Мэри Патни – Мой любимый шпион (страница 23)

– Зато теперь нет причин скучать, мадам, – отозвался Морле, медленно надвигаясь на нее. – Давно хотел узнать, как шлюхи из гарема ублажают мужчин. – Внезапно он рванулся к ней, схватил за руки и попытался поставить на колени, надавив одной ладонью на плечо, а другой неловко расстегивая брюки. – Я слышал, они способны свести мужчину с ума.

На миг ужас парализовал Сюзанну, и она по привычке сказала себе: «Подчинись, или он причинит тебе боль. Может, даже убьет. Ты бессильна, ты должна покориться…»

Нет, ни за что! Ведь она уже не покорная жертва, которая боится за свою жизнь и вынуждена только повиноваться. Теперь она жена воина, научившего ее защищаться.

Морле все еще возился с пуговицами, когда Сюзанна резким движением вскинула вверх колено. Он не ожидал сопротивления, и ее колено угодило в самое уязвимое у мужчины место. Взвыв от боли, Морле согнулся пополам, так что его шея оказалась прямо перед Сюзанной. И в тот же миг она рубанула по ней ребром ладони с такой силой, что руку пронзила острая боль.

Морле громко завопил – и рухнул на ковер. Пылая ненавистью ко всем мужчинам, когда-либо издевавшимся над нею, Сюзанна изо всей силы ударила негодяя ногой в живот и поморщилась от боли, пожалев, что обута не в сапожки для верховой езды.

Не обращая внимания на ноющие пальцы, она нанесла еще один удар ногой – и еще; она готова была продолжать до бесконечности, но тут вдруг чьи-то сильные руки обняли ее и остановили.

– Довольно, ma chérie, – прозвучал над ухом низкий голос Симона. – Вы сполна рассчитались с ним, но убивать его незачем. Власти этого не одобряют.

Сюзанна обернулась и прижалась к мужу.

– Он… он хотел… – пробормотала она с дрожью в голосе.

– Знаю. – Симон похлопал ее по спине. – Вы держитесь на ногах?

Сюзанна кивнула, и муж, сделав шаг вперед, с легкостью поднял с пола грузного Морле и прижал к стене.

– Никогда, ни в коем случае не вздумайте снова беспокоить мою жену, – процедил он сквозь зубы, глядя на Морле в упор. – Если она сейчас не убила вас, то это сделаю я. Вам ясно?

Морле все еще хватал ртом воздух, и вид его был страшен, но все же пробормотал, что все понял.

– Да-да, постарайтесь запомнить. – Симон отпустил Морле, и тот со стоном осел на пол.

Симон обнял Сюзанну за талию, и только тут она заметила, что их обступили гости и хозяева дома, привлеченные воплями Морле. В числе собравшихся был и де Шорри. Граф многозначительно вздохнул, глядя на Морле: расстегнутые штаны не оставляли сомнений в его намерениях.

– Полковник, мадам, прошу прощения за то, что это случилось в моем доме, – проговорил де Шорри.

Среди зрителей были и женщины. Одна из них, помоложе, выступила вперед, с размаху пнула Морле в бок и вполголоса выругалась. Другая плюнула в него и выпалила:

– Спасибо, мадам Дюваль!

Обе женщины резко развернулись и направились к лестнице.

– Видимо, у этого Морле есть привычка приставать к молодым дамам, – произнес Симон. – Отвратительная привычка. – Он подхватил Сюзанну на руки и добавил: – Мне пора отвезти жену домой. Благодарю вас за в целом весьма приятный вечер, месье граф.

Симон нес Сюзанну по лестнице на руках, и гости расступались перед ними. Она могла бы спуститься и сама, но в надежных объятиях мужа ей было так хорошо, что не хотелось отказываться от удовольствия. Уткнувшись лицом в его плечо, она пробормотала:

– Я так рада, что вы научили меня защищаться.

– А я рад, что вы так хорошо все усвоили!

У двери Симон поставил жену на ноги, дворецкий тотчас же подал им накидку и вызвал экипаж.

Сюзанне не терпелось уехать, но после инцидента с Морле ее мысли обрели новое направление.

Глава 15

Как только они очутились в экипаже, Симон привлек жену к себе, усадил на колени, крепко обнял и сказал с усмешкой:

– Женщины чуть не разразились аплодисментами, увидев, как вы с ним обошлись.

– Хотелось бы надеяться, что в результате теперь ему откажут от дома все знакомые, но, увы, я уверена, что ничего подобного не случится. – Сюзанна поджала губы. – Подумать только! Он ведь считает себя джентльменом! Этот гнусный cochon!

– Не надо так обижать свиней. Хотите, я вызову его на дуэль? – предложил Симон. – Это будет по-джентльменски, и от отсутствия такого человека мир только выиграет.

– Но вас могут ранить! – ужаснулась Сюзанна.

– Обещаю, что этого не случится. Впрочем, дуэль привлечет слишком много внимания.

Сюзанна догадалась, что насчет дуэли с Морле Симон отчасти пошутил. Но лишь отчасти. Меняя тему, она спросила:

– Но как получилось, что вы подоспели так быстро?

– Я заметил, что вы уходите наверх. И вас долго не было. А потом я услышал вопль Морле и понял, что дело плохо. – Симон коснулся губами волос жены. – Вы справились прекрасно, однако жаль, что возникла такая…

– А мне ничуть не жаль, – перебила Сюзанна и тут же с удивлением поняла, что и впрямь ни о чем не жалеет. – Я чувствую себя очень даже неплохо. Мне удалось вернуться в общество эмигрантов, повидаться с давней подругой… и впервые в жизни отбиться от мужчины, который домогался меня. Я сражалась – и победила! Как будто вдруг стала сильной…

– Вы и в самом деле сильная, ma chérie. И становитесь все сильнее.

– Ох, милорд… Знаете, меня поразило, как быстро вы из обходительного джентльмена превратились в безжалостного мстителя, когда прижали негодяя к стене.

– Просто армейский опыт. – Симон ласково улыбнулся жене и откинул с ее лба прядь волос. – Так с вами все хорошо? Вас не будут мучить кошмары?

– Нет, вряд ли. А если и будут, то вы ведь рядом. – Сюзанна заставила себя улыбнуться, хотя ей сейчас было очень не по себе.

– Хорошо, что вы по-прежнему согласны делить со мной ложе, несмотря на новое свидетельство моей мужской жестокости, – криво усмехнувшись, проговорил Симон.

– Милорд, обобщения ошибочны. Не все мужчины варвары и не все женщины добродетельны. Лучше судить по их собственным поступкам. Но… не будем больше об этом. Вы узнали сегодня что-нибудь интересное?

– Увы, одни банальности. Почти все, с кем я беседовал, убеждены, что рано или поздно Наполеон вырвется из заточения. Мнения разделились лишь насчет времени и места, а также насчет того, сколько бед он причинит в случае побега. А что говорили женщины?

Сюзанна презрительно фыркнула.

– Если у них и есть собственное мнение в политических вопросах, то скорее всего оно совпадает с мнением их мужей, а сами они гораздо больше интересуются жизнью в гареме. Слишком уж много нелепых слухов ходит об этом! Но я, конечно, не стала объяснять, что страшнее всего в гареме скука. Порой мне казалось, что стены рушатся, падают прямо на меня. И при этом знать, что я скорее всего никогда больше не… – Сюзанна умолкла, и ее передернуло.

– Поверьте, я прекрасно вас понимаю, – тихо сказал Симон.

Тем временем они подъехали к дому, и Сюзанна, зевая и прикрывая рот ладонью, попросила:

– Не надо больше о гаремах, хорошо? Я ужасно хочу спать.

– И я тоже, – отозвался Симон. – Будем надеяться, что завтрашний день будет спокойнее.

Сюзанна ужасно устала, однако уснула не сразу – ее одолевали всевозможные мысли, никак не вылетавшие из головы. Когда пришел Симон, она перевернулась на другой бок, прижалась к его груди, но по-прежнему продолжала вспоминать события минувшего вечера. Морле сболтнул спьяну, что якобы слышал, будто женщины из гарема умеют как-то по-особенному ублажить мужчину. И его не обманули. Сюзанна и впрямь знала, как доставить мужчине удовольствие, и это искусство не раз спасало ей жизнь.

Эти ее навыки стали неотъемлемой частью гаремного существования, но теперь… Теперь она свободна и в безопасности, под надежной защитой Симона. Он обеспечил ей все и не попросил взамен ничего – только составлять ему компанию, что было и ей самой в радость.

«Пора отблагодарить его», – решила Сюзанна. Собравшись с духом, она сунула руку под одеяло на той стороне кровати, которую занимал Симон. Он спал в свободной льняной рубахе и таких же панталонах, и чувствовалось, что тело его горячее и мускулистое. И было очень приятно проводить ладонью по широкой груди мужа. Прикосновения… Они оба так любили их… И на ощупь он оказался восхитительным.

Внезапно пальцы Симона сомкнулись на ее руке.

– Сюзанна, что вы делаете? – прохрипел он.

– Этот мерзавец Морле навел меня на мысль, что я могу доставить вам удовольствие и без близости в полном смысле этого слова, – объяснила Сюзанна. – Мне хочется угодить вам. И хочется сделать первый шаг к избавлению от цепей, сковывающих меня.

Последовало долгое молчание. Сюзанна чувствовала, как пульсировала жилка на руке мужа.

– Это весьма… заманчиво, – пробормотал он наконец. – Но я не хочу, чтобы вы терпели то, что вызывает у вас отвращение.

– Мне кажется, это придаст мне сил, – тихо проговорила Сюзанна. – И я стану сильной и свободной. Так вы позволите?

– Да, конечно, – внезапно осипшим голосом ответил Симон.

Он выпустил руку жены, и та, скользнув пальцами по бедру мужа, продолжила изучать его тело. «Превосходный образец мужского племени!» – мысленно воскликнула она. Его дыхание участилось, когда она, наконец, добралась до цели, обнаружила, что Симон возбужден. Он тихо вскрикнул и напрягся всем телом. Она же с удовольствием обнаружила, что не испытывает ни страха, ни отвращения, поскольку действовала по своей воле, а рядом с ней был Симон – лучший из мужчин.