Мэри Соммер – Король, у которого не было сердца (страница 10)
– Теперь вы уйдёте?
Я кивнула, и он отпустил меня. Не я – стены вокруг закружились. Снова ступеньки, снова цепи тянули меня назад. Я не попрощалась, но если вернусь, останусь там навсегда.
Я не помнила, как оказалась снаружи. Двери, решётки, какие-то люди что-то говорили мне вслед. Стены наваливались – я отталкивала их руками и шла дальше. А потом вдруг шум, свежий воздух, и голова закружилась. Стены исчезли и, беспомощно хватая пустоту, я стала оседать на землю.
Меня обхватили за плечи и потащили куда-то. Я отстранённо наблюдала, как ровная брусчатка под ногами превращается в ухабистые обломки с редкими сухими травинками между ними. Шаг, ещё шаг. Скоро суета городских улиц осталась позади. Снова мир вокруг завертелся. Я упала на колени, и меня вырвало на чьё-то покосившееся крыльцо. Избавившись от непереваренного хлеба, желудок спазмами выталкивал белую пену – и слёзы, слёзы всё текли.
– Вот так, хорошо. – Кто-то сильный и ласковый гладил меня по волосам. – Теперь прополощи рот.
Легко было слушать этот голос и подчиняться. Я взяла протянутую флягу, умылась. Вода заглушила привкус рвоты и крови, но вязкая тошнота осталась.
– Молодец, теперь ты почти похожа на живого человека.
– А на кого была похожа раньше?
– Ой, лучше тебе не знать. У нас Гвин, повар, любит сказочки про всяких зеленокожих тварей с южных болот рассказывать, у него потом спросишь.
Мэрг я узнала не по голосу, даже не по аромату духов, просто рядом с ней менялось моё ощущение жизни.
– Как вы нашли меня? – я наконец смогла повернуть голову и посмотреть на неё.
Мэрг сидела рядом со мной – тоже на коленях, в замызганной юбке, но, будь проклят этот мир, если королева на своём троне держала такую же осанку.
– Глупая, они ведь сразу ко мне пришли. Я отвечаю так уверенно: нет тебя тут. Они искать – а тебя и правда нет.
– Простите…
– А потом сам Айвор пришёл, когда про эту девушку выяснилось.
Наверное, я опять позеленела, потому что Мэрг заговорила быстрее:
– Неважно это теперь. Прошлое нельзя изменить, потому оно так и называется. И горевать нет никакого толку, и жалеть.
– А когда началось прошлое? – спросила я.
– Секунду назад. Пойдём домой, Каролина.
Сначала передо мной поставили горшочек наваристого говяжьего бульона. Мэрг сидела напротив и внимательно следила за каждой ложкой, которую я отправляла в рот. Потом был пирог со шпинатом, который мне пришлось съесть до последней крошки. Решив наконец, что еды во мне достаточно, Мэрг сама отправилась на кухню и принесла маленькую рюмочку с чем-то коричневым.
Напиток обжёг нёбо и разлился по телу приятной вялостью.
– Комната для тебя готова, – сообщила Мэрг.
Я кивнула, но тут же замотала головой, отчего перед глазами запрыгали разноцветные пятнышки.
– Можно мне ещё здесь посидеть? Не могу сейчас одна.
Комната для меня. А раньше Мэрг сказала:
Просьбу мою услышали. На соседний стул тихо опустилась Дэзи. Она понюхала пустую рюмку и вопросительно взглянула на Мэрг, но та грозно нахмурилась.
Место с другой стороны заняла Нора. Рядом – наверное, самая красивая девушка в этом городе, это её портрет висел на лестнице, увлекая и смущая посетителей. Изящно откинув за спину золотистые волосы, она посмотрела на меня: немного свысока и самую малость сочувственно.
– Я сразу хочу предупредить, – быстро проговорила она, – если ещё раз увижу тебя рядом с Арвином, задушу во сне подушкой.
– Солль, перестань, – шикнула Нора.
– Кто такой Арвин? – спросила я.
– Гранд Ренфолд, – вставила Мэрг, – ты вчера с ним познакомилась. И, Солль, в моём доме никто никого не душит.
Снова прозвучало: дом. Я часто ощущала себя чем-то эфемерным, едва существующим, а это слово за ниточку привязывало меня к реальности и не давало рассеяться.
А свободные места за нашим столом кончились, и вокруг заскрипели стулья. Девушки приносили их из разных концов зала, рассаживались, тихо переговариваясь, а я запоминала их имена. Скоро Мэрг оказалась в центре клумбы из разноцветных платьев и пышных париков.
– Мэрг, а расскажи про чародеев, – попросила Дэзи.
Перешёптывания разом стихли, а Мэрг закатила глаза.
– Опять? – Её левая бровь изогнулась в форме утёса Самоубийц, что на западном побережье.
– А ты давно не рассказывала.
– Да, Мэрг, пока клиенты не повалили, – добавила Лурин, полноватая молодая женщина с мягкими чертами и россыпью веснушек на носу.
– Каролина не слышала ещё. И Лииса у нас совсем недавно.
– Лииса всё равно ничего не поймёт.
Раздались смешки. Услышав своё имя, Лииса заозиралась, но её похлопали по руке, мол, не обращай внимания.
Год назад она приплыла из Лорга на торговом корабле. Объясниться не смогла, но наотрез отказалась возвращаться в тёплую страну, где наливался солнцем виноград для самого дорогого вина и росли сладкие фрукты оранжевого цвета. С тех пор Лииса выучила всего несколько фраз на рокнурском, а остальной лексикон заменяла улыбкой и широко распахнутыми глазами. Прошлой ночью Дэзи поделилась, что из-за необычной внешности, смуглой кожи и тёмных глаз клиенты первое время хотели только её, девушку из Лорга.
– Расскажи про чародеев, Мэрг, – повторила Дэзи.
Она придвинулась ближе к столу – и ближе ко мне. Плечо, обтянутое мягким льном, коснулось моего, и мне ужасно захотелось положить на него голову.
– Они жили на полуострове задолго до того, как сюда, обогнув мыс Акулий Плавник, приплыли короли-открыватели. Они были здесь даже до появления Разлома и межей. Никто теперь не знает, сколько их было, чародеев. Древние племена звали их
– Звучит почти как моё имя, – Лурин приосанилась, но у остальных это вызвало лишь смешки.
– Вы знаете Фэй? – спросила я.
Мэрг мягко улыбнулась.
– Нет, конечно. Письменный вовсе не сохранился, а так некоторые слова в наш язык перекочевали и стали нарицательными. Вот как имя чародеев. Внешне они от людей не отличались, о силах своих не рассказывали, а силы у чародеев были немеряны, сами Боги их раздавали.
– Боги забыли о нас.
– Да, Мири, Боги забыли о нас, но мы-то помним об этом, не обязательно каждый раз повторять. Когда-то всё было иначе. Боги создали чародеев, чтобы те оберегали нас на земле. Их настоящие имена записаны в священной книге острова Фэй…
– Но остров сожгли, а чародеи что-то не пришли нас защищать – выходит, не такими уж и сильными они были. Конец истории, не понимаю, зачем её рассказывать, – мрачно подытожила Солль.
Мне снился сухой ветер. С бесшумным воем, что слышен лишь в голове, ветер кружил между голыми деревьями, вгрызался в землю, срывая пласты, поднимая комья из травы и глины. Ветер обратился водой: лёгкой она была, разлеталась мелкими брызгами, собиралась в красные облака и проливалась кровавым дождём.
Ветер обратился пламенем. Белым оно оказалось, холодным. Не сгорел в огне замок с круглыми башнями, не корчились люди, не летели снопы искр… мгновение, и остывший чёрный пепел уже не помнил, чем был раньше.
Моя голова лежала у Дэзи на плече. Кажется, я уснула во время спора, остались ли живые чародеи и вернутся ли они снова вместе с Богами. А проснулась я оттого, что входная дверь отворилась, впустив сквозняк и шумную компанию.
Ленивый тон, вальяжные движения. Чёрные форменные мундиры с нашивками на рукавах, сейчас с небрежно расстёгнутыми на шее ремнями. Стражи Нуррингора проделали хорошую работу сегодня и пришли отдохнуть.
Капитан сразу же нашёл меня глазами. В преувеличенном почтении склонив голову, он широко улыбнулся.
Дэзи сжала мою руку. Стул под Мэрг тревожно скрипнул.
– Я выпровожу их.
– Не нужно. – Я успела подняться раньше.
– Будет вернее, если Мэрг их прогонит, – шёпотом вставила Нора. – Ты скорее поднимайся наверх, а мы никого в твою комнату не пустим.
Первый урок, который я выучила у Мэрг, – осанка. Выпрямив спину, я смотрела на капитана, а он, может и хотел, но не смог отвернуться.
Второй урок, который я выучила…
– Не они используют нас, а мы их, ведь так? – Сонное оцепенение прошло. Я обратилась ветром – ветер застыл натянутой струной. – Где это ваше зелье, которое нужно в вино добавлять. Я хочу, чтобы он скулил.