Мерседес Лэки – Пик (страница 25)

Я не успела и рта раскрыть, как Тирсион, отступив на шаг, заговорил снова:

– Мне любопытно, отчего ты решила, что я явлюсь, будучи призванным? Мы же возле ваших великих магических стен.

– Ты воспользовался Порталом, – пояснила я. – Когда я отворяю Путь для Гончих, Портал возникает где угодно.

Его глаза вспыхнули:

– Неплохое умозаключение. Но имей в виду вот что. Мы должны понимать, куда мы направляемся, чтобы миновать ваши Стены. Я назвал тебе свое имя, потому что, призывая меня, ты в известном роде получаешь разрешение на Портал. Но и в таком случае мы не обязаны отвечать на твой призыв.

Теперь ясно, как Асу удалось протащить вампира в водосток. Он призвал сюда кого-то из Жителей. Тогда что ему мешало сбежать от военных, пока он сидел в тюрьме? Ага, наверное, те Жители, с которыми он водился, не очень-то хотели выскакивать из Портала прямо в становище врага.

До чего досадно, что я даже рассказать об этом не могу! Ведь сразу спросят: откуда, мол, такие сведения? Не хватало еще, чтобы все вокруг проведали, что я не прочь посудачить с Жителем-Князем.

Да уж, такая новость пройдет на ура.

– Тот юноша, которого ты скрываешь под этими развалинами, – мне кое-что известно о нем, – небрежно обронил Тирсион, пока все эти мысли порхали у меня в голове. – В городе есть те, кто желает причинить ему зло, от которого ты бережешь его. Я могу предложить ему пристанище. Полагаю, он будет вполне счастлив в моих владениях. Если сумеешь уговорить его, я заполучу ценного подданного и сочту это величайшей услугой с твоей стороны.

У меня чуть голова не взорвалась. Вот же оно – спасение для Джоша! Ладно, может, это и не лучший выход – по мне, так точно не лучший: даже если Тирсион не обманывает меня, Джоша-то я больше не увижу! И все же это выход. Как ни крути.

– Понимаю, ты хочешь знать, не мнимое ли пристанище я предлагаю, – сказал Тирсион. – И мне нужно поразмыслить, как тебя убедить. Если сама ты не желаешь стать пастырем моего стада, я с радостью приму этого юношу. У него есть свои преимущества: он может говорить мне, кто из овец счастлив, а кто несчастлив и почему. Тебе он по сердцу, – прибавил он с еле заметной улыбкой, чуть прищурившись. – Если он обретет мир в моих владениях, может, и ты захочешь поступить ко мне на службу.

«Ни за что на свете», – вот что я хотела ему сказать. Но губы выдали мою нерешительность, совершенно самостоятельно прошептав:

– Мне надо подумать.

– Разумеется. – Тирсион отступил к середине улицы и открыл Портал: таким же рассеянным жестом, каким я творю магические огоньки. – Но не медли с раздумьями. Это место не для него, и простая случайность доведет его до беды. Ему угрожают те, кого вы зовете «чудовищами», и чудовища из вашего рода. Оружие его разума блистательно, однако он сумеет направить его лишь на одного противника. Его владыки могут явиться сюда, догадавшись, где он прячется. Есть еще бури и болезни. Есть маленькие, но смертоносные создания, которые проскользнут в его убежище без его ведома. И к тому же хоть нынче и лето, но лето не длится вечно. – С этими словами он вступил в Портал и исчез.

«Ты присядь, – участливо предложил Ча. – Мы постережем».

Присесть не помешало бы: у меня после общения с Жителем в глазах плыло. Сколько еще вопросов я могла бы ему задать! Я опустилась на подходящий обломок и повесила голову. «Я совсем как дура себя вела?» – спросила я Гончих.

«Нет», – тут же откликнулся Мирддин, но уточнять ничего не стал.

«Мы очень многое узнали, и не думаю, что он лгал нам, – поддержал его Ча и по-собачьи тряхнул головой. – Отправить к нему твоего друга не такая уж плохая мысль. Если так сделать, он окажется далеко-далеко, а ты будешь словно бы и ни при чем».

Что правда, то правда: если Псаймоны доберутся до Джоша, они без всякой жалости выцарапают из его разума все, что сумеют. И тогда нам с дядей обоим несдобровать. Даже если чисто внешне мы к делу непричастны.

Но правда и то, что если и есть на свете место, где псайкорпус стопроцентно не поймает Джоша, так это Потусторонье. Будь у Аса побольше мозгов, он остался бы с пришлецами, которые помогли ему бежать. Нечего было ввязываться во Вторую Битву и мстить нам за то, что мы его схватили. Пусть скажет спасибо своей гордыне: если бы не она – гулял бы сейчас на свободе. Ведь нет убежища, более надежно скрытого от людей, чем Потусторонье.

Но мне нужна железная уверенность, что у Тирсиона Джошу ничего не грозит, иначе я и разговора с Джошем затевать не стану. И скажите на милость, как Тирсион собирается меня убеждать?

Впрочем, одно я точно должна сделать: позвонить в штаб, пока никто ничего не заподозрил, и доложить, что я вернулась в дозор. Гроза миновала, и нам положено снова нести службу.

– Элит-Охотница Рада вызывает штаб.

– Вас слышу, Элит-Охотница. Есть что доложить? Прием.

– Чуть с тоски не померла, – соврала я. – Хорошо, нашла наружную антенну, а так бы все локти изгрызла со скуки.

Дежурный рассмеялся:

– Вас понял. Конец связи.

После этой бури внезапно стало тише. Нет, не совсем тихо, а именно тише. Может, пришлецам-то еще больше досталось, чем нам. Их стратегия против них же и обернулась.

В послегрозовое утро нам со Сьелль пришел вызов посреди завтрака. Мы сгребли со стола все, что сгреблось, и помчались снова в Отстойник. Прошли через башню обычным путем, призвали Гончих уже на той стороне Барьера, возле очередной груды развалин. Развалины напоминали какое-то учебное заведение вроде колледжа. Кроме мелкого зверья да птиц, признаков жизни тут не наблюдалось. Вызов пришел от кого-то из полицейского департамента, кто патрулировал участок с безопасной стороны Барьера. Поэтому пришлецы были как бы не в курсе, что их застукали.

– Тебе в штабе хоть что-нибудь объяснили? – спросила Сьелль, когда мы вбили координаты, которые дал нам полицейский, и я, в нарушение правил движения, задала трансподу максимальную скорость.

– Гоблины. Или даже целый базар гоблинов, – сообщила я. – Вот будь я толпой гоблинов, куда бы я заныкалась?

– Точно тебе говорю – они вот там залегли.

Сьелль указывала на здание без крыши. С виду – одноэтажный склад. Гоблины любят устраивать логово из сорной травы, палой листвы и всего, что сумеют туда натащить. А то строение – настоящий кладезь листьев и сорняков. Мы отправили камеру, что была при нас, на разведку. Камера заглянула через стену – ну и, естественно, гоблины были тут как тут. Самая большая стая гоблинов, какую мне доводилось встречать.

Мне одной такая орава была бы не по зубам. Но я же не одна. Со мной Сьелль, у нее только что был чудесный грозовой выходной, и она полна сил.

Мы ухмыльнулись друг другу и стукнулись кулаками.

Поблизости стояло еще одно здание, трехэтажное. Крепкие кирпичные стены сохранились, но деревянные полы прогнили и провалились, а внутри все заросло высоким кустарником, даже проклюнулись два небольших деревца. Фабричное помещение, подумала я. Судя по всем этим окнам – монтажный цех. Для наших целей самое то. Стекла в окнах разбились, зато стальные рамы уцелели. Оконные секции были всего два дюйма в ширину и четыре в высоту. Ни один гоблин в такую узкую дырку не протиснется. И стены вполне прочные. Для гоблинов такое здание – идеальное убежище. Душана подсадил меня на пожарную лестницу со стороны, противоположной той, откуда повалят гоблины. Я забралась на верхний этаж и затаилась возле одного из окон. Прикрыла себя камуфляжем. Гончие тоже попрятались по всему цеху и перекрыли выход. Алебрихе, как хамелеоны, замаскировались под окружающую разруху, остальные укрылись под обломками провалившейся крыши. Сьелль со своей стаей двинулась выдворять гоблинов из их логова, чтобы они в поисках безопасного места ломанули сюда.

План сработал настолько блестяще, что хоть песню слагай.

Гоблины в своем обычном облике прожужжали над стеной и рассеялись по углам, скрываясь от преследователей. Хилые ножки и ручки, мушиные крылья, спутанные волосы, вытянутые морды – то ли человечьи, то ли лисьи – и несколько рядов острейших зубов. Гончие Сьелль перепугали тварей насмерть; было заметно, что гоблины уже ничего не соображают, а инстинктивно мечутся, лишь бы спастись и спрятаться.

«Последний», – сообщил Ча, когда еще один гоблин просочился к нам следом за сородичами.

Я аккуратно набросила сеть на все здание и хорошенько закрепила. Потому что иначе они как начнут выпрыгивать из кустов и рвать сеть – мне их тогда под сетью не удержать.

А гоблины так увлеченно зарывались в заросли, что ничего кругом не замечали.

– Взять их! – скомандовала я по перскому.

Мои Гончие, разумеется, услышали мысленный приказ. Они вскинулись из своих укрытий и учинили пойманным под сеть гоблинам кромешный ад.

Сьелль отпустила Душану, охранявшего дверь, пировать и сменила его на посту. Время от времени она лениво вырубала гоблинов, попадающихся ей на глаза. Пока Гончие не напились манны, чтобы подкормить ее энергией, она пользовалась винтовкой. Ее крылатая четверка терпеливо дожидалась, пока я приподниму уголок сети, чтобы они тоже могли проскользнуть к моим Гончим. Гоблинов, которым удалось проскочить мимо моих Гончих, поджидали в воздухе летуны Сьелль.

Мне даже не приходилось напрягаться, удерживая сеть: в нее ткнулась разве что пара гоблинов. А когда Гончие Сьелль, напившись, поделились с ней магией, она принялась косить пришлецов своими мощными лазерными залпами.