Мэри Соммер – Убийцы и те, кого так называют (страница 7)

На самом деле, у тюремных стен есть даже некоторые преимущества. Они не только ограничивают свободу, они ещё и ограждают от окружающего мира, порой довольно жестокого. Отлёживая бока на жёстком матрасе и пожёвывая из него соломинки, Джек мог представлять себе, что некоторых вещей не существует. Это как быть рассказчиком, но наоборот: не придумывать события, а вычёркивать их. И Джек вовсе не думал ни о Грэйс, ни о её новом возлюбленном, ни о представившейся им счастливой возможности так много времени проводить вместе. Сейчас хотя бы ночь, а воспитанные короли и респектабельные девушки ночи вместе не проводят. В любом случае этот так называемый роман долго не продлится. Настоящие чувства не возникают за пару дней, а проверяются годами.

Вот Джек и допроверялся. Теперь ему приходилось расплачиваться за это, снова ждать и спорить с собственным воображением, которое так и норовило подсунуть мозгу отвратительные иллюстрации.

Перевернувшись на другой бок и накрыв ухо подушкой, Джек всё же решил попробовать уснуть, но сегодняшняя ночь не предусмотрела для него отдыха. Скрипнула тяжёлая входная дверь, и по полу пробежала полоска света. Джек разглядел два высоких силуэта, в одном из которых сразу узнал изгнанного из замка помощника Саймака. Вторым был стражник в характерном наряде.

– Рассказчик, на выход, – громко провозгласил Клэнси, не заботясь о покое второго заключённого. Впрочем, храп прекратился ещё со скрежетом ключа в замочной скважине.

– Иду, – отозвался Джек.

Пожелав Сефрису всего хорошего, он поспешно покинул стены тюрьмы. Вопреки ожиданиям Джека, конвоиры не выбрали сразу путь наверх, а ещё какое-то время вели его по извилистым коридорам подземелья, петляя и сворачивая, словно в попытке запутать. Потом они добрались до массивной двойной двери, которую стражник открывал несколькими ключами в строго установленной последовательности.

За дверью обнаружилась крутая винтовая лестница.

– Мы уже в башне ратуши? – спросил Джек.

Клэнси пренебрежительно скривился, но после короткой паузы всё-таки соизволил кивнуть.

Чем выше они поднимались, тем меньше обстановка напоминала подземелье. Каждый следующий этаж отличался новыми предметами роскоши: ковры в пролётах становились ворсистее, в тяжёлых шторах на окнах переливалось больше золотых нитей, а выходы на балконы становились всё шире.

Чуть ли не на самом верхнем этаже, когда Джек уже едва мог скрывать позорную одышку, его провели в небольшую полукруглую комнату и оставили одного, велев ждать.

Ждать Джек научился хорошо, привык. В полумраке, разбавленном лишь отблесками свечей, он рассмотрел обычную меблировку рабочего кабинета. Джек заинтересовался диваном с бархатной обивкой, но сесть не успел: дверь за спиной снова отворилась и вошёл Саймак. Даже в ночное время он выглядел исключительно презентабельно, будто собирался на великосветский раут. Оценив наряд из антрацитовой рубашки и свободного жилета, развевающиеся полы которого доходили до середины голени, Джек мстительно отметил, что Саймак куда больше походил на короля, чем его брат.

– Джек, ну наконец-то!

Без лишних вопросов Саймак обошёл письменный стол и достал из высокого серванта бутылку крепкой клюквенной настойки с двумя рюмками. По этикетке Джек опознал продукцию Ларгуса.

– Да уж, наконец-то! – состроил он обиженную гримасу.

– Прости. Мои люди искали тебя по всему Элмуру и не предполагали, где найдут. – Саймак подал ему наполненную доверху рюмку ярко-рубинового напитка и жестом пригласил расположиться на диване. Сам он зажёг ещё свечи и остался стоять, прислонившись к краю стола. – Городская стража, знаешь ли, в первую очередь подчиняется мэру.

– Вот как, – ответил Джек бездумно, просто потому, что такая реакция соответствовала интонации собеседника.

– Да ещё вся эта праздничная суета. – Саймак выглянул в окно, высоко поднял рюмку, как бы приветствуя полную луну, и сказал: – За короля.

– Угу, – невнятно промычал Джек. Он опрокинул в себя крепкий напиток, но представил, что пьёт не за, а против. Срочно требовалась новая тема для обсуждения, и Джек нашёл такую ещё до того, как приятное тепло от настойки достигло желудка. – Как я вижу, Клэнси остался с тобой?

Спина Саймака напряглась.

– Я разделяю твоё беспокойство, Джек, – ответил он.

– Правда?

– Понимаешь, – Саймак отставил почти нетронутую настойку и сложил руки на груди, – наш дальний родственник, мэр Амра, всегда имел собственные представления о том, кто же достоин править нашей страной.

– Ты знаешь о том, что случилось? – невежливо перебил Джек.

– О том, как его чудаковатая жена чуть не убила Грэйс запрещёнными чарами? – невинно уточнил Саймак. – Да, я знаю. Если честно, Джек, я знаю практически всё. – Он мысленно оценил справедливость этого заявления и кивнул. – Вы едва успели покинуть Свободную землю, а мне уже доложили, что Самира вернулась и что у Сэма Маршалла существует ещё одна дочь. Жаль, не получилось проследить весь ваш путь, иначе я послал бы навстречу надёжных проводников.

– Ты совсем не удивился, когда мы заявились в замок на горе, – вспомнил Джек.

– Нет, я вас ждал.

– А Тарквин тоже знал? – Вопрос сорвался с языка раньше, чем Джек успел его перехватить.

Саймак страдальчески закатил глаза.

– Нет, Тарквин всё это время был в разъездах, у него свои дела. Их встреча с Грэйс была случайной, если ты об этом.

– Некоторые твердят, что случайностей не бывает, – буркнул Джек. – Так что там с мэром Мекленом? У него есть виды на трон?

Предположение развеселило и одновременно ужаснуло Саймака.

– Я бы не стал шутить на эту тему. Когда в стране происходит смена власти, особенно насильственным путём, всякий воображает себя на вакантном месте.

– Чем мельче и глупее этот всякий, тем непомернее его амбиции, – вставил Джек злорадно. – Разумеется, с Самирой они побоялись тягаться, а вот Грэйс с её высказываниями о законах и войнах…

Он замолчал. Почувствовал нехватку свежего воздуха. Всё это пламя от свечей слишком быстро расходовало кислород в комнате. Джек подошёл к окну и настежь распахнул его.

– Какие высказывания… – начал было Саймак, но передумал ворошить неприятные воспоминания. – Главное, что всё закончилось благополучно. А Клэнс неплохой парень. – Он понизил голос до шёпота. – Мирэлла долго писала мне хвалебные письма и даже присылала подарки – так страстно желала пристроить сына на почётную должность. Я пожалел его, взял к себе помощником. Хотел избавить от пагубного влияния чересчур любящих родителей.

– Он меня терпеть не может.

Чувства Клэнса не заботили Джека, но ему хотелось бы реже видеть хмурые лица, хватало и собственного.

– Возможно, опасается, что ты займёшь его место. – Саймак подмигнул.

На это Джек точно не рассчитывал, хотя общество Саймака его не раздражало.

– Надо будет его успокоить, – ответил Джек уклончиво, – я не претендую на чужие должности. Но за твоё приглашение очень благодарен.

– Не благодари, это мне с тобой интересно. Да и захотелось тебя развлечь. – Заметив у Джека в руке пустую рюмку, Саймак снова наполнил её. – Не сочти за грубость, но со дня нашего знакомства я ни разу не видел тебя в хорошем настроении.

Джек тоже умел выразительно закатывать глаза и тут же это продемонстрировал. Залпом прикончив вторую порцию настойки, он без всякого смущения признался:

– Просто девушка, в которую я влюблён, предпочла мне твоего брата. Разве ты не знал об этом задолго до нашего появления?

Получилось чуть язвительнее, чем Джек рассчитывал, но Саймак не обиделся.

– Вовсе нет, но мне хватило аналитических способностей, чтобы догадаться. – Он наконец осушил и свою рюмку. – Кстати, чуть не забыл, мне ведь сегодня утром кое-что доставили с побережья.

Щёлкнув пальцами, Саймак принялся поочерёдно заглядывать в разные ящики стола, пока не отыскал деревянную коробку. Джек вытянул шею от любопытства. Если там обнаружится ещё какой-нибудь алкоголь, он с удовольствием его попробует.

Однако Саймаку удалось порадовать своего гостя ещё больше. Достав из коробки самую настоящую церскую сигарету, благодетель раскурил её от пламени свечи и протянул Джеку со словами:

– В первый раз может не получиться, даже не понравиться.

У Джека получилось. Если бы по курению проводился чемпионат, он получил бы высшую оценку и за технику, и за артистичность.

– Ну вот, а я надеялся тебя удивить! – с наигранной досадой воскликнул Саймак.

Он тоже закурил, затянулся несколько раз и только потом стряхнул большой кусок пепла прямо за подоконник. Подхваченные ночным воздухом, серые частички полетели к призрачному мосту.

Церские мастера не жалели материалов – длина сигарет позволяла долго наслаждаться процессом. Время не для раздумий – время тишины, когда знакомые образы приобретают в клубах табачного дыма новые очертания.

– Что касается твоих сердечных переживаний. – Саймак будто решил продолжить вслух разговор, который до этого мысленно вёл сам с собой. – Ты, надеюсь, понимаешь и уважаешь мою преданность брату. Я всегда выберу его сторону, но… Джек, на твоём месте я не стал бы отчаиваться.

– А я и не отчаиваюсь, – заверил Джек. Сделав несколько глубоких затяжек, он щелчком отправил короткий, ещё горящий окурок вниз. – Прости, если это прозвучит невежливо, но Тарквин не похож на человека, с которым можно построить счастливые отношения. Так что я даю им с Грэйс ещё недели две.