Мэри Мур – Мне можно быть одной… (страница 6)

– Мы туда свернули?

– Да, такие же мысли были и у меня, когда сюда приехал в первый раз спустя много лет.

Въехали в поселок, ухоженные дома, чистые улицы, подстриженные деревья вдоль дороги. Проехали мимо сетевого магазина, с хорошей парковкой, за ним росли деревья, раньше там был пустырь, где в детстве играли и там же был спуск к реке.

– За магазином небольшой парк в котором есть фонтан, и спуск к реке, тоже облагородили, а внизу сделали пляж, летом есть лодки, зонтики, небольшое кафе. – сказал отец, озвучивая список достопримечательностей.

– Серьезно? – спросила, удивленным голосом. – Я думала, облагородили, прибрали, но что бы настолько. – удивлению не было предела.

– Да. Поселок разросся как видишь, много тех кто держит здесь дома под дачи, но и местные остались, кто здесь как я родился, начали возвращаться в родительские дома. Приезжим нужны развлечения, а местным заработок, и сейчас этот симбиоз хорошо работает. Помнишь рынок небольшой, у почты был? – спросил отец.

– Да.

– Он также работает, по утрам до 12 часов. Летом там конечно больше народу, но и сейчас приходят.

– Мы там яблоки продавали. – сказала, вспоминая как заработали первые деньги на мороженое. Папа улыбнулся, видимо вспомнил, что-то из детства.

Вдалеке виднелась белая церковь, с золотыми куполами, опять же, по-видимому, реставрированная, когда я ее видела последний раз, она стояла полуразрушенная без окон и дверей. Много лет не видевшая прихожан.

– Церковь тоже отремонтировали? – спросила я всматриваясь в даль.

– Да, в прошлом году еще вся в лесах стояла, осенью запустили, батюшка приехал. Многое поменялось. – ответил папа.

Подъехали к металлическому забору, за которым виднелась пристройка, раньше на этом месте была дальняя калитка. Папа нашел в бардачке пульт и рольставни медленно поехали вверх.

– Да, строил капитально. – сказал отец, увидев мои удивленные глаза.

Гараж был большой, мы въехали и еще осталось место, там стояло какое-то оборудование, деревянные доски, вдоль стены развешаны инструменты, ящики, баночки и все в таком идеальном порядке. Вышли из машины, перед машиной, дверь с несколькими ступенями лестница.

– Заходи, сейчас все принесу, – взяв цветы, что полдня пролежали в машине, я поднялась, открыла дверь, оказалась в небольшом тамбуре, разувшись, открыла другую дверь и попала в кухню с черного входа. При бабушке, эта дверь тоже была, но использовалась крайне редко, в основном была закрыта.

Отец зашел следом водрузив пакеты на стол, – Сейчас затоплю печь. Не против если, сегодня тут останусь? – спросил папа.

– Пап, конечно. Я на это рассчитывала, и купила утку на ужин.

– Даже так! – удивился отец.

– Не рассчитывай, что она у меня получится как у ма, это первый эксперимент и утка может сгореть или остаться сырой, на этот случай будут яйца. – отец рассмеялся в голос и вышел из дома.

Дом был построен из красного кирпича с толстыми стенами, в два этажа, бабушка рассказывала, что от моей прабабушки маминой мамы, она получила в качестве приданного небольшую избушку, на два окна и большой участок. Где впоследствии и выстроили дом. Мне всегда нравилось тут бывать, многое изменилось, но большая, круглая печка, что отапливала весь дом и находилась посередине, по-прежнему стояла на месте. Прошла в комнату, где были стеллажи с книгами, и они тоже были на месте. Большое старинное зеркало, в черной, деревянной оправе на резных ножках с двумя ящиками внизу, стояло в том же углу. Новый диван и кресла, деревянные рамы заменили пластиковые окна, а вместо привычных бабушкиных занавесок в цветочек аскетичные рулонные шторы блэк-аут на окнах. Деревянные половицы поскрипывали, когда я подошла к окну, чтобы посмотреть на двор с другой стороны.

За спиной хлопнула дверь, – Как удалось сохранить библиотеку?

– Я ее вывез, тогда. Дом хотел продавать, но покупателей не нашлось, раньше не модно было еще жить за городом, да и сама видела поселок вымирал.

Отец сложил дрова в поленницу, – Я тебе еще нарублю, на пару недель хватит, они, как и прежде лежат в поленнице за домом.

– Наверх поднималась? Твоя комната, тоже готова.

– Моя? Тут есть, что-то мое?

– Ну да, твоя! В той что ты всегда жила с окнами во двор.

– Нет, не поднималась.

– Там, сейчас еще холодно будет. Пока печь прогреется примерно пару часов нужно.

– Пойду переоденусь и займусь продуктами. – сказала, осматривая фронт работы.

– Тут есть вторая ванная комната. Правда с душем.

– Тут теперь две ванны? – вновь удивилась.

– Да. Летом еще баню должны привезти полностью готовую и тогда можно будет считать ремонт законченным. – сказал, довольный папа.

Взяв одежду, зашла в комнату, что когда-то была большим чуланом. В детстве, очень боялась к нему подходить, всегда казалось, что в нем полным-полно всякой нечисти и монстров. Зашла и улыбнулась, а сейчас только белый кафель, новый фаянс и никаких страшных монстров.

Переодевшись в теплый спортивный костюм в доме еще было прохладно, поставила цветы в вазы и отнесла наверх тюльпаны, в зал розы и гипсофилы оставила на столе. Начала разбирать продукты, папа ушел, слышала стук топора во дворе, периодически его фигура мелькала перед окном. Разобравшись с уткой по рецепту из гугла, засунула ее в духовку. С удивлением обнаружила за ровным рядом шкафчиков, спрятанными стиральную и посудомоечную машинки, модный встроенный холодильник, отдельный кран со встроенным фильтром для воды, и вытяжку. Папа действительно серьезно подошел к ремонту и приближающейся старости, создав себе хороший уровень комфорта. Мысленно оценила его старания. И принялась за заготовки.

Таймер на духовке, прозвенел, когда я убирала последние заготовки в морозилку. Проткнув утку, все таки уроки ма не прошли даром и увидя розовый сок отправила еще на пятнадцать минут.

Зашел отец, – Как пахнет!

– В общем почти все готово, сейчас только салат порежу и можем садиться ужинать. – сказала.

– Я в душ, одна нога здесь другая там. – ответил он и скрылся в ванной.

Утка получилась восхитительной такая, как и должна была быть. Мы поужинали, поболтали обо всем одновременно, папа достал альбом бабушки и дедушки.

Никогда не могла подумать, что за каждой фотографией есть своя история, – Сейчас в нашей жизни много фото и мало историй. – думала, пока отец увлеченно вынимал из памяти отрывки давно минувших лет. Вечер закончился, тихо по-домашнему.

Утро

За окном светило солнце, откинула одеяло, и потянулась. Дом за ночь нагрелся и воздух наполнился теплыми запахами дерева, уюта и солнца. Хотя как солнце может иметь свой запах? Не знаю, наверное так как пахнет в этой комнате, давно забытым спокойствием. Потянувшись, спустилась вниз. Взглянув на часы, что показывали половина одиннадцатого, поняла, что отца уже нет. Сегодня рабочий день и ему нужно было на службу. В отличии, от внезапно уволившейся дочери.

– На календаре среда, а за окном весна, – подумала я. – Если бы вчера в очередной раз промолчала, сейчас сидела бы в офисе, но не промолчала. – пришла мысль, пока помешивала закипающий кофе в турке.

Налив ароматный напиток села за стол и устроившись удобнее открыла свой ноутбук.

Несколько писем в ряд от Тони с рабочей почты. Открыла первое. “Лена, это не поступок взрослого человека, вот так уйти на пол дороги не закончив проект”. Гласило послание.

– Ну да, не совсем взрослый поступок, а вот выдавать мою работу за свою, очень даже по взрослому и по-дружески. – написала ей в ответ и отправила сообщение.

Почему-то в голову ни разу не приходило, узнать, что говорится на совещаниях, что содержится в переписках почты, от которых меня так упорно ограждала Тоня. “Зачем тебе творческому человеку, отстаивать очередной макет?” И я получала, как правило, просто вырезку с правками, как теперь понимаю, части из созданных мной дизайнов, просто поменяли авторство. У меня нет короны, мы с Тоней работали всегда в паре, я создавала концепт, стиль продукта. А подруга, уже на ее основе готовила полиграфию и все, что было нужно заказчику, перед отправкой макетов, финально смотрела и вносила правки.

– Подруги! А были ли когда-то ими. Ведь так с друзьями не поступают. Ведь с чего-то Павлов решил, что именно я в нашей компании слабое звено, которое нужно поменять.

Открыла следующие письмо. “В проект Татищева, нужно внести эти правки. СРОЧНО!!!”

“Я официально уволена со вчерашнего дня!” – отправила сообщение в ответ.

Открыла третье письмо, которое было первым на самом деле и написано оно было, за несколько минут до того, как вчера мы вместе поднялись в зал совещаний.

“Мы тут с твоей мамой решили сделать подарок. Это логин ***** и пароль ******, от мамбы, привязано к этой почте. Там есть очень даже интересные экземпляры. Обязательно посмотри, хотя бы загляни! ПРОШУ!!!

Что мужики просто так пропадают.

Тоня”

– Правильно зачем им одним пропадать, лучше пропадать вместе. – и рука хотела уже нажать на кнопку удалить, как на этом месте появилась ссылка на новое только что пришедшее письмо и перешла сразу в него. – Потом почищу, – подумала я.

Письмо тоже было от Тони.

“Значит так! Ну ок. Матери позвони, а то задолбала мне названивать! Работать не дает!” Гласило послание.

Точно, обещала же маме еще вчера позвонить и забыла.

Набрала номер, и отпила уже подостывший кофе.