Мэрлин Стоун – Когда Бог был женщиной. Как древнейшая религия Богини сменилась патриархальной верой в богов-мужчин (страница 45)
«Напишет ей разводное письмо»
Итак, доказательств более чем достаточно. Религия Ашторет, Ашеры или Анат и Ее Баала – с присущей ей автономией женщин в вопросах секса – была объявлена враждебной. Ни один метод не считался слишком жестоким для достижения поставленных целей. Чтобы пролить дальнейший свет на замыслы левитов, наряду с резней мы сталкиваемся с правилами, установленными священниками для всех еврейских женщин. При чтении левитских законов становится ясно, что сексуальная независимость женщин в рамках религии Богини представляла собой для них постоянную угрозу. Она подрывала далеко идущие планы мужчин, возможно, возглавляемых индоевропейцами или находившихся под их влиянием. Рассматривая женщин как имущество, они видели свой идеал в обществе, где родство по мужской линии считалось нормой, как это уже давно имело место среди индоевропейских народов. А это, в свою очередь, требовало, чтобы каждая женщина оставалась во владении одного мужчины, не оставляя никаких сомнений в отцовстве рожденных ею детей, особенно сыновей. Однако родство по мужской линии признавалось невозможным до тех пор, пока женщинам позволялось сохранять самостоятельность в интимной сфере, производя на свет детей, отцовство которых не было точно установлено или ему не придавалось значения.
Одних только законов, речей и даже «слова божьего» явно было недостаточно для тех, кто так долго наслаждался свободой. Поэтому разрабатывались и внедрялись суровые наказания, чтобы добиться полного сексуального контроля над еврейскими женщинами. Любое отклонение от правил рассматривалось как грех, во многих случаях караемый позорной и мучительной смертью. (Хотя эти законы встречаются в книгах Левит и Второзаконие, написанных, как утверждается, еще во времена Моисея, исследователи Библии обычно датируют их составление периодом между 1000 и 600 годами до н. э.). Согласно левитским нормам, все женщины должны были до замужества оставаться девственницами. После вступления в брак женщина могла иметь интимные отношения только с предназначенным ей мужем, которого, по всей вероятности, выбирал ее отец. При этом муж мог уже обладать (или обзавестись впоследствии) любым количеством других жен или наложниц, которых он в любой момент имел право заменить на новых.
В Лев 20:10 мы читаем, что если женщина совершила прелюбодеяние, и она, и ее любовник должны быть преданы смерти. В Книге Второзакония левиты писали об израильской невесте: «Если же сказанное будет истинно, и не найдется девства у отроковицы, то отроковицу пусть приведут к дверям дома отца ее, и жители города ее побьют ее камнями до смерти, ибо она сделала срамное дело среди Израиля, блудодействовав в доме отца своего; и так истреби зло из среды себя» (Втор 22:20–22). Иными словами, молодую девушку-еврейку можно было выволочь из дома и забить до смерти камнями лишь за то, что она занималась любовью до брака, или даже за то, что она лишилась девственности иным образом или вследствие несчастного случая – в то время как ее современницы в Ханаане, участвовавшие в сексуальных обрядах, признавались святыми.
Левиты были настроены настолько решительно в своем трепетном отношении к отцовству, что даже изнасилование приравнивалось ими к браку, как то уже имело место у подвластных индоевропейцам ассирийцев. Согласно их законам, изнасилование девственницы рассматривалось как заявление о праве собственности на нее и влекло за собой принудительное замужество. Как жертва изнасилования, женщина автоматически лишалась права остаться одинокой или вступить в заранее устроенный и, вероятно, более желательный брак. В законе говорилось: «Если кто-нибудь встретится с девицею необрученною, и схватит ее и ляжет с нею, и застанут их, то лежавший с нею должен дать отцу отроковицы пятьдесят [сиклей] серебра, а она пусть будет его женою, потому что он опорочил ее; во всю жизнь свою он не может развестись с нею» (Втор 22:28, 29).
Для дочерей левитов было установлено: «Если дочь священника осквернит себя блудодеянием, то она бесчестит отца своего; огнем должно сжечь ее» (Лев 21:9). Поскольку эти законы писались священниками-левитами, их готовность сжечь собственных дочерей, возможно, наиболее ярко демонстрирует всю силу неприятия левитами сексуальной автономии женщин.
Не менее странным кажется закон, гласивший, что если жертвой изнасилования стала замужняя или обрученная женщина, ее следовало убить за то, что она подверглась насилию. По закону, если обрученная или замужняя женщина была изнасилована, и она, и мужчина должны побиваться камнями до смерти (Втор 22:23–25). Изнасилование расценивалось как оскорбление мужчины, которому женщина принадлежала. Лишь в безлюдной сельской местности ее можно было «оправдать» за учиненное над ней насилие, поскольку она могла звать на помощь, однако ее никто не услышал.
Хотя Библия неоднократно заявляла, что женщина, осмеливавшаяся заняться любовью с любым мужчиной, кроме собственного мужа, была стыдом и срамом для всей общины верующих, еврейские мужчины, не стесняясь, брали столько жен, сколько могли себе позволить. Летописи еврейских царей свидетельствуют, что у них имелись огромные гаремы, а у большинства рядовых евреев, по-видимому, было несколько жен, однако предполагалось, что каждая из этих женщин обязана блюсти верность данному ей супругу. Отсутствие же супружеской верности со стороны мужчины, по-видимому, воспринималось как должное, если только другая женщина не была уже замужем или обручена. Это объявлялось грехом, поскольку представляло собой посягательство на собственность другого мужчины. Вряд ли романтическая верность друг другу считалась чем-то особо важным или священным для обоих партнеров, но только для женщины добрачная девственность и сексуальная верность стали «моральными» проблемами – отношение, пережитки которого мы наблюдаем даже сегодня.
Впрочем, положение женщины, хранившей верность законному супругу, также было довольно шатким. Это следует из Втор 24:1: «Если кто возьмет жену и сделается ее мужем, и она не найдет благоволения в глазах его, потому что он находит в ней что-нибудь противное, и напишет ей разводное письмо, и даст ей в руки, и отпустит ее из дома своего». Как мы уже читали выше, согласно левитским законам, только муж мог просить или требовать развода. По сути, все, что от него для этого требовалось – написать жене разводное письмо. Мы можем рассматривать такого рода общество как совершенно отличное от шумерской Эшнунны, где, если мужчина брал вторую жену после того, как первая родила ему детей, его изгоняли из дома без средств к существованию.
Здесь становятся очевидными преимущества родства и наследования по мужской линии не только для членов царской семьи или священства, но даже для рядовых общинников. Женщина, которая жила со своим мужем, рожала ему детей, выполняла всю работу по дому, а возможно, и способствовала его благосостоянию, принеся ему в приданое дом, землю или другое имущество, не имела никаких прав притязать на все перечисленное. Достаточно было просто вручить жене письменное уведомление, чтобы выгнать ее вон, после чего плодами ее времени и усилий наслаждался муж, который мог вскоре заменить ее еще одной или несколькими женами – если только он не сделал этого ранее. Утратившая девственность женщина, по-видимому, считалась непригодным «материалом» для брака.
Возможно, такие разводы случались нечасто (хотя у нас нет данных, по которым мы могли бы об этом судить), однако сами по себе законы, допускавшие развод, вероятно, приводили к тому, что женщина, боясь быть выброшенной из дома, превращалась в забитую служанку – архетип «доброй жены», которая покорно и с улыбкой на лице угождает малейшей прихоти или желанию своего мужа.
«Я пришел упразднить дела женские»
Истребление и преследование религии женского божества длилось веками. В «Авода Зара», одном из трактатов иудейского Талмуда, составленного примерно в V веке н. э., благочестивому верующему давались указания, как отнять у «идола» его силу. Это можно было сделать, оторвав у него кончик уха или носа (что может объяснить отсутствие у стольких статуй носов). Вся книга состоит из конкретных законов и постановлений, регулировавших отношения между евреями и «идолопоклонниками».
Цивилизации, поклонявшиеся Богине, процветавшие в течение ряда тысячелетий и принесшие с собой еще в глубокой древности столько изобретений в области сельского хозяйства, медицины, архитектуры, металлургии, колесных транспортных средств, керамики, текстиля и письменности, постепенно были полностью уничтожены. Хотя очень многие из этих изменений были инициированы индоевропейцами, в более поздние времена долг каждого еврея, а затем и христианина, заключался в том, чтобы подавлять и истреблять поклонение женскому божеству, где бы оно ни существовало.
Если евреи действительно следовали заповедям Второзакония, то резня, описанная в Ветхом Завете, могла быть лишь символической частью действительно произведенных убийств и разрушений. Когда же сочинения и принципы левитско-еврейской религии были встроены в новую веру, из которой впоследствии выросло христианство, гонения на религию Богини усиливались по мере усиления могущества и влияния новой Церкви. На левитский закон наловился пересмотренный вариант уже знакомой легенды о матери и умирающем сыне, а это повлекло за собой еще более жесткое подавление женской религии.