Мэри Патни – Мой любимый шпион (страница 62)

– А как поступить с девчонкой?

Бонапарт досадливо отмахнулся.

– Отведите ее на кухню и велите накормить, а потом заприте до тех пор, пока все не закончится.

И он забыл о пленнице, прежде чем та покинула комнату.

Крепко удерживая Сюзанну за локоть, капитан провел ее на кухню, где с полдюжины поваров и кухарок, обливаясь потом, старались изо всех сил, чтобы посытнее накормить важных постояльцев, собравшихся в таверне.

– Дайте ей супу или еще чего-нибудь, – приказал капитан. – А потом позовите стражника, и пусть запрет ее в погребе.

Усталая судомойка проворчала:

– Отойди-ка с дороги в тот угол, девушка. И смотри не накапай тут грязью! Сейчас принесу тебе суп.

Окинув взглядом кухню, Сюзанна подчинилась. Она сразу же заметила, что тут имелась задняя дверь: слуга вышел через нее и через несколько минут вернулся с огромным мешком картошки. Значит, дверь держали незапертой.

Пристроившись на табурете в углу, Сюзанна дождалась, когда ей принесут суп – в большой кружке, с ломтем хлеба. Суп был с луком-пореем и картошкой, очень вкусный, и он быстро согрел Сюзанну. Она с удовольствием пила его, и от ее мокрой накидки в тепле кухни поднимался пар.

Старший повар громогласно отдавал какие-то распоряжение своим помощникам, и в кухне началась суета. Пока все слушали старшего, а потом выполняли его приказы, Сюзанна тихонько встала, бочком прокралась вдоль стены и выскользнула через заднюю дверь. Пустую кружку она оставила на полу у стены – воровство казалось ей более тяжким проступком, чем ложь императору.

Но что же дальше?.. Дождь не утихал, а за таверной не было ни души. В постройке по другую сторону двора угадывалась конюшня, и, стараясь держаться так, как держалась бы служанка с постоялого двора, Сюзанна пересекла пустынный двор и проскользнула в дверь конюшни, где все двенадцать денников были заняты.

Что ж, пришло время пустить в ход чудесное умение ладить с лошадьми, которым, по мнению Симона, она обладала. Сюзанна прошлась по проходу, оценивая лошадей. И вдруг замерла как вкопанная при виде прелестной серой кобылки. Боже милостивый! Да ведь это же знаменитая Дезире, принадлежавшая императору! Кобылка тотчас потянулась к ней, дружелюбно фыркая, но Сюзанна поспешила пройти мимо.

В дальнем конце конюшни она приметила молодого жеребца гнедой масти – тот с любопытством наблюдал за ней.

У Сюзанны оставалось еще немного хлеба от ломтя, который ей принесли вместе с супом, и она протянула его жеребцу. Тот с удовольствием сжевал хлеб, ласково ткнулся носом ей в шею, и она с веселой улыбкой сказала:

– Нам предстоит приключение, мой симпатичный гнедой дружок!

Помещение с упряжью и седлами находилось неподалеку от денника, поэтому Сюзанна очень быстро собрала все необходимое и вошла к жеребцу, не переставая вполголоса разговаривать с ним. Она уже собралась оседлать его, как в конюшню вошли вдвое мужчин, оживленно спорившие о каких-то особенностях боевой тактики.

Сюзанна бросилась в солому, сердце ее бешено колотилось, но спорщики, к счастью, не дошли до того денника, где она пряталась. Оседлав своих лошадей и не прекращая спорить, они уехали. Сюзанна вздохнула с облегчением. Слава богу, она не выбрала лошадь, принадлежавшую кому-то из этих двоих!

Сюзанна выжидала какое-то время. Убедившись, что осталась одна, она поднялась, оседлала гнедого и вывела из денника. Он оказался весьма резвым, но ей подчинился охотно. Чтобы забраться в седло, она подвела коня к предназначенной для этого тумбе. И, уже усевшись, вдруг обнаружила, что подол не прикрывал щиколотки – ведь она была в обычном платье, а не в амазонке. Сюзанна расправила накидку, но и он не доходил до ступней. Что ж, ну и пусть.

Она выехала из конюшни так уверенно, словно в ее внешнем виде не было ровным счетом ничего странного. И действительно, в районе боевых действий, наверное, и не такое можно было увидеть.

Мимо солдат и артиллерии перед таверной она проехала, стараясь не привлекать к себе внимания, но когда уже достигла дороги и повернула на север, за ее спиной раздался громкий мужской голос:

– Да ведь это женщина!

– Держи ее! – рявкнул кто-то. – У нее лошадь кого-то из офицеров!

– Живее, гнедой, – шепнула Сюзанна, ударяя пятками в бока коня и пуская его галопом, так что грязные брызги взметнулись из-под копыт. – Летим скорее в Брюссель!

Если за ней и была погоня, то преследователи вскоре отстали. Видимо, решили, что из-за нее не стоило беспокоиться – ведь приближалось решающее сражение.

Убедившись, что погони за ней нет, Сюзанна перешла на быструю рысь и задумалась. Кому же сообщить о своей встрече с императором? И надо ли вообще кому-либо об этом сообщать? Судя по тому, что она успела заметить, пока ехала на юг в повозке, союзные войска обосновались чуть южнее селения Ватерлоо. Наверное, там она могла бы найти человека, которого заинтересуют ее наблюдения.

Уже в полной темноте Сюзанна. добралась до расположения англо-голландских частей – лагеря, гудевшего как улей. После недолгих расспросов ей указали на постоялый двор под названием «Король Испании», где разместился штаб Веллингтона.

Осадив забрызганного грязью гнедого перед постоялым двором и спрыгнув на землю, Сюзанна, такая же грязная, как и конь, привлекла всеобщее внимание, когда громко заявила:

– У меня донесения для герцога! Примите кто-нибудь моего коня!

Один из солдат шагнул вперед и взял под уздцы гнедого, а Сюзанна широким шагом прошла в двери постоялого двора, оставляя за собой дорожку грязных следов.

– Я только что видела императора, и у меня есть сведения для герцога, – сказала она. – Передайте ему, что здесь жена полковника Симона Дюваля.

После очередного всеобщего замешательства какая-то добрая душа протянула ей полотенце, чтобы утереть лицо. Секретарь Веллингтона, лорд Фицрой Сомерсет, вышел в общий зал. Сюзанна знала его, так как несколько раз с ним встречалась.

Он в изумлении уставился на нее.

– Миссис Дюваль, неужели это и впрямь вы?

– Да, вот только в весьма неприглядном виде, – улыбнулась Сюзанна. – Я только что видела императора, и у меня есть сведения, которые могут представлять интерес.

Тихо присвистнув, Сомерсет поспешно вывел ее в коридор. Оставшись с ним наедине, Сюзанна коротко рассказала, что с ней произошло.

– Да-да, герцог захочет выслушать вас, – согласился Сомерсет.

После нескольких минут ожидания Сюзанну провели к Веллингтону. Увидев ее, он вскинул брови.

– Миссис Дюваль? Похоже, нелегкий у вас выдался день.

Она устало улыбнулась.

– А разве для кого-то он прошел легко? Но встречи с Наполеоном я никак не ожидала.

– Рассказывайте. – Герцог указал ей на стул.

– Патрульные доставили меня на допрос, решив, что я одна из тех женщин, которые следуют за армией. – И Сюзанна принялась рассказывать, как вышло, что ее допрашивал сам император.

В заключение она сказала:

– Отвечая на вопрос, какие передвижения союзных войск заметила, я сказала, что британско-голландские силы в смятении бегут к Брюсселю, а прусские – на восток, к Мёзу. Надеюсь, мне удалось ввести французов в заблуждение.

– Превосходно! – воскликнул Веллингтон. – Император поверил вам?

– По-видимому, да, – кивнула Сюзанна. – По-моему, он только и ждал смятения союзных войск, чтобы воспользоваться этим и нанести решающий удар.

– Что ж, звучит правдоподобно, – отозвался герцог. – Знать, что происходит в стане врага, жизненно важно, но добыть эти сведения немыслимо сложно – даже когда армии разделяет расстояние всего в несколько миль. И если то, о чем вы рассказали императору, поспособствует ошибкам в его расчетах, вы прекрасно послужили Британии.

– Надеюсь, – вздохнула Сюзанна. – Я ужасно хочу, чтобы все это наконец закончилось. А теперь… С вашего позволения я поспешу в Брюссель. Домашние наверняка встревожились из-за моего долгого отсутствия.

– Даст Бог, все закончится уже через несколько дней, но предприятие будет рискованное, – сказал герцог. – Чрезвычайно рискованное. Спасибо вам за все, миссис Дюваль.

Сюзанна кивнула и вышла. Снаружи, где все еще шел дождь, Сюзанна попросила одного из солдат, дежуривших перед постоялым двором, помочь ей сесть на коня. Изнемогая от усталости, она снова отправилась в путь, чтобы поскорее преодолеть расстояние, отделявшее ее от дома.

Было уже далеко за полночь, когда она наконец подъехала к дому на улице Лёвен, но окна там еще светились. Привязав усталого гнедого, она постучала в дверь. Морис распахнул ее мгновенно и, увидев, кто на пороге, возликовал:

– Хвала небесам, вы невредимы, мэм!

– А уж я-то как рада, – с усталой улыбкой сказала Сюзанна. – Не мог бы кто-нибудь позаботиться о моем коне? Он заслужил овес и тщательную чистку.

Морис присмотрелся к забрызганному грязью гнедому.

– Что-то я его не узнаю…

Сюзанна стащила с себя насквозь мокрую накидку и бросила на выложенный плиткой пол.

– Я решила заняться конокрадством. Как прошло спасение?

Морис заулыбался.

– Мы привезли сюда не только капрала Аллена, но и еще трех раненых, которых нашли по дороге домой. Всем оказана помощь, все идут на поправку. Джанет Аллен осталась с мужем и заодно присматривает за остальными пациентами.

Прикрыв глаза, Сюзанна вознесла к Небесам краткую и пылкую молитву благодарности, после чего заявила:

– Мне нужна еда, горячее питье и ванна. Можно в любом порядке.