Мэри Соммер – Последняя принцесса Белых Песков (страница 55)

Лея вскрикнула. Прежде чем Джек успел спросить, она бросила сухо:

– Я в порядке. – И чуть слышно добавила: – Простите.

Битва продолжалась меньше минуты. Те, кто ещё не успел познакомиться с воображаемыми питомцами Леи, и не поняли ничего. Морн встал и небрежно отряхнулся. Забавно, что Кларк не бросился помогать.

Наверное, молчание слишком затянулось. Да и приветствию пора уж было прозвучать. С добрейшей из улыбок Морн протянул руку – обычную, без птичьих когтей.

– Эрисфея, моя дорогая, подойди сюда.

Эри дёрнулась, Джек встал впереди, загородив её спиной.

– Эрисфея, – повторил Морн вкрадчиво. – Подойди.

Холмы вокруг зашевелились муравейниками. Прежде невидимые, к ним со всех сторон двинулись красные плащи.

– Почему бы вам не отпустить нас? – спросил Джек. Он хотел бы звучать уверенно, грозно… может быть, чуть вызывающе. Но севший голос дрожал. – Вы больше никогда не увидите Эри, не услышите о ней. Она просто будет жить где-то далеко-далеко.

И вы сможете не опасаться, что она обретёт силу и уничтожит вас, как предрекла Фирея. Все чувства обострились. Боковым зрением Джек видел, что красные плащи окружили их, отрезав путь к отступлению; он слышал сдавленное дыхание Фред, чувствовал злость Леи, больше на себя, что не справилась. За спиной было тихо.

– Как-то долго всё… – Морн поморщился. – Скучно. Эри, милая…

– Я называю её так! – перебил Джек. Вот и уверенность в голосе прорезалась. – Волей судьбы и, если помните, вашей волей она моя жена. И моя жена отправится со мной.

Ветер усилился. Холодными щупальцами он бил по глазам и жалил под одеждой. Бросив короткий взгляд на Кларка, Морн подошёл и заботливо поправил ему воротник. Кларк отшатнулся. Всего на четверть дюйма, но Джеку этого хватило, чтобы догадаться. Пальцы в кулаках хрустнули.

А Морн решил продолжить.

– Знаешь, Джек, я ведь не сдержал обещания. Впервые за двести лет – и это так… терзает меня. Я поклялся дочери, что все девочки, которые родятся после неё, обретут счастье в любви и материнстве. И всё получалось, каждый раз получалось, но тут появляешься… ты. Такая неожиданная, занятная фигура на доске. Гордись, я оценил тебя по достоинству, рассказчик! – увидел в тебе её оружие. И тогда я решил перековать тебя: расплавить и залить в новую форму, использовать в своих целях. О, славный был бы ход, звонкая пощёчина… Но я так увлёкся, что не разглядел, насколько вы чужие друг другу. Прости, Эрисфея, я выбрал для тебя неправильного мужа. А теперь подойди ко мне.

– Она не в обиде, – процедил Джек. – Может быть, тогда и другое обещание выполнять не обязательно?

Морн рассмеялся.

– Ты внимательный, – похвалил он. – Видишь и запоминаешь главное. Из тебя ещё получится хороший рассказчик, если… ты сейчас же подойдёшь ко мне, Эрисфея.

Морн выдержал паузу, которую заранее придумал и предвкушал. Наверняка он тайно радовался, что Эри медлила, иначе этой паузы бы не случилось. От чёрной бездны за его спиной стали отрываться обрывки тьмы. Они поплыли над Морном, в полёте обретая форму и сухие каркающие голоса. Небо исчезло за хлопаньем сотен крыльев. Как песчинки из той песни ветра, вороны закружили над ними слаженным смерчем.

Воздух шумел, но голос Морна странным образом звучал отчётливо.

– Через десять секунд твои храбрые защитники лишатся глаз. Через тридцать их разорвут на части. Тебе известно, какие сильные клювы у воронов, Эрисфея?

Джек был так уверен, что Эри не откликнется на зов, что в этот раз не взял её за руку. Он не поверил, увидев её, бегущую вниз по склону. Все трое кинулись за ней, но путь преградило чёрное, каркающее, щёлкающее и царапающееся облако. Джек рубанул по нему мечом – вороны разлетелись под ударом и сомкнулись снова, как вода. В просвете мелькающих перьев Джек видел, что Эри уже перед Морном. Так же отчётливо он продолжал слышать голос.

– Ты похожа на неё. – Морн ласково погладил племянницу по щеке. – За все годы ты похожа на неё больше всех. Твои глаза… и эта серая, прозрачная, притаившаяся в их уголках тень… Как тяжело мне было смотреть в эти твои глаза. Как хорошо, что ты мне больше не нужна…

Его пальцы нежно сомкнулись на горле Эри. Как тогда, на вершине башни. Сейчас Джек услышит хруст, он помнил хруст… Отбросив бесполезный меч, он прижал руку к глазам и с криком прыгнул в черноту. Щёку полоснуло что-то острое, одежда с треском рвалась на клочки, перьевые комья врезались в него – они были твёрже камней, но остановить Джека всё же не могли. Он доберётся до Морна и без всяких когтей разорвёт его.

Рискуя лишиться глаз, Джек отвёл руку от лица, чтобы понять, где находится. Почему-то сразу увидел Кларка… нет, ну нет же, сейчас не до него, сейчас… Ноги сами остановились. Все звуки исчезли, и в фальшивой тишине Джек услышал – нет, не то, чего боялся, а один короткий вздох. Он всё ещё смотрел на Кларка. А Кларк, бросив последний взгляд на Морна с Эрисфеей, развернулся и побежал к краю пропасти. Бирюзовый плащ взметнулся ярким парусом, точно помахал на прощание, и исчез в темноте.

Сердце остановилось. Возможно, навсегда. Джек угодил в туман погуще того, что окружал Норклиф. Мутный в желудке и перед глазами, звенящий в ушах так, что едва пробился чей-то пронзительный крик. Джеку показалось, что к свету он уже не выберется, но взмах крыльев развеял наваждение. И эхо ужаса застучало по барабанным перепонкам, и сердце. Вон Эри – мертвенно-бледная, но невредимая. Морн исчез. Огромная чёрная птица взвилась над землёй и камнем рухнула в пропасть. Удар в рёбра, ещё один… проблеск надежды, ещё удар. Опомнившись, Джек рванулся к Эри, но птица уже возвращалась. Над кромкой показались крылья, голова, туловище и, наконец, когти, в бессильной ярости скребущие воздух. Морн упустил своё неожиданное чудо. Отбросив Джека крылом, он подхватил Эрисфею – очень бережно, как потерянное, но счастливо обретённое сокровище, – и полетел прочь.

Нужно вернуться. Утешить Фред. Лея… Вряд ли они ещё живы – армии Морна всего пару шагов до вершины холма. Джек оцепенел. Он не мог даже моргнуть и просто ждал. Меч между рёбрами, когти в горло – разница непринципиальная.

Впереди пустота – чернела, дышала холодом. Чем ближе к краю, тем сильнее. Внутри всё покрывалось ледяной корочкой. Нужно подойти ещё ближе, но как пошевелиться? Вороны раскаркались. Ещё громче, чем прежде, суетливо, испуганно, что ли… И снова небо потемнело, широкая тень проползла по земле. Как же достали эти летающие тени.

Что-то просвистело. Второй такой свист показался Джеку смутно знакомым, и он зажмурился. После третьего поднял голову к небу.

По воздушным кочкам скакал дракон. Его шерсть с шоколадным оттенком лоснилась на солнце, а когда дракон пикировал в скопление воронов, хватал их пастью и, чуть пожевав, выплёвывал, его мохнатые брови в такт челюстям ходили ходуном, как у филина. Тот, кто управлял драконом, успевал ещё и стрелять из лука то по птицам, то по красным плащам. Нет, не тот, а те! – их было двое. Свист стрел Джек и услышал.

Конечности оттаяли. Он побежал обратно к холму, где на вершине Лея то ли обнимала Фред, то ли сгребла её в охапку, пытаясь закрыть собой сразу от всех угроз.

– Лея!

Теперь путь был свободен. Они встретились у подножия холма. Фред бил мелкий озноб.

– Фред. – Джек сжал её плечи. – Фред, послушай… ты же читала мои книги?

– Что? – она подняла остекленевший взгляд.

– Ты помнишь про бездонное озеро?

Фред перестала дрожать.

– П-помню. Вы думаете, что…

– Я точно не знаю. Но я думаю, да.

Успел сказать. Теперь можно дышать дальше. С Леей они кивнули друг другу – коротко, не вкладывая в это никакого смысла, но это бессмысленное весило и значило очень много. Джек огляделся и отвлечённо отметил, что туча воронов редеет. Отряд из Тартесса отступал под натиском неизвестного чудовища и оружия. Прямого приказа от верховного судьи не прозвучало, так зачем рисковать?

Вскоре и вереск затих. Вернулся привычный для этих мест покой, который не нарушил даже плавно приземлившийся рядом дракон. С его спины соскочили два человека.

– Кто это? – спросила Фред.

У Джека голос исчез, но, к счастью, Лея тоже знала ответ:

– Это король Марилии и его брат.

Ну да, это они. Туман снова начал сгущаться, и Джек затряс головой. Ему бы мчаться навстречу, но мышцы ног атрофировались вместе с голосовыми связками. Джек отмечал какие-то несущественные мелочи: многодневная щетина на лице Саймака (прежде он не позволял себе подобного), куртка пилота на Тарквине – не как его собственная, а нового образца. Они совсем такие же. Последняя встреча из далёкого прошлого нагнала Джека и стукнула его по спине, толкнув вперёд.

Саймак первым подошёл и первым сжал Джека в объятиях.

– Я ждал тебя раньше! – выкатил он претензию вместо приветствия. – Что это у тебя в ухе, серёжка? Плечи острые торчат… ты всё это время совсем не тренировался?

Тарквин обнимал его молча. Только отступив, он сказал:

– Грэйс обещала, что ты будешь здесь. И вот ты здесь. Невероятно.

– Грэйс? – Голос вернулся, но Джек его не узнал. Накопившиеся слова хлынули водопадом. – Где она? И Тони с Самирой, у них всё хорошо? А у вас с Грэйс? Вы ведь до сих пор вместе?

Тарквин с Саймаком коротко переглянулись, решая, кому из них ответить. Тарквин победил.