бернадетты. Блэкуэлл написала «Пожар 1983 года?» под Святой Бернадеттой и тут услышала вибрацию.
Луиза двинулась к телефону, как наркоманка, отчасти потрясенная желанием увидеть сообщение, а отчасти заинтригованная тем, что Финч случайно раскроется после сегодняшней встречи с ней.
Ее пульс участился, когда она увидела имя «Томас» на телефоне. Рука Блэкуэлл слегка дрожала, когда она открыла экран, чтобы прочитать сообщение:
Глава восемнадцатая
Освобождение от Мейнарда почти не повысило репутацию Джеффа в начальной школе. Во всяком случае, одноклассники относились к нему с большим подозрением. Симмонса отстранили сурово и оперативно. Официально об этом никогда не заявлялось, но после инцидента ему не разрешали участвовать в групповых мероприятиях во время игр или обеда. Пока остальные играли в футбол или в салки на поле напротив школы, Джефф тайком пробирался в соседнюю церковь. Независимо от того, сколько раз он уже входил в здание, Симмонс всегда испытывал трепет предвкушения: открывались большие деревянные двери, и перед ним представала внутренняя часть церкви. Мальчик не должен был находиться в церкви один, но днем там редко был кто-то еще. Джефф Симмонс энергично преклонял колени и быстро направлялся к одной из скамей. Прекрасная фигура Христа наблюдала за ним, как страж.
В детстве его молитвы были сбивчивыми, им не хватало искушенности, которую он развил в последнее время. Джефф начинал читать Библию с перефразированными евангельскими историями, но все еще имел смутное ее понимание. Симмонс знал, что Иисус умер на кресте, чтобы спасти человечество от грехов, но он не совсем понимал, как это произошло. Когда Джефф думал об одноклассниках, изолировавших его, он задавался вопросом, почему Иисус тревожился обо всех? Одноклассники были подлыми и эгоистичными. Симмонс украдкой прочел Откровение святого Иоанна Богослова во взрослой версии Библии, но не уловил никакого смысла. Слова были слишком длинными и звучали по-иностранному. Однако отец дал Джеффу базовое представление о значении Откровения. Однажды всех будут судить, и иногда, сидя в одиночестве в церкви, Джефф Симмонс желал, чтобы это время наступило как можно быстрее. Огонь занимал видное место в книге Откровения, но это все, что он знал. Священники намекали на огонь во время мессы, и, когда Джефф представлял дьявола, тот всегда купался в море очищающего пламени.
Переправа была самой трудной из всех, с которыми Джефф до сих пор сталкивался. В детстве он много раз ездил с отцом на остров, но папа избегал поездок в зимние месяцы и никогда бы не отправился в путешествие ночью. Однажды Джефф умолял взять его с собой на выходные зимой. Хотя отец протестовал, Джефф настаивал, что море спокойное и остров будет находиться в их полном распоряжении. Симмонс слишком много скулил и был справедливо наказан за непослушание.
Джефф Симмонс накормил пленника, выдержал жалкие попытки мужчины договориться с ним и отчалил от берега. Даже с подвесным мотором Джеффу пришлось бороться с силой прилива. Симмонс, насквозь промокший, преодолел последнюю волну, но потом начался дождь. Джефф присел на корточки внутри лодки, когда та развернулась вверх, рухнула в темное море и приняла в себя поток воды. Путешествовать ночью рискованно, но у него не было выбора.
Прилив у старого пирса был немногим лучше, чем у Крутого Холма. Джефф Симмонс сделал импровизированный причал из старой стальной балки, но оказался по пояс в ледяной воде, когда выпрыгнул из лодки. Руки онемели, когда он потянул за металл, затаскивая лодку под развалины пирса и скрываясь из виду. Джефф рухнул от изнеможения, а потом лег на спину на деревянный настил. Ветерок дул с моря и обдавал его мелкой моросью.
Джефф все не так себе представлял. Он романтизировал план и воображал идеальные условия для путешествия на лодке при лунном свете, ясные ночи на острове под звездами. Другие вещи, которые он должен был сделать, необходимы и
Джефф Симмонс зашаркал по берегу к заброшенной части пирса. Ветер дул сквозь зияющие дыры в конструкции, и внутри было ничуть не теплее, чем снаружи. Симмонс поковырялся в замке сумки и чуть не закричал от холода, сковывающего пальцы и вызывающего дрожь. Он разделся догола и надел запасную сухую одежду. Джефф буквально свернулся в клубок, пока тепло не начало возвращаться в его тело.