Мэрлин Стоун – Когда Бог был женщиной. Как древнейшая религия Богини сменилась патриархальной верой в богов-мужчин (страница 37)

Законы древних евреев гласили, что мужчина без пениса не вправе был считаться членом общины. «У кого раздавлены ятра или отрезан детородный член, тот не может войти в общество Господне» (Втор 23:1). Тем более показательно то, что один из первых видимых знаков завета, заключенного Яхве с Авраамом, касался практики обрезания. Закон требовал, чтобы все евреи мужского пола были обрезаны вскоре после рождения. Хотя современные авторы часто объясняли это как меру профилактики против венерических заболеваний, не была ли такая практика на самом деле призвана подчеркнуть «мужественность» евреев, поклоняющихся богу-мужчине, по контрасту с «женственностью» тех, кто придерживался религии Богини?

Выводы

Кастрированный и/или умирающий юный супруг, пережиток тех времен, когда божественное право на престол принадлежало верховной жрице, часто игнорируется или неверно трактуется авторами, которые сосредотачиваются лишь на одном географическом регионе или одном хронологическом периоде и поэтому не в состоянии проследить постепенный переход от главенствующей роли женского божества и Ее жриц к окончательному подавлению и искоренению этих верований.

Иногда это непонимание выглядит поразительным образом оторванным от любых документальных свидетельств. В 1964 году Адольф Лео Оппенгейм, который отвел менее двух строк Богине, почитаемой в раннем Шумере как покровительница письменности, затем на протяжении целых пяти страниц обсуждал теорию о том, что понятие истару первоначально обозначало просто «судьбу» или «долю» и лишь затем было обожествлено людьми в образе Богини Иштар. По его словам, это в свою очередь объясняет, почему Богиню постоянно описывали как «источник власти и престижа царя». Однако многочисленные данные со всей ясностью доказывают, что Иштар, как и другие версии Богини на Ближнем и Среднем Востоке, описывалась как «источник власти и престижа царя» именно потому, что от царя действительно требовалось вступить в сексуальный контакт с верховной жрицей, воплощением Богини на земле – которая, по всей видимости, наследовала права на царский трон по материнской линии.

Обычай ритуального цареубийства исчез с приходом к власти патрилинейных племен. Для достижения этой цели, вероятно, использовались многочисленные версии легенды о Гильгамеше на разных языках. Постоянная и наследственная царская власть стала правилом, и как только первенство перешло к мужскому божеству, роль наделяющего божественным правом на престол, в конечном счете, была передана ему – концепция, сохраняющаяся в королевских семьях и по сей день.

Вряд ли можно сомневаться в том, что древнейшие обычаи ритуального цареубийства и политический статус верховной жрицы представляли собой серьезное препятствие на пути стремления северных захватчиков к прочной царской власти и более полному контролю над правительством. Но вторая и, возможно, не менее важная точка противостояния подводит нас в следующей главе к более подробному объяснению культурных моделей и подходов, окружавших секс и деторождение в религии Богини, которая допускала преемство по женской линии и даже поощряла его сохранение.

7. Священные сексуальные обряды

Чаще всего о ханаанцах узнают из Ветхого Завета. Там говорится, что они составляли большую часть населения Палестины, поглощенной Израилем, стремившимся занять «страну с молочными реками и кисельными берегами». Ветхозаветные пророки, проповедники и переписчики Ветхого Завета с негодованием говорят об «отвратительных ханаанейцах». Их ярость вызвана тем, что многие евреи поклонялись ханаанским божествам плодородия Ваалу и Аштарот, с культом которых было неразрывно связано представление о неукоснительном следовании естественным проявлениям природы, то есть о сексуальной свободе…[196]

Такой комментарий оставил профессор Джон Грей в своей книге «Ханаанцы», изданной в 1964 году. «Сексуальная свобода», приписываемая ханаанцам, относится к священным сексуальным обрядам древней религии – обычаям, имевшим место также и во многих других регионах Ближнего и Среднего Востока.

В библейскую эпоху, как за тысячи лет до того в Шумере, Вавилоне и Ханаане, было принято, чтобы значительное число женщин проживали на территории храмового комплекса, в древние времена составлявшего ядро общины. Как мы уже видели, храмы владели большей частью пахотных земель и стадами домашних животных, вели записи культурного и экономического характера и, по всей видимости, обычно выполняли в общине роль центрального правящего органа. Женщины, проживавшие в священных пределах Божественной Прародительницы, избирали себе любовников из числа мужчин общины, занимаясь любовью с теми, кто приходил в храм, чтобы таким образом воздать честь Богине. У этих людей половой акт считался священным, настолько возвышенным и достойным, что он осуществлялся прямо в обители Создательницы неба, земли и всего живого. Богиня в одном из ее многочисленных аспектов почиталась как небесная покровительница плотской сексуальной любви.

Некоторые археологи полагают, что эти храмовые сексуальные обряды, столь часто встречающиеся в женской религии Ближнего и Среднего Востока на всем протяжении древней истории, должны рассматриваться как род примитивной символической магии, призванный обеспечить плодородие у крупного рогатого скота и растений, а также у людей. По моему мнению, они могли развиться в результате первичного осознания и понимания людьми отношения полового акта к воспроизводству. Поскольку эта связь, по всей вероятности, была изначально подмечена именно женщинами, она могла быть интегрирована в религиозную структуру как средство обеспечения продолжения рода среди тех женщин, которые предпочитали жить и растить детей в стенах храмового комплекса, а также, возможно, как метод регулирования беременности.

Идея репродукции наглядно объяснялась на плите из серого камня, обнаруженной в неолитическом святилище Богини в Чатал-Хююке. На одной стороне рельефа, вырезанного около 8000 лет назад, изображены двое влюбленных, крепко держащих друг друга в объятиях, а на другой – мать с младенцем на руках.

Люди нашего времени, взращенные и запрограммированные «моральными нормами» современных мужских религий, могут счесть сексуальные отношения и обряды Древнего мира тревожащими, шокирующими или даже кощунственными. Тем не менее мы должны принимать во внимание вероятность того, что такие суждения или реакции есть не что иное, как следствие прививаемых и культивируемых нашим обществом религиозных стереотипов, которые сами по себе основаны на идейных установках тех, кто с самого начала неоднократно обрушивался с яростными нападками на сексуальные обычаи Богини.

В мире почитателей Богини секс рассматривался как нечто возвышенное и святое, как Ее дар человечеству. Она была, помимо всего прочего, покровительницей плотской любви и деторождения. Но в религиях нашего времени мы сталкиваемся с почти полностью противоположной картиной. Секс, особенно внебрачный, считается чем-то неприличным, грязным и даже греховным. Однако вместо того, чтобы называть древние религии, открыто признававшие и превозносившие человеческую сексуальность, «культами плодородия», мы могли бы счесть современные религии странными в том смысле, что они, как кажется, считают сам процесс зарождения новой жизни постыдным и порочным. Возможно, столетия спустя ученые и историки будут классифицировать их как «культы бесплодия».

Документальные свидетельства из Шумера, Вавилона, Ханаана, Анатолии, Кипра, Греции и даже из самой Библии подтверждают, что хотя концепция брака известна уже из самых ранних письменных источников, многие женщины, как одинокие, так и замужние, продолжали в течение определенного периода времени жить в храмовом комплексе и следовать древним сексуальным обычаям Богини. Библия свидетельствует о том, что эти женщины могли свободно приходить туда и уходить, когда им заблагорассудится. В сексуальных обрядах Богини участвовали как простолюдинки, так и женщины из богатых и знатных семей. Эти женщины могли в любое время выйти замуж, и Страбон сообщает, что даже в I в. до н. э. они считались исключительно хорошими женами. В самые ранние исторические эпохи никому даже не приходили в голову идеи вроде респектабельности или приличия – они появились гораздо позже в рамках новой морали.

Средиземноморские религии Старого Света, за исключением древнееврейской, единодушно рассматривали сам процесс зарождения жизни как сакральный, по крайней мере не как нечто чуждое и ненавистное божеству. Однако ранние христианские проповедники, основываясь на принципах древнееврейской религии, полностью отделили Бога от таких простых жизненных фактов, как деторождение, порождая порой предвзятое отношение к половой жизни и тем самым подготавливая конфликт между любыми возможными биологическими концепциями и догмами нынешней религии. И нельзя утверждать, будто современная этическая мысль от этого только выиграла.

Так писал оксфордский историк Льюис Ричард Фарнелл еще в 1896 году. Он был одним из немногих авторов той эпохи, да и большинства последующих эпох, кому удалось дать объективную картину отношения древних религий к сексу, а не заставлять людей при виде черных букв краснеть от смущения или оставлять комментарии, исполненные праведного негодования.