Мерседес Лэки – Роза огня (страница 41)
Купив принадлежности для рисования, Роза решила запастись и бумагой для акварелей, а также бристольским картоном. У нее даже голова закружилась, когда она снова села в коляску, окруженная тяжелыми свертками, упакованными в коричневую бумагу.
«Я никогда в жизни не тратила за один раз так много денег!»
Новое ощущение пьянило ее, как крепкое вино. Чего стоит одна только мысль — войти в магазин и купить все, что захотелось! Даже в самые лучшие времена Роза не могла себе такого позволить.
— Отвезти все покупки в салон-вагон, или что-нибудь понадобится вам сейчас, мэм? — спросил Снайдер, прервав ее мечты.
— Ох… — Роза порылась в покупках и достала два романа и один из справочников. — Остальное можно отвезти. Безусловно, незачем загромождать дом покупками: они мне не понадобятся, пока я не вернусь к мистеру Камерону.
— Я прослежу, чтобы все было доставлено. — Снайдер откинулся на сиденье с видом хорошо поработавшего человека. Роза обхватила руками лежащие на коленях тома и тоже удовлетворенно перевела дух.
Солнце уже садилось в океан, на небе сияли прозрачные алые облака, воздух становился все более сырым и холодным. Роза порадовалась своему теплому плащу: сырость делала холод особенно ощутимым.
Снайдер помог ей выйти из коляски и задержался, чтобы дать указания вознице. Роза поднялась по ступеням ко входу в дом, но дверь распахнулась прежде, чем она успела коснуться большой медной ручки.
На мгновение девушке показалось, что она увидит перед собой саламандру, но дверь ей открыла самая обыкновенная горничная — она, должно быть, дожидалась их приезда.
— Прошу вас, следуйте за мной, мисс, — сказала горничная — женщина гораздо более преклонного возраста, чем ожидала Роза. Следом за ней Роза поднялась по лестнице на второй этаж, и служанка распахнула дверь в небольшую уютную спаленку, отделанную в чистых бело-голубых тонах. Обстановка не была ни выраженно мужской, ни подчеркнуто женственной: это явно была комната для гостей, обставленная так для представителя любого пола. В камине горел яркий огонь…
Но освещение давала электрическая лампа на стене! Роза уставилась на нее, как на саламандру. Этого она никак не ожидала: в очень немногие частные дома было проведено электричество. Даже в книжной лавке и в писчебумажном магазине такого не было, они освещались газом,
«Ох, как было бы хорошо, если бы Камерон обзавелся такими же лампами в поместье — никакого мигания, только яркий ровный свет! При нем читать было бы настолько легче!»
Однако на столике у кровати и на комоде Роза обнаружила напоминания о том, что электричество не совсем надежно: свечи в подсвечниках и спички.
Хотя комната была невелика, она была так же комфортабельна, как и апартаменты в поместье Камерона. Там был диван, расположенный так, чтобы было удобно читать, туалетный столик с креслом, небольшое бюро, гардероб. Вся мебель была обита голубым шелком, на полу лежал синий ковер, стены оклеены обоями в сине-белую полоску. Дверь в дальнем конце вела в ванную; заглянув туда, Роза обнаружила, что с другой стороны к ней примыкает такая же спальня. Горничная уже разложила ее вещи и теперь вешала в гардероб плащ.
— Ужин в восемь, мисс, но если вы хотите перекусить сейчас, я принесу чашечку чая и что-нибудь легкое, — предложила она.
— Если это не очень обременительно… — начала Роза, разрываясь между желанием утолить голод и опасением побеспокоить слуг.
— Да нисколько! Я сейчас принесу поднос, — улыбнулась горничная. — У нас всегда на плите горячий чайник. Вы предпочитаете чай по-английски?
— Безусловно. И если это избавит вас от лишних хлопот, я предпочла бы вообще питаться у себя в комнате. — Роза привыкла добавлять в чай сливки и сахар, потому что так делали английские ученые, посещавшие ее отца. Ей всегда казалось, что такой напиток лучше подкрепляет.
«Интересно, почему это у слуг Камерона всегда горячий чайник на плите, когда в поместье обычно подается кофе?»
Когда горничная принесла обещанный поднос, Роза отчасти получила ответ. Ей подали угощение для настоящей леди: крошечные бутерброды с салатом и сыром, а чай был «пукка Кибер» (что в приблизительном переводе означало «настоящий чай Кибера высшего качества») — черный, как смертный грех; такой чай было абсолютно невозможно пить без сливок и сахара. Это был настоящий английский напиток, не менее крепкий, чем кофе. Должно быть, повар Камерона был родом из старой доброй Англии — отсюда и «чашечка чая».
Бутерброды оказались не такими уж сытными, но их хватило, чтобы потерпеть до ужина. Как Роза и предполагала, слугам оказалось гораздо легче принести поднос к ней в комнату, чем накрывать стол в столовой для единственной гостьи. И когда ужин был подан, она поняла, что повар не только англичанин, но и служил в Индии: основным блюдом была говядина с карри. Девушка решила, что это своего рода испытание: повар хотел узнать, как она отнесется к подобной еде.
К счастью, то, что они с отцом так часто принимали англичан, сослужило Розе хорошую службу: она полюбила карри.
— Говядина с карри! — радостно воскликнула она. — И рис с шафраном! Ах как хорошо! Я так давно не пробовала как следует приготовленного карри!
Горничная буквально просияла.
— Ох, мэм, мы в последнее время все больше одни, и мой Чарли готовит то, что больше всего нам по вкусу, а мы так любим карри! Хозяин, так тот тоже любит карри и даже хвастается перед гостями, что у него такой замечательный повар. А вот мистер Дюмон не такой, он говорит, что у него натура нежная.
Судя по тону и выражению лица горничной, Роза заключила, что Поля Дюмона в этом доме не слишком любят.
— Чарли… Это и есть повар? — Поскольку горничная не спешила покинуть комнату, Роза принялась за еду. Карри был острым, как и положено карри, а говядина — такой нежной, что чуть не таяла во рту. Розе не пришлось притворяться, что блюдо ей по вкусу. — Ох, какая прелесть! Настоящий пукка карри! Пожалуйста, передайте Чарли, что я не пробовала такого вкусного блюда с тех пор… с тех пор, как профессор Карамджит сам готовил карри для нас с папой.
Горничная покраснела, и Роза поняла: догадка, что Чарли — ее муж, была правильной. Следующие слова горничной подтвердили это.
— Чарли — мой муж. Он и повар, и всякую тяжелую работу делает. Это он принес ваш сундук. Он служил в армии в Индии, был ординарцем у офицера, а потом, когда отслужил, решил не возвращаться домой, а попытать счастья здесь. Он мог, конечно, отправиться и в Австралию, да только Чарли говорит, что ему не нравится овец пасти.
— Что ж, я рада, что он выбрал Америку, — ласково сказала Роза. — Пожалуйста, передайте ему, чтобы не слишком беспокоился о моем меню. Я буду есть то же, что и вы, — не сомневаюсь, что это просто объедение.
— Благодарю вас, мисс, я ему скажу. Так для нас и правда будет легче. — Горничная по-свойски подмигнула Розе. Удовольствие от похвалы сделало ее лет на десять моложе. — Мистер Дюмон, вот уж кто капризничает и требует всегда чего-нибудь особенного! Не так уж трудно бывает обслужить мистера Камерона и его гостей, но когда в доме всего один новый человек… — Горничная пожала плечами. — Если желаете, оставьте поднос за дверью, как поужинаете, а я потом его заберу, когда буду запирать дом на ночь. Вам к завтраку приготовить чай или кофе?
«Пукка Кибер» не был, на взгляд Розы, тем напитком, с которого хотелось бы начинать новый день, хотя он, конечно, разбудил бы кого угодно.
— Кофе, пожалуйста, — виновато сказала Роза. — Как истинная американка я нуждаюсь в ежедневной порции кофе.
— Ну и я тоже, хоть Чарли этого и не понимает, — заговорщицки улыбнулась горничная. — А раз вы желаете кофе, значит, и мне достанется чашечка — ведь он приготовит целый кофейник. Я подам завтрак около семи, мисс. Желаете принять ванну сегодня или завтра утром?
— Сегодня, но я вполне могу все приготовить и сама, — рассмеялась Роза. — Вам не нужно так уж беспокоиться.
— Ну, если вы уверены… Тогда я ухожу. Если что-нибудь понадобится, — она кивнула на шелковый шнур с кистью у постели, — вы просто позвоните.
С этими словами горничная вышла, оставив Розу наслаждаться превосходным — и очень, очень английским — ужином. На десерт были поданы даже меренги со взбитыми сливками!
«Странно, что англичане, если у них всегда такая еда, еще способны управлять своей империей. Я подумала бы, что у них не должно оставаться энергии ни на что другое, кроме пищеварения!»
С довольным вздохом Роза выставила поднос за дверь.
«Хорошо, что я пробуду здесь недолго. Бьюсь об заклад: Чарли к пятичасовому чаю готовит булочки с кремом и плюшки. Через несколько дней мне пришлось бы туго шнуровать корсет, чтобы влезть в свои платья».
Роза не спеша приняла ванну и еще почитала перед сном, хотя и думала, что после раннего пробуждения и полного впечатлений дня сразу уснет как убитая. Выбор между романом Дансени и книгой по магии, которую она захватила с собой, оказался нелегким.
«Удовольствие или долг? Да Бог с ним! В конце концов, я же на каникулах!»
Однако Роза была слишком добросовестна, чтобы полностью пренебречь своими обязанностями, а потому пошла на компромисс: она читала книгу по магии, пока ванна наполнялась, а «Дочь короля страны эльфов» — потом.