Мэри Соммер – Убийцы и те, кого так называют (страница 59)
– Ты, наверное, ещё недостаточно хорошо себя чувствуешь, – предположила Самира, закусив губу, и обречённо вздохнула.
– Я чувствую себя так, будто способен творить волшебство, – заверил Тони.
– Тебе ещё нужно столько всего узнать. – Занятая рисованием окружностей на его груди, Самира словно разговаривала сама с собой. – Про то, как мы с Джеком были в Арадоне. Про дракона. Про моего отца.
Удивительно, как мало впечатления это произвело сейчас на Тони.
– Джек здесь? – спросил он.
– Здесь. – Самира спустилась ниже и пальцем обвела его пупок.
– Тогда он потом мне всё расскажет, – Тони сдержал стон. – Это ведь его работа.
Самира тихо рассмеялась.
– Да, тебе бы я доверила магию.
Тони заволновался, что сон развеялся и забрал с собой свободу. Что наяву мозг вновь возьмёт контроль над телом, зажмёт его в тиски неуверенности и присущей ему неловкости. Но сомнения ушли так же стремительно, как легко блузка Самиры соскользнула с её плеч. Не опуская взгляда, Тони обеими руками отвёл за спину её волосы. Там, где его пальцы касались струящихся прядей, возникали золотистые искорки. Они устремлялись по всей длине от корней до кончиков, окрашивая волосы Самиры в их привычный солнечный цвет.
– А вот и волшебство, – прошептал Тони.
Он повторил прежнее движение, проведя линию от её колена, прижимающегося к его бедру, вверх до груди. Линия вышла неровной, потому что рука, касающаяся теперь обнажённой кожи, немного дрожала.
– Это не волшебство. Это самая естественная на свете вещь.
Самира мягко нажала ему на грудь, и они вместе опустились на остывшую простыню. На миг Тони залюбовался игрой света в складках парусины на потолке и в её волосах, которые золотым шатром укрыли их обоих. Почувствовав её поцелуи на своей шее, он закрыл глаза. Пусть это было естественно, но это было прекрасно.
Чудесный осенний день. Джек валялся на гамаке в задней части палубы, подставив лицо ласковым солнечным лучам, и прятался от многочисленных желающих с ним познакомиться и послушать истории. Корабль в лесной чаще и со стороны казался огромным, но всё же удивительно, как много народу успело обжиться здесь. Мужчины, женщины, целые семьи – все исключительно достойные люди. Они отказывались называть себя преступниками, так как, само собой, были осуждены несправедливо, а придумали более романтичное название: свободные отшельники. Среди них были и те, кто просто не любил платить деньгами за необходимые вещи. Зачем? Развивая определённые навыки, их можно получить и просто так… Были торговцы из соседних стран, которые не желали работать себе в убыток и возвращаться домой через положенные три дня, не продав и половины товара. Джек встретил даже одну милейшую женщину, которая совершенно случайно утопила своего пьяного мужа в колодце после того, как тот проиграл в карты все их сбережения.
Джек свесил ногу и оттолкнулся от пола, раскачав гамак, но тут он услышал голоса. Неужели его обнаружили? Но ведь звуки именно этих голосов самые приятные и желанные! Джек неуклюже вывалился из гамака.
Ещё издали Грэйс с Тони увидели его и радостно замахали руками. Прокричав какое-то неясное междометие, Джек обезьяньими прыжками помчался им навстречу.
После разлуки, которая по ощущениям длилась не меньше вечности, они встретились на середине палубы и, не определившись с порядком, все втроём заключили друг друга в объятья.
– Наконец-то мы снова все вместе. – Джек запечатлел смачные поцелуи на щеке лучшего друга и – стремительно и целомудренно – на губах Грэйс.
– Да. – Тони рассмеялся. – Медведь, олень и ласточка.
Они прижались лбами, обняли один другого за плечи и закружились в неровном хороводе.
– Откуда ты это знаешь? – удивился Джек.
Тони только загадочно подмигнул ему.
– Так, а кто из вас олень? – спросила Грэйс серьёзно. У неё слегка закружилась голова, и хоровод остановился.
– Ну, – весело протянул Джек, – кто из нас с рогами?
Грэйс отодвинулась на пару дюймов, чтобы посмотреть ему в глаза, после чего обняла ещё крепче, прижавшись щекой к его щеке.
– Я не сомневалась в тебе ни на минуту, – прошептала она ему на ухо.
Джек кивнул. Возможно, он был не таким уж хорошим рассказчиком, раз не смог выразить фейерверк своих чувств словами, но все они как-то уместились в этом кивке.
– А у меня сегодня вечером свадьба, кажется! – вдруг воскликнула Грэйс. – Так, Тони, ты будешь моим благословителем.
– А что это значит? – спросил Тони.
Грэйс задумчиво почесала кончик носа.
– Точно не знаю, но мне сказали искать благословителей.
– А как же я? – обиделся Джек.
– Тебя уже Квин зарезервировал.
Джек не знал, какие обязанности на него возлагала данная роль, но обрадовался.
Вскоре Грэйс умчалась готовиться к другим важным событиям сегодняшнего дня, а Джек с Тони так и остались стоять, обнимая друг друга за плечи.
– У меня есть для тебя миллион историй, – сказал Джек.
– Я буду слушать до тех пор, пока ты не устанешь говорить, – ответил Тони.
Их встреча получилась такой светлой и тёплой, что Джек даже забыл ненадолго о терзаниях, не оставляющих его с самого дня турнира.
– Тони, я виноват перед тобой. Многократно.
– Забудь об этом.
– Но ведь…
Тони решительно замотал головой.
– Самира нашла тебя? – не унимался Джек.
– Самира нашла меня.
– Просто я не уверен, что она смогла правильно всё тебе объяснить.
– Она смогла правильно всё мне объяснить. Джек, правда, всё хорошо. – Тони улыбнулся и взъерошил волосы на голове. Он забыл нацепить очки, из-за чего смотрелся каким-то непривычно легкомысленным.
– Дария рассказала мне о том, что с тобой произошло. – Джек вгляделся в лицо друга, выискивая в его чертах признаки пережитого кошмара, но не нашёл их. Только широченная улыбка, сияющие глаза и щёки со здоровым румянцем.
– Было дело, – непринуждённо отозвался Тони.
– Значит, правду говорят? Про чудовище?
Джек содрогнулся, представив себя на месте жертвы. Даже странно, что ужасный медведь с железными когтями в своё время не пришёл за его разбитым сердцем.
– Наверное, правду. – Во взгляде Тони появилась какая-то особенная, новая теплота. – Только ты знаешь, это чудовище выглядело не таким уж и страшным.
17
Ночь после свадьбы
Самый лучший день стремительно подходил к завершению. Солнце зашло, и поляна перед левым бортом освещалась факелами и летающими фонарями. Над костром, наполняя воздух пряными ароматами, жарилось нанизанное на шампуры мясо и большие картофелины с луком. С корабля на тросах спустили столы, которые теперь стояли под деревьями и постепенно заполнялись закусками и напитками.
Оказалось, что старые мачты не пустили на дрова или доски для мебели. Они превратились в высокие столбы, которые установили по краю поляны. То и дело люди подходили к ним, повязывали вокруг ленточки и подсовывали под узлы разные предметы: цветы, сухие листья, а также монеты, кружева и клочки ткани, в которых при ближайшем рассмотрении можно было узнать лоскуты постельного белья.
Музыканты настраивали инструменты и вспоминали любимые мелодии, отовсюду слышались тихие звуки лютни и флейты, перекликающиеся с весёлыми голосами. Царила атмосфера волшебства, приятного предвкушения и любви.
Этим вечером все хотели погулять на свадьбе короля. Если бы торжество проходило в королевском замке, оно пропиталось бы приторными манерами, вычурным убранством зала и куда более изысканными кушаньями, но едва ли это порадовало бы новобрачных.
– Я благословляю Тарквина, моего друга, и его прекрасную избранницу на долгую и счастливую жизнь вместе, – громко произнёс Джек. Он волновался так, будто сам должен был жениться, и с трудом извлекал голос из пересохшего горла.
Самира, стоявшая перед ним, ободрительно улыбнулась.
– Я благословляю Грэйс, мою сестру, и её возлюбленного на долгую и счастливую жизнь вместе, отныне и навсегда, – ответила она звонко, получая от произносимых слов ни с чем не сравнимое удовольствие.
Они обнялись, придав осязаемую форму своим пожеланиям, и отошли.
– Твои волосы вернулись, – шепнул Джек. До вечера он занимался тем, что рассказывал о приключениях. Удовлетворив любопытство всех желающих во главе с Тони, Джек уединился с дневником и поделился с ним более развёрнутой, насыщенной сокровенными подробностями историей. Самира же помогала сестре готовиться к свадьбе, поэтому они впервые увиделись только сейчас.
– Да, вернулись. – Сэми зарделась.
– Это хорошо. Я очень рад.
Дальше друг напротив друга встали Тони и Дария.