Мерседес Лэки – Роза огня (страница 40)
— Хозяин обычно пользуется кебом, когда бывает в городе, мэм, — сказал Снайдер, нарушив молчание. — Однако я подумал, что это будет неудобно для леди, собирающейся заняться покупками.
Роза могла бы многое на это сказать, но ограничилась вежливым ответом:
— Весьма предусмотрительно с вашей стороны, мистер Снайдер. Большое вам спасибо.
Он еще некоторое время рассматривал Розу, потом после некоторого колебания проговорил:
— Простите меня, мэм, это не очень вежливо с моей стороны, но позвольте задать вопрос… Мисс Хокинс, какое положение занимаете вы в доме хозяина? Мне этого никто не объяснил.
«Да, не слишком вежливый вопрос, и ему явно нелегко было задать его. Бедняга! Я и правда не занимаю такого определенного положения, какое занимала бы, если бы была гувернанткой, как мне изначально было предложено».
Роза подняла брови, чтобы показать дворецкому: она прекрасно знает, что такое хорошие манеры, и понимает, что вопрос нескромный, а потом ответила с такой же прямотой, с какой был задан вопрос.
— Я помогаю мистеру Камерону в исследованиях, мистер Снайдер. Я имею степени бакалавра и магистра и заканчиваю докторскую диссертацию. Я скорее коллега, чем подчиненная мистера Камерона, хотя он и является моим нанимателем, так же как и вашим. Я приехала из Чикаго по его приглашению, отложив на время свои исследования, поскольку он нуждается в моих специальных знаниях. У него есть различные книги и рукописи, которые нужно перевести, а я — специалист по древним языкам.
Все это было достаточно близко к действительности, чтобы Роза не чувствовала себя виноватой в обмане.
Снайдер вздохнул с облегчением: видимо, его смущение действительно было следствием того, что он не знал, какое положение в доме Камерона она занимает. Теперь все прояснилось.
«Я выше служанки, но ниже гостьи, а главное — не дама полусвета, чего он, по-видимому, опасался больше всего».
Роза улыбнулась дворецкому и порадовалась тому, что надела один из самых строгих своих костюмов. Она действительно выглядела как ученая дама.
— Из Чикаго! Холодные края, особенно в это время года, мэм. Боже мой, да там сейчас, должно быть, снегу по колено! Надеюсь, вы не скучаете по морозам.
Роза поежилась и снова улыбнулась.
— Ни в коей мере, уверяю вас. Если ваш университет принимает женщин, я, возможно, останусь здесь, когда закончится моя работа для мистера Камерона. Я даже не представляла себе, что эта часть страны так привлекательна.
Широкая улыбка на длинном унылом лице Снайдера выглядела довольно странно.
— Здесь все очень похоже на Северную Каролину, откуда я родом, мэм, — сообщил он таким тоном, словно доверил ей величайший секрет.
«Ну да, это объясняет его акцент».
Снайдер кашлянул.
— Еще раз должен просить у вас прощения. Хозяин поручил мне предупредить вас, что выходить одной по вечерам было бы неразумно — за исключением посещения театра. Часть городских районов довольно опасна, а вы не знаете города.
«Так же как и в Чикаго… Но я мало выходила из дому по вечерам, а если и выходила, то вместе с отцом».
Роза рассеянно кивнула. Вокруг поднимались усеянные разнообразными зданиями холмы Сан-Франциско — на девушку, привыкшую к плоскому пейзажу Чикаго, это производило странное и чарующее впечатление. Она не могла налюбоваться городом. Дома — двух — , трех — , четырехэтажные — переливались нежными оттенками бежевого, розового, голубого цветов. Казалось, они сошли со страниц яркой детской книги, словно иллюстрации к сказкам «Тысячи и одной ночи».
— Насколько безопасно посетить Чайнатаун? — спросила Роза, безуспешно стараясь смотреть сразу во все стороны.
— Только днем и с сопровождающим, — предостерег Снайдер. — Я знаю, куда можно ходить без опаски, а куда — нельзя. Может быть, вы перечислите, что хотели бы увидеть, мэм, а я организую для вас экскурсии.
Роза с сожалением вздохнула: она рассчитывала, что сможет побродить в одиночестве, но… «Мне ведь совсем не хочется оказаться в трюме корабля, идущего в восточные страны». Рассказы о белых рабынях, возможно, и рассчитаны на то, чтобы вызвать сенсацию, но какая-то доля истины в них все-таки, наверное, есть, иначе они не повторялись бы с таким постоянством.
— Пожалуй, так будет лучше всего, — кивнула Роза, и Снайдер снова облегченно вздохнул. Он явно ожидал сопротивления с ее стороны.
«Могу его понять, но все же надеюсь, что в один прекрасный день, когда я буду знать Сан-Франциско достаточно хорошо, мне удастся погулять в одиночестве. А пока придется потерпеть».
Роза продолжала любоваться городом. Постоянные подъемы и спуски нелегко давались лошадям: бедняги с трудом натягивали постромки, хотя коляска была не особенно тяжелой.
Снайдер вынул из нагрудного кармана небольшую кожаную записную книжку и заглянул в нее.
— Прием у окулиста назначен на завтрашнее утро на девять часов. Есть что-нибудь, что вы хотели бы увидеть еще сегодня до ужина? Можно посетить магазины — у нас как раз хватит времени до закрытия.
— Может быть, книжную лавку? — с надеждой сказала Роза. — Есть какая-нибудь по-настоящему хорошая? И еще — писчебумажный магазин.
«Древние манускрипты я могу заказать по каталогу, но как выбрать что-то современное, если сначала не пролистать книгу?»
Снайдер кивнул, словно именно этой просьбы и ожидал. Может быть, так оно и было, раз он теперь знал о научных интересах Розы.
— Мы только завезем ваш сундук, чтобы Сильвия, горничная, могла его распаковать, а потом поедем в любимую книжную лавку хозяина, мисс Хокинс. Рядом с ней есть и писчебумажный магазин. Мы наверняка успеем до закрытия. — Подразумевалось, что для любого покупателя, рекомендованного Ясоном Камероном, приказчики рады будут задержаться.
Роза закусила губу, подумав, что, возможно, совершила ошибку. Если Ясон Камерон — постоянный покупатель этого магазина, выбор там, конечно, превосходный, но цены высокие.
— В обоих магазинах ваши расходы запишут на счет мистера Камерона, — как о чем-то само собой разумеющемся сказал Снайдер. — Он распорядился, чтобы вы могли пользоваться его счетами при покупках, как это делает мистер Дюмон.
«Вот и еще одна причина, почему Снайдер хотел узнать, какое положение в доме Камерона я занимаю».
— Мистер Камерон никогда не видел, как я веду себя в книжной лавке, — лукаво сказала Роза. — Как бы он не раскаялся в своей щедрости.
Снайдер посмотрел на нее с откровенным изумлением, но все же позволил себе рассмеяться.
Экипаж остановился у городского дома Камерона совсем ненадолго — только пока слуга заносил сундук внутрь — и двинулся дальше. Едва переступив порог книжной лавки, Роза оказалась в раю.
Внутри все сверкало темным полированным деревом и медью. От пола до потолка тянулись книжные полки, расположенные так тесно, что между ними с трудом можно было пройти. Эта лавка не уступала ни размерами, ни выбором магазину Брентано в Чикаго. Роза увидела здесь книги некоторых «легкомысленных» авторов, которых очень любила — например, лорда Дансени , — и решила почитать их в свободное время, хотя и подумала, что умерла бы от смущения, если бы Ясон Камерон застал ее за чтением описания Страны Фей. В остальном же она выбрала несколько справочников, которых не было в библиотеке Камерона, но которые могли оказаться полезными; прозаические инженерные трактаты пятнадцатого-шестнадцатого столетий, которые никому не пришло бы в голову соотнести с магией, травники, труды по теологии.
В них Роза рассчитывала найти полезные намеки, ключи к иной интерпретации текстов, которые, на ее взгляд, очень помогли бы в ее исследованиях. Камерон подходил к содержанию манускриптов с позиций мага, однако Роза считала, что ему полезно было бы представлять себе мир, в котором жил древний автор, и попытаться увидеть вещи его глазами. Могли существовать оттенки смысла, неуловимые для современного человека, что же касается терминологии, она так же требовала специальных познаний, как и любой самый обыкновенный шифр.
Всякий раз, переходя к новой полке, она находила новые интересные книги и в конце концов перестала противиться искушению, утешая себя мыслью, что многие ее приобретения останутся в библиотеке Камерона. Когда Роза обошла весь магазин, книг набралась порядочная стопка; понадобились услуги двух посыльных, чтобы донести их до экипажа, однако Снайдер и бровью не повел. По-видимому, посещения лавки Камероном приносили такой же урожай.
«Может быть, поэтому он и засмеялся».
Роза подумала о богатой библиотеке в поместье и решила, что для дворецкого ее покупки выглядят вполне обыденно.
В писчебумажной лавке Роза купила несколько больших переплетенных в кожу тетрадей. Из них она сделает собственные справочники, будет записывать свои соображения. К ним присоединилось несколько пачек бумаги и коробок карандашей: у Камерона в доме не было ничего, кроме ручек, а при том обилии записей, которые предстояло делать, Роза не хотела подвергаться опасности опрокинуть на себя чернильницу; да и хорошую бумагу тратить на черновые записи жалко.
Роза воспылала страстью, увидев набор мягких цветных карандашей и акварелей. Они были великолепны — «из Японии», как сказал продавец. Краски переливались всеми оттенками, и Роза не могла удержаться от покупки.
Впрочем, в магических обрядах цвет, кажется, играл важную роль; возможно, карандаши и краски окажутся не менее полезны, чем остальные приобретения.