Мэри Мур – Мне можно быть одной… (страница 5)

– Авиа режим нас спасет. – ответил папа с улыбкой и нажал волшебную кнопку.

– Ух ты не знала, что ты так умеешь! – сквозь смех проговорила я.

– Это годы тренировки неподготовленным леди такое лучше не повторять, давай я. Что бы потом с совершенно серьезным лицом могла сказать. Отец привез меня в ресторан где не ловит сеть, а потом практически в принудительном режиме, сам переключил телефон в авиа режим. – когда папа выключил и мой телефон, я уже почти похрюкивала от хохота, вытирая слезы. – А теперь, нам нужно ускориться, сейчас твоя любимая мама поймет, что что-то не так и поедет к тебе домой.

– Пап ну ты же помнишь, что она живет на другом конце города?

– Поэтому у нас есть максимум час, если конечно она уже не едет. Тогда можем и опоздать.

За пятнадцать минут и по дворам доехали до моего дома, оставив машину на всякий случай в соседнем дворе. Зашли в квартиру.

– Дочь, бери только самое необходимое, если что в выходные привезу. – сказал отец заняв наблюдательный пункт у окна не отодвигая шторы, для чего родителю пришлось вытянуть шею. Увидев это рассмеялась, но продолжала собирать вещи в ускоренном режиме.

– Поверь, нам будет с тобой не до шуток, если твоя мама нас здесь вдвоем обнаружит. Еще и с выключенными телефонами. – проговорил он, не на секунду, не отрывая взгляда с подъездной дорожки.

– Согласна, – ответила, засовывая ноутбук, шнуры, косметичку, белье, спортивный костюм, пару маек в спортивную сумку.

– Как думаешь, у меня есть время переодеться? – спросила, стоя в раздумьях.

– Думаю нет. – ответил отец.

– Ну и ладно, – сказала и засунула с большой пакет кроссовки, куртку, худи и штаны. – Я готова.

– Не успели! – разочарованно произнес отец.

– Как? Уже.

– Мама приехала. – проговорил папа и стремительно направился к выходу. За секунду, одев ботинки и протянул руку за покетом, что я держала в руках.

– Пап, она наверняка взяла ключи. Сколько раз пыталась у нее забрать, но как только у мамы появляется потребность, появится в моей квартире находятся и ключи. И да замки тоже меняла не помогает. Полтергейст какой-то!

– Этот полтергейст зовут Тоня. Обувайся. Только тихо. Благо ты живешь на пятом этаже. Мы выскользнули из квартиры, в тот момент когда внизу открылись створки лифта. Тихо закрыв дверь, начали спускаться вдоль стены, и остановились на четвертом, когда лифт остановился наверху. Мама вышла, слышно было как по пустому подъезду разносится гулким эхом, тяжелые шаги. Папа вздохнул и приложил палец к губам, тяжелое, тягучее молчание повисло в воздухе. Наверху звякнули ключи и единовременно рядом с нами звучно открыла дверь Вилена Степановна.

– Кто… – хотела сказать старушка, но мы с отцом синхронно приложили палец ко рту с очень жалобным видом. Старушка заговорчески кивнула и продолжила.

– Кто так топает, Леночка это ты? – проговорила она и вышла на площадку. Нажав на кнопку вызова лифта. – Ой добрый день Всеволод Аристархович, на прогулку не как собрались? Заходите после чай попьем.

– Нет это Маргарита Дмитриевна, мама Лены. – ответила мама.

– А я думала Леночка. – ответила ей и стала подниматься. Лифт открылся, мы вошли внутрь. Последними словами, что услышала, было. – Вот же старый пенек и слова от него не дождешься. – сказала Вилена Степановна, а двери лифта благополучно закрылись и мы поехали вниз, чуть сдерживаясь от смеха. Внизу, пока шли до двери, слышали, как старушка отчаянно отвлекала нашу маму разговорами.

– Вот кому повезло с соседями, надо же, как она ловко придумала, про этого Аристарха, – сказал папа, когда мы беспрепятственно вырулили из двора и влились в поток машин граждан спешащих по своим делам.

– Да, Вилена Степановна уникальная женщина. Ее кстати до сих пор приглашают в качестве экскурсовода, в наш музей, когда приезжают какие-то важные гости.

– А кто такой, Всеволод Аристархович? – спросил папа, а я рассмеялась.

– Всеволод Аристархович, ее глухонемой сосед, который практически здесь не появляется, в основном живет за городом, я его вижу пару раз в год.

Папа рассмеялся, – Очень удобно иметь соседа, который как бы есть, а как бы и нет. Сейчас заедем на заправку и в магазин.

– Да, хорошо. Только давай подальше от дома.

– Я знаю отличное место за городом, туда мама точно не поедет. – сказал отец.

Спустя полчаса мы остановились у большого супермаркета. – Дочь, давай разделимся для ускорения, ты за продуктами, я в строительны, нужно кое-что купить. Сколько нужно время?

– Минут тридцать максимум.

– Хорошо, тогда буду ждать в машине, телефон пока не включай. – сказал он.

Быстро закупив стандартный для себя набор продуктов на неделю, благо этот навык был отработан еще мамой, когда раз в неделю закупались продукты и из них делались сразу полуфабрикаты на неделю на всю семью, что было очень удобно, не нужно ходит в магазин и ты всегда знаешь, что приготовление обеда займет минут пятнадцать, двадцать. От души спасибо ей за этот навык, экономии времени.

Вообще, мама была хорошим человек, портило всю картину, любовь к контролю, всего окружения, желание держать все и вся в поле зрения, что бы все было правильно и как она решила. Много лет после того, как стала жить одна, боялась, до ужаса совершить ошибку. Наверно, поэтому, мы и сошлись с Тоней в работе, я молчала и делала. Она отстаивала дизайны.

Синдром отличницы во мне был культивирован, как самые дорогие кустовые розы. Много, времени ушло, пока научилась извините, за прямоту, но делать через жопу, но до сих пор, иногда, например пробуя приготовить, что-то новое, борюсь внутри себя и боюсь что-то испортить, бывает, доходит до абсурда. Стою, там где меня застал ступор и в голове проговариваю, что самое страшное произойдет, если сейчас сделаю, что-то не так. До того момента, пока не отпускает. И ведь на самом деле отпускает. Со временем, этот процесс прекратил отнимать более тридцати секунд, раньше могла зависнуть, на десять и более. Почему я это вспомнила?

Пять минут назад когда стояла в магазине взяла утку, я ее никогда не готовила сама и решила попробовать, и хватило пару секунд, чтобы справится со внутренней отличницей, объяснив себе в очередной раз. У меня вряд ли тем более с первого раза получится утку сделать как мама, но если не получится, самое страшное, это либо утка будет сырой либо горелой. Ну тогда мы на ужин просто жарим яичницу, как один из сотни вариантов плана Б.

Папа уже был в машине, когда выехала из магазина с тележкой.

– Мамины уроки вижу не прошли даром, – кивнул он забирая большие пакеты с продуктами.

– Да. – ответила я. – Нужно включить телефон и сказать, что уехала отдыхать.

– Думаешь? Стоит. – осторожно спросил.

– Думаю. – уверенно ответила я.

– Решать тебе. Только меня нет. Я не смогу долго противостоять ее напору, сама знаешь. – сказал он честно.

– Я решила, хорошо. – включив телефон, набрала номер. – Мам привет.

– Где ты, что с тобой? – сразу посыпался град вопросов. Знала, что первые минут пять, это будет поток из угроз и манипуляций, поэтому, отодвинув трубку, от уха села в машину и мы поехали. – Где ты едешь? – вдруг спросила она и замолчала, что было верным знаком, что мне дали правого говорить.

– Уехала на несколько дней в другой город, нужно подумать и сменить обстановку. – спокойным тоном ответила маме.

– Отец с тобой? – спросила она.

– Нет, он довез меня домой после обеда и уехал. Наверное на работе. Хотя не знаю.

– А почему он не берет трубку, вот сейчас ему звоню, – в трубке послышался монотонный голос, оператора, “Абонент выключен или находится вне зоне действия сети…” – мысленно поблагодарила, что папа не включил телефон, а то сейчас было бы сразу понятно, что мы вместе.

– Мам, услышь, пожалуйста, мне неудобно разговаривать, я уехала. Вернусь домой и позвоню. – из трубки опять полился монолог, что она плохо воспитала дочь, если та считает в своем праве себя так вести и все в том же духе.

Отец, сидел рядом и только возмущенно шумно вздыхал. – Мам, ты очень громко говоришь, тебя слышит весь автобус. – это подействовало, как ушат холодной воды.

– Как будешь на месте, позвони. – быстро проговорила она и связь оборвалась.

– Ух. – сказал отец, – Давно бы так! Вообще такие встряски от мамы, периодически напоминают, что брак в целом – это то с чем не хочу больше связываться. – сказал папа. – Хотя…

– Что? У тебя появилась дама сердца. – спросила у отца.

Папа поелозил в кресле, – Пока не знаю, как станет понятно, расскажу.

– Хорошо, не буду тебя мучить вопросами. – ответила и посмотрела в окно.

За окном, дома становились реже, голые деревья встречались все чаще, из динамиков мелодично пела скрипка, ее сменил саксофон, а потом подключилась гитара, какая-то непонятная мелодия смесь классики с тяжелым металлом, но папе нравилось, он в такт мелодии постукивал по рулю и казалось быть счастлив. Редко видела отца таким умиротворенным, спокойным.

– Нам долго ехать, не помню? – спросила у отца, когда мелодия закончилась.

– Примерно еще час, может чуть меньше. – ответил он. – Можешь откинуть сиденье и поспать немного, предложил он.

Глава 4

Через сорок минут мы съехали с трассы. Раньше это был ужасный участок разбитой дороги по которой пока едешь можно было почувствовать все позвонки, что норовили то и дело выпрыгнуть, но в детстве сидя в старых папиных жигулях на заднем сиденье, за долго до того, как стали задумываться про кресла и безопасность. Я считала сколько раз, подпрыгнула до потолка. И была счастлива, ведь впереди было лето, друзья, теплые бабушкины объятия и свобода. Сейчас же это была широкая двухполосная дорога, с ровным асфальтом, на столько ровным, что я спросила у отца.