Мерседес Рон – 10000 миль, чтобы найти тебя (страница 10)

– У меня на уме тысяча мыслей, Нейт.

– Тебе нужно отключиться… как на Бали, – сказал он, и по выражению моего лица я догадался, что он понял, что ходит по тонкому льду.

– Ты же больше не думаешь о ней, не так ли?

– А ты больше не думаешь о Мэгги? – ответил я вопросом на вопрос, поздно осознав, что не стоило напоминать ему о ней.

– Эта девушка не заслуживает ни меня, ни моих мыслей, – признался он гораздо более холодным тоном, чем говорил до этого.

– Ты знаешь, что это неправда, но ты не в состоянии это признать. Я – да, конечно, я думаю о ней. Она крышесносная девчонка, девушка, с которой мне, черт возьми, хотя бы раз в жизни удалось чувствовать себя свободным, быть тем, кто я есть, а не тем, кем должен быть.

Нам протянули бокалы, и я сделал большой глоток, а затем вытащил телефон из кармана, чтобы посмотреть на время. Час ночи.

– Вы все еще общаетесь? – спросил он и, не дожидаясь моего ответа, выхватил телефон у меня из рук.

– Отдай его мне, Нейт, – потребовал я, разозлившись на несколько секунд.

Я наблюдал за тем, как он обращается с моим телефоном, как со своим собственным.

Не знаю, в какой, черт возьми, момент мне подумалось, что было бы неплохо, если бы он знал мой пароль.

– А… она тебе не ответила, да? – спросил Нейт, просматривая мои сообщения.

– Дай мне телефон сейчас же, Нейт, я серьезно.

– Чувак, вы с ней общались днями напролет, а она даже не соизволила тебе ответить!

Я молчал, потому что он был прав, и невозможно было притворяться, будто мне не больно или что это не заставляет меня чувствовать себя идиотом.

– Дай мне телефон, – пришлось повторить снова.

Нейт посмотрел на меня, и, думаю, он увидел в моих глазах, что это так или иначе задело меня.

Прежде чем мне удалось что-либо сделать, друг начал печатать. Одному богу известно, что за дерьмо он там писал.

– Готово.

– Что, черт возьми, ты ей написал? – сердито спросил я.

– Ничего, – просто ответил мой друг.

– Не играй со мной, Нейт.

– Я удалил ее номер, а заодно и вашу переписку, – признался он как ни в чем не бывало.

Я на мгновение замолчал.

– Повтори-ка, что ты сделал? – спросил я с учащенным сердцебиением, не совсем понимая, чем именно вызванным.

– Нам с тобой нужно поскорее забыть о Бали и обо всем дерьме, что с ним связано.

– Под дерьмом ты подразумеваешь Никки и Мэгги? – спросил я, с силой сжимая кулаки.

– Я освободил тебя. Как бы мне хотелось, чтобы кто-то сделал то же самое для меня, когда я был одержим и обманут Марго. Так ты не поддашься искушению поговорить с ней в надежде на что-то, чего никогда не произойдет. Мы из разных миров. Эти девушки не для нас, и…

Мой кулак подлетел к его лицу, и я даже не осознавал, что творю.

Я взмахнул рукой, увидев Нейта на полу, и хуже всего то, что мне было абсолютно плевать.

Я вернулся домой в такой ярости, коей не чувствовал довольно давно. Мной овладела беспомощность, стоило мне взять телефон и увидеть, что номера Никки больше не было среди моих контактов… и меня накрыло осознание того, что я больше не смогу поговорить с ней… Гребаный Нейт, черт возьми.

Теперь, если мне захочется услышать хоть что-нибудь от нее, мне придется ждать, когда Никки решит заговорить со мной, чего она не делала с тех пор, как мы с ней расстались.

Это причиняло мне боль, и я не собирался обманывать себя, говоря обратное. Можно было понять, что условия, в которых мы попрощались, были неподходящими, но мы встречались практически целый месяц, а последние дни и вовсе были постоянно вместе, будто были парнем и девушкой, мы вели себя как пара… Как она могла игнорировать мои сообщения? Моим единственным объяснением было то, что она все еще злилась и была расстроена из-за откровений, которые я ей раскрыл, но прошло уже больше месяца с тех пор, как мы расстались… По крайней мере, на мой взгляд, мы могли хотя бы обменяться житейским: «Привет, как дела?»

Я вошел в свою комнату, чувствуя себя жалким.

Несмотря на то, что никогда бы не признался в этом вслух, возможно, оборвать единственную нить, что связывала меня с ней, было не такой уж и плохой идеей. В конце концов, Нейт был прав, когда говорил, что мы из разных миров. Я не мог представить себе Никки здесь… в Лондоне. Мне в голову пришли те же самые слова, обращенные к Марго, которые Нейт сказал мне в свое время на Бали:

«Местные люди… не понимают, как мы живем. Они другие. Они воспринимают некоторые темы иначе, и я вряд ли когда-нибудь смогу это понять. Я представил себе Марго в Лондоне, в пробке, в дожде и холоде… и вдруг почувствовал, что срываю цветок из драгоценного сада, чтобы засунуть его в серый, холодный и унылый холодильник».

До меня дошел смысл его слов на все сто процентов.

Никки здесь не место, и чем скорее я это приму, тем быстрее смогу продолжить свою жизнь и тем раньше смогу перестать надеяться на то, чего никогда не произойдет.

Мне нужно сосредоточиться на Лилии, на своих новых обязанностях, мне нужно убедиться в том, что угроза, которую я получил месяц назад, необоснованна…

Я пошел в ванную, наспех принял душ и упал в изнеможении, положив голову на подушку.

Хватит с меня и того, что меня ожидает завтра в доме моих родителей.

Как и обещал Лилии, рано утром мы сели в машину и поехали в «Хэрродс». Я заметил, что она была одета в джинсы, на ней были те же самые белые кеды фирмы «Конверс», в которых она была по приезде в аэропорт Хитроу, и свитер, который, наверняка уже повидал лучшие времена.

Полагаю, что, будучи ее отцом, я обязан покупать ей все необходимое, и не стану лгать вам, говоря, что у меня не было соблазна отправить ее с Ханной в торговый центр, но нельзя было и дальше всегда избегать ее. Мне нужно было принять новую реальность.

До меня потихоньку начало доходить, что она была очень замкнутой и тихой девочкой, даже застенчивой. Я совсем не был таким в ее возрасте, напротив, был невыносимым и непослушным, возможно, даже слишком, но с возрастом мне удалось оставить все эти черты позади. Помимо всего прочего, после смерти моего брата мне было трудно делать определенные вещи, которыми раньше занимался без труда. Несомненно, то же самое случилось и с Лилией, и переживания, вызванные смертью ее мамы, повлияли на ее характер.

Я оставил машину на ближайшей стоянке, и мы шли по Хэнс-роуд, пока не добрались до Бромптон-роуд, где находился главный вход в «Хэрродс». Небо было пасмурным, однако вряд ли собирался идти дождь. Прохожие вокруг нас приходили и уходили, некоторые несли сумки, другие фотоаппараты, а кому-то, как мне, похоже, просто нужно было куда-то добраться. Лондон неописуемо красивый, но в нем всегда полно туристов. Этот город был захвачен ими, и мне это было ненавистно, особенно когда хотелось спокойно прогуляться по городу, чего мне практически никогда не удавалось сделать.

Я заметил, что Лилия удивленно смотрит на все вокруг.

И тогда понял, что она не знает Лондон и что я хреновый отец, но у меня не было времени устраивать ей туристическую экскурсию. Черт, надо нанять ей няню или кого-то в этом роде, чтобы ее водили куда-нибудь перекусить, погулять в парк или куда там любят ходить одиннадцатилетние девочки.

– Ты хочешь, чтобы я выбрала себе одежду здесь? – спросила она, глядя на роскошь, которая была здесь куда ни глянь.

– Давай пойдем сюда, – сказал я ей, с долей не очень большого терпения.

Больше всего на свете я ненавидел ходить по магазинам.

Мы поднимались на лифте, пока не добрались до этажа с детскими вещами.

Вывеска с надписью «Люксовые бренды для детей» указала нам на то, что мы в нужном месте.

Стройная, молодая и довольно симпатичная девушка с широкой улыбкой подошла к нам. Она бросила на меня довольно дерзкий взгляд, но я проигнорировал его, положив руку на спину Лилии.

– Добрый день, могу ли я чем-то вам помочь? – спросила она, чересчур жизнерадостно улыбнувшись девочке.

– Ей нужно что-то… для начала праздничное платье для сегодняшнего вечера и подходящее к нему пальто.

Лилия повернула голову, чтобы посмотреть на меня.

– Платье?

– Твоя бабушка хочет, чтобы ты была одета согласно этикету, да.

– Конечно, мистер… – сказала девушка-продавец, заканчивая предложение вопросительным тоном.

– Ленокс, – ответил я, возможно, чересчур холодно.

– Мистер Ленокс, есть ли что-то определенное, что придется вам по вкусу?

Я нахмурился и перевел взгляд на Лилию, которая смотрела на девушку так, словно та была инопланетянкой.

– Спросите у нее, – сказал я, не церемонясь. – Я буду в кафе на пятом этаже. Лилия, если что, позвони мне.

И тогда она посмотрела на меня так, словно инопланетянином в тот момент был я.

– По какому телефону? – спросила она.