Мерлин Маркелл – Лимб (страница 22)

Пересыпаю песок сквозь пальцы. Моя жизнь утекла точно так же, бесследно, бесполезно. Даже не успел получить удовольствие…

Вот моё последнее воспоминание. Я сидел на крыше с винтовкой… хотел убить его, моего не-друга (больше-чем-друга?). Хотел застрелить, пока он вёл людей на смерть. Я даже не помню, утро это было или день; какая стояла погода и… и… да ничего кроме появившейся твари, время от времени досаждавшей мне уже хрен знает сколько месяцев, превратившей мою жизнь в Ад — настолько невыносимый, что это сраное Чистилище поначалу казалось мне Раем.

Хорошо сложенное тело, мертвенно бледное с прожилками вен — призрак казался вытесанным из мрамора. И, как статуя, он обычно молчал; но не в тот день.

— Ты убийца, — сказал мне глюк, и поведал дальше список людей, которых я якобы умертвил.

Я не поверил ему.

— Ты сам вызываешь у себя провалы в памяти. Поэтому тебе кажется, что я неразговорчив, хотя я частенько раскрываю тебе глаза на собственные грехи. А ты каждый раз стираешь нашу беседу из воспоминаний, чтобы потом приписать убийство мне, твари извне.

Обелил он себя, в общем. И пока я искал доводы против… всё закончилось и для меня.

Я умер. Был убит или перенесён в это измерение силой культа. Не суть… Важно только то, что надо было не трепаться, а нажимать на курок. И если я и вправду был серийником, которым меня выставлял призрак, моё последнее убийство оказалось бы единственным полезным для мира делом.

Да, потому я и забрался на крышу с винтовкой. Я хотел сделать что-то по-настоящему полезное! Я хотел спасти этих глупых людей, которых вели на убой!

Песок задрожал, заколебался и превратился в бетонный пол.

— Ну как? Бэд трип ор гуд трип? — спросил меня Доктор.

— Зачем спрашивать, если вы умеете читать мысли?

Он сидел, закинув ногу на ногу, и смотрел на меня, щурясь поверх очков — смотрел, как на крысу в лаборатории. Наконец он сказал:

— Гуд для Доктора вполне может оказаться бэд для Данте, и наоборот. Надеюсь, я вам помог.

— Я не нежился на вашем пляже и не пил коктейлей, — отрезал я. — Засуньте свои подачки…

— Я дал вам комнату для размышлений. Заметьте — декорации не привлекли вашего внимания. Вы не пошли изучать джунгли, видневшиеся вдалеке, потому что я их не прорисовывал в вашем мозгу. Я создал пространство для самоосознания, и оно выполнило свою задачу. Вы смогли поставить перед собой правильный вопрос, а хороший вопрос — половина ответа.

Видно, он ожидал, что я паду ниц после этих разглагольствований («вы гений! самый лучший доктор душ человеческих!»). Чтобы выказать глубину моего равнодушия, помноженного на презрение, я заставил себя зевнуть — так широко, что хрустнула челюсть.

— Вы спрашивали себя: «Способен ли я на убийство?», — продолжал Док. — Но уже знаете, что способны. В одной из декораций вы убили девушку…

— Потому что ты устроил мне день Сурка, грёбаный псих, — не выдержал я. — И я знал, что она опять возродится, так что её смерть не считается. Какого чёрта вы вызвались меня «лечить»? Я ничего не подписывал, никаких дьявольских контрактов!

— Вам не по нраву моя помощь? — спросил Доктор невинно. А то ты сам не догадываешься!

— «По нраву»? Да в гробу я её видал, и вы давно в курсе. Ангца из себя не стройте!

— Неблагодарный пациент, — трагично проронил он. — Вот так всегда. Сначала они целуют тебе руки, умоляют помочь, а потом…

— Не целовал я ничьих рук!

— Вы были больны и просили…

— Неправда! — вскричал я, перебивая. — Господи! Ради всех святых! Какими именами вас заклинать, чтобы вы меня уже отпустили?

— Так вы сами всегда приходите, — удивлённо отозвался Доктор. — Вы мне не пленник.

— Отлично.

Я решительно направился к выходу. Дёрнул ручку и…

За дверью была точно такая же комната, душная, полная кожаных мешков. Доктор сидел за столом и задумчиво вертел очки в руках.

— Привет, — сказал дубликат.

Я оглянулся. Первый Доктор оставался на месте.

— Ну? Что ж вы не уходите? Вас никто не держит, — проговорил он. В его голосе всё ещё звучали оскорблённо-уязвлённые нотки.

— Срань господня, — процедил я, входя в комнату ко второму.

— Чем займёмся сегодня? — спросил клон Дока. — Можно слепить ещё одну душу, если вы в настроении. Я уже подготовил вместилище.

— Я тут проездом, — сказал я невозмутимо. — Покажите, где выход. Прошу.

— Проездом? — переспросил клон, усмехнувшись. — Выход за вашей спиной… Где ж ещё. Тут только одна дверь.

Я вернулся назад. Ну или опять в ту же самую комнату, Кали его разберёт. Частенько я начал её вспоминать…

Теперь у Доктора были длинные, ниже плеч, волосы.

— Вам не идёт, — сказал я.

— О чём вы?

Я не ответил и опять прошёл через дверь.

Вместо Доктора в комнате стояло огромное насекомое, то ли муха, то ли кузнечик, буроватое, с огромными, как шары с вечеринки восьмидесятых, глазищами. Я аж вздрогнул, когда увидел.

— Э…

— Всё-таки вернулись? — спросила муха голосом Доктора.

Меня это уже больше забавляло, чем напрягало. Рано или поздно кто-то из нас устанет. Даже бессмертным может наскучить затянувшаяся шутка. А я вот в своё время устал бояться. Во что он превратится в следующий раз? В пакет с дерьмом? Весьма точно отразит его суть!

Ещё один переход. В кресле —…

Я не сразу узнал самого себя. Давно не смотрелся в зеркала. В кресле — моя собственная копия.

— Похож, — сказал я обыденно. Будто бы Док слепил мою фигуру из глины.

— Что это за шутка? — нахмурился другой Данте. — Зачем вы нацепили моё лицо?

— Это вы надели моё, — поправил его я.

— Что за ересь! — вспылил собеседник. — Хватит меня уже мучить! Я хочу домой, к бесячим сектантам!

Он сжал кулаки и еле заметно вздрагивал. Лицо его было бледным — кровь отхлынула с лица. Прямо как у меня. Обычно люди краснеют в минуты злости, я же всегда белел. Надо же, как натурально у него получается.

— Ну чего вы от меня хотите? — не унимался второй Данте. — Я уже рассказал вам всю историю. Возьмите другую подопытную крысу.

Я решил подыграть ему.

— Так я вас тут взаперти не держу. Вы свободны.

— Вот и прекрасно, — буркнул мой близнец, оттолкнул меня от двери и вышел…

Чтобы вернуться через пять секунд. Даже я успел увидеть в проёме ещё одну комнату-дубликат.

— Выпустите меня отсюда, — начал «умолять» я. — Я уже рассказал вам всю историю. Возьмите другую… крыску для опытов.

— Что?.. — брови второго Данте поползли вверх. — Рано или поздно вам всё равно надоест, я уверен.

Он исчез за дверью и больше не вернулся.

Я развалился в кресле Доктора. Открыл шкафчик письменного стола. Сколько же в нём мусора! Закрыл обратно. Походил вокруг, потыкал пальцем живые матки, поразглядывал безжизненные морды младенцев.

Теперь я понимаю, отчего Док издевается над людьми. В его келье помрёшь со скуки.

Хм, где-то рядом же был вход в… а нет, не хочу в тот мерзкий туннель.

А ещё тут есть окно!

Я высунулся на улицу. Второй этаж — не покалечусь. Хотя… я давно не в форме… но…