Мэри Роуч – Жизнь после смерти (страница 39)

Как говорила мне Жюли Руссо, некоторые исследователи полагают, что ее объяснения заходят уж слишком далеко, оставляя без должного рассмотрения существо дела. Любопытно было бы посмотреть на тех, кто считает, будто общение с призраками с помощью спеллчекера не уводит так далеко, как здравое отношение к сбою в работе этой программы. Как бы то ни было, честь и хвала супружеской чете IT-профессионалов, сумевших во всем разобраться.

Эта история является уроком для обеих сторон, разделенных духовным водоразделом, а также ясно показывает: поспешные выводы добра никому не приносят. Если чьи-то соображения основываются только на простом резюме событий – как часто бывает и с приверженцами определенной точки зрения, и со скептиками, – не остается ничего иного, кроме стремления получить основательные ответы на возникшие вопросы.

А Дейв все еще продолжает говорить. Этим утром я узнала много нового, иные вещи побуждают меня вскинуть руку и выступить с вопросом: «Что???» Да, да, именно так – с тремя вопросительными знаками. Я желаю знать, Дейв, где ваши доказательства. «Как вы узнали, что призраки выкачивают энергию из ваших батарей, дабы таким образом проявить себя? Где вы прочитали, что землеустроители на кладбищах, выбирая направление, стремятся к тому, чтобы быть ближе к «вратам порталов»? Врата порталов? Я вам покажу врата порталов!» Но, кажется, подобные мысли возникают только у меня, и я помалкиваю.

Последняя тема из затронутых этим утром – спиритическая фотография. Ойстер говорит о «спиритических шарах» – предполагаемых энергетических сгустках, похожих на те пятнышки на фотоснимках, которые могут возникнуть, если прямо перед объективом окажутся частицы пыли или капли дождя. Люди часто присылают Дейву фотографии со «спиритическими шарами», явно представляющими собой частички пыли, и ему приходится брать на себя неприятную задачу давать соответствующие разъяснения.

«Люди имеют обыкновение утверждать, что, когда старые здания ремонтируют, их обновление тревожит привидения. Мол, потому на фотоснимках появляется множество пятнышек, – с улыбкой говорит Дейв. – Ну, в процессе ремонта всегда образуется пыль».

Иными словами, рассматривайте, уважаемые, все точки зрения. Что ж, проследим связь между электромагнитными полями и духами. Я позвонила производителю TriField Natural EM Meter и спросила, почему компания уверена, что у нее есть основания продвигать свой продукт на рынке как Детектор Привидений. На этот счет нет никаких исследований, и, как утверждает Дин Радин, «нет никаких свидетельств в пользу того, что все измерители электромагнитных полей способны определять что-либо иное кроме них». Сотрудник компании, ответивший на мой телефонный звонок, сказал, что точных сведений у него нет. Но добавил: кто-то – и, вероятно, не один человек, а несколько – замечал, что EMF Meter дает резкое изменение показаний, когда работающий с прибором оказывается в месте, где ощущается присутствие призрака.

Но что если исключить из нашего уравнения призрак? Что если определенные виды электромагнитных полей, воздействуя на мозг человека, способны создавать ощущение, будто где-то рядом присутствует нечто невидимое? Что если сама энергия – это и есть призрак?

Чтобы найти ответы на эти вопросы, мой мозг устремился в Канаду.

Глава 9

Внутри хонтинг-бокса

Трудно представить себе, как что-то пугает вас до смерти в Содберри, Онтарио. Это ничем не примечательный и дружелюбный горняцкий городок в 150 милях к северу от Торонто, более известный своим «Большим Никелем» (Big Nickel) – 13-тонной статуей, воплощающей канадский вклад в pocket change.[59] Здесь популярен керлинг, а на городском веб-сайте в разделе «Это тоже занятно» туристам предлагается пролистать список овощных магазинов.

Тем не менее сегодня вечером страх у нас в повестке дня. Я направляюсь в лабораторию по исследованию сознания (Consciousness Research Lab) в университете святого Лаврентия. Там – под воздействием электромагнитного поля – меня должны посещать призраки. У Майкла Персингера (Michael Persinger), нейроученого и профессора, который руководит этой лабораторией, есть своя теория о призраках. В соответствии с ней определенные паттерны электромагнитной активности, связанные как с земным магнетизмом, так и с деятельностью человека (проводные устройства, различное оборудование и линии электропередач), при воздействии на человеческий мозг могут вызывать галлюцинации. И в особенности такие, которые порождают эффект присутствия, но без зрительных образов.

В своем исследовании, опубликованном в 1988 году, Персингер сравнивает печатавшиеся на протяжении 37 лет в журнале «Fate» отчеты о хонтинге (haunting)[60]с теми проявлениями геомагнитной активности, которые приходились на соответствующие даты, совпадающие с упомянутыми в журнальных материалах. Аналогичное исследование было проведено психологами университета Айовы Уолтером и Стефани Рэндалл (Walter and Steffani Randall). Они проанализировали ежемесячные флуктуации солнечного ветра (влияющего на геомагнитную сферу Земли) – чтобы на основе данных уже известного нам Общества психических исследований (SPR) сопоставить «зеркальные» ежемесячные пики и спады «человеческих галлюцинаций». Оба графика показывают подъем в апреле и сентябре и область «низкого давления» в период между ними.

Затем Персингер сосредоточил внимание на электромагнитных полях, порождаемых человеческой деятельностью (man-made electromagnetic fi elds, EMFs). В 1996 году одна семейная пара из Содбери сообщила ему о странных вещах, творящихся у нее в доме. Людям слышались чьи-то дыхание и шепот. А в какой-то момент, когда они лежали в постели, им показалось, что кто-то касается их ступней. Муж говорил о видении женщины, как будто прошедшей сквозь их кровать. Персингер и двое его коллег отправились к ним в дом и установили оборудование, с помощью которого можно было вести мониторинг EFMs в разных комнатах. В полном соответствии с теорией профессора, дом в электромагнитном отношении оказался «открыт всему». Заземление проводов было скверным, а электрические цепи работали с избыточной нагрузкой. Мало того что наиболее интенсивные искусственные электромагнитные поля существовали именно в тех местах, где людям чудилось присутствие привидений, – там же обнаружились предательские отклонения от «нормального» поведения EFMs, что профессор оценил как наиболее вероятную причину появления хонтинга.

Если электромагнитные поля подобного рода способны вызывать хонтинг, то резонно предположить возможность создания того, что профессор Престингер называет «синтезированным призраком» – воздействием на людей аналогичными EFMs, генерируемыми в лабораторных условиях. Именно это, по моей просьбе, и собирался проделать со мной сегодня вечером доктор Престингер. В задней части его лаборатории находится звукоизолированная камера – хонтинг-бокс, – внутри которой установлено удобное кресло. В нем сидит объект исследований, а Персингер направляет сложноструктурированные EFMs прямо в его мозг – при помощи шлема, украшенного электромагнитами и многочисленными проводами.

Как правило, я против того, чтобы незнакомцы направляли силовые поля мне в мозг. Однако Майкл Персингер занимает университетскую должность, и его статьи печатаются в ведущих медицинских журналах. Насколько опасным будет наш эксперимент? Я размышляла об этом, сидя на заднем сиденье такси по дороге в университет. Водитель – выпускник университета св. Лаврентия – поинтересовался, что я делаю в их городе. Я ответила, что приехала увидеться с Майклом Персингером. Таксист обернулся ко мне: «Странный он парень. Я слышал, он работает только по ночам, а? И еще он держит крыс».

Мне показалось, в Содбери, Онтарио, Майкл Персингер более знаменит, чем «Большой Никель». И, несомненно, профессор намного интереснее. «Говорят, он косит свой газон в костюме-тройке».

Доктор Персингер навстречу мне не выходит: его еще нет в лаборатории. Он будет позже, а я пока должна внести в анкету некоторые сведения о себе: в каком бы эксперименте мне ни пришлось участвовать, они будут частью протокола. Лаборантка усаживает меня за стол рядом с дверью, и я остаюсь там в течение получаса – расставляя галочки в чек-боксах «Истинно» и «Ложно». Меня брали на борт космического корабля. Я иногда дразню животных. Порой я ощущаю бессмысленность того, что делаю. С моим сознанием что-то не так.

Не могу себе представить, кто бы напротив некоторых из этих утверждений мог поставить отметку в чек-боксе «Истинно». Или такое можно вообразить? Я стригу газон в костюме. Я люблю крыс.

Лаборантка встает, чтобы выполнить какое-то поручение. Выходя, она почему-то запирает дверь на ключ. Некоторое время я продолжаю сидеть. Затем встаю и начинаю прохаживаться. На столе у одной из стен стоят пластиковые контейнеры, в каждый из которых помещены по два больших среза мозга, находящихся в прозрачной жидкости. «Очаровательно», – думаю я и замечаю надписи на крышках. «Шон и Кристи». «Майкл и Холли». «Брент и Дерек». Если бы все происходило в любой другой вечер, я бы решила, что имеются в виду студенты, анатомировавшие мозги. В любой другой вечер мне бы и в голову не пришло, что Шон и Кристи могли бы быть теми, чьи мозги хранятся в лабораторных контейнерах.