Мэри Мур – Иван царевич (страница 3)

– Покормлю.

– А я что?

– Не понял?

– Ну не просто так же ты меня кормить будешь? Что сделать надо? – спросил, сытое брюхо это конечно хорошо, но про заморских гостей разные слухи ходили, и Тоська постоянно пугала, что мол они людей едят. А обедом самому быть не хотелось.

– Ну-с, мне нужен посыльный. Постоянный, который хорошо знает город, и может за себя постоять, но только чистый и хорошо одетый.

– На долго? Я так-то вроде служу.

– А что ты тогда околачиваешься тут? Почему барин за тобой не смотрит и почему у тебя такое, – он покрутил рукой в воздухе видимо пытаясь описать мой внешний вид. – Грязная рубаха и это не пойми, что.– указал он рукой на рваный тулуп и порядком изношенные лапти.

– Я не крепостной, – буркнул с обидой, хотя этот барин был прав, за своими крестьянами барин не сильно следил, отрезы на одежу выделял редко, весь в заплатках ходил не только я, но и вся дворовая челядь. Баня пару раз в месяц. Зато гонять он любил, да подолы декам поднимать.

– Не крепостной значит говоришь! – задумчиво произнес он. – А документы есть?

– Какие документы у уличного подкидыша? Вы что барин, нет, извиняйте, граф.

– Тогда веди, обедать пойдем.

– Куда?

– Где ешь обычно туда и веди?

– Я ем там где дадут!

– Тоже верно, тут кормят? – указал он на рюмочную куда я шел.

– Кормят, но там за углом лучше, пойдемте граф, покажу.

Низкое полуподвальное помещение с окнами почти под потолок, это место славилось своими вкусными пирогами, запах от которых разливался словно молоко по всему переулку и приманивал люд.

– Что желаем? – спросила у меня, подавальная, встретив на пороге и загородив собой проход внутрь.

– Он со мной. – ответил граф, за ее спиной.

– С вами? – удивленно спросила девица, – Ну хорошо, садитесь вон туда в дальний угол, а то приличных людей распугаете.

– Это кто здесь приличный, – попытался я возразить, но граф протолкнул меня внутрь помещения.

– Не стоит ругаться с девицей, милый друг ваш внешний вид действительно не внушает доверие.

– Какой я вам друг! – буркнул под нос. – Вы барин, я не пойми кто.

– Все мы люди независимо от сословия, а значит друзья. Сейчас я подал руку, а когда-нибудь вы не пройдете мимо. – иностранец говорил спокойно, но мне на секунду стало не по себе. От голоса интонации и как он это говорил. Было не то чтобы страшно, вокруг люди, только мурашки табуном пробежали по спине, но голод заставлял сидеть и ждать пока накормят. Что не сделаешь, чтобы выжить, а правда что? Что такого должен сделать граф, чтобы я сбежал, сбежал от него, как от черной хвори. Что вообще должно произойти, когда лучше голод и медленная смерть?

На этот вопрос у меня не было ответа. Так случилось, что пока не приходилось выбирать, все что происходило, считал мелкими неурядицами, угрожающими исключительно настроению, как Тоськины затрещины или как четверть часа назад пенок толстухи, несмотря на что большую часть жизни провел на улице.

– Что ты будешь есть? – спросил настойчивый голос графа, видимо уже не впервые, выдергивая меня из моих мыслей, подавальщица, сложив руки на объёмной груди, нервно вздохнула и нетерпеливо топала ножкой.

– Шо, принесут то и буду. – озираясь по сторонам, сказал я.

– Принеси, что есть свежее, с хорошим мясом.

– Щи, расстегаи с рыбой и кулебяки, еще скоро будут перепела на вертеле, и жареный поросенок. – перечислила подавальщица, а у меня голова закружилась от предстоящего пира.

– Неси все. – сказал ей граф.

Девица тяжело вздохнула и спросила. – Пить что будете?

– А что есть?

– Квас, березовица, сбитень. Есть еще вино, но оно дорого.

– Принеси, что не бродило. – проговорил граф.

– Сбитень. – сказала, развернулась и ушла, покачивая бедрами, видимо хотела впечатлить графа, но тот не проявил к девице ни какого интереса.

– Расскажи мне о себе?

– Что? – спросил я.

– Не знаю, что хочешь. Например, где родился? Кто твои родители? Ведь они были.

– Не знаю. Не помню.

– Как такое может быть?

– Не знаю.

– Хорошо, а что первое ты помнишь? – спросил граф, рассматривая меня все более внимательно.

– Что помню, до того, как стал жить на чердаке у барина, куда Тоська пустила кухарка. Жил в лесу у старика, домик небольшой был из дерева, а потом пришли люди, в меховой одежде, у них еще вышивка такая интересная была красными буквами и поймали старика, сожгли дом, я в кладовой прятался. Она не в доме была, а чуть вдалеке и не видно было. Старика вздернули на дереве. Потом долго шел, очень долго, но было тепло и много ягод, я в них хорошо разбираюсь, дед научил. Знаю какие можно есть, а от какой живот будет болеть. Есть еще те которое заснуть помогают, положишь чуть больше и человека нет. – сказал не подумав, ведь дед всегда говорил не рассказывать никому, посмотрел на графа, что внимательно смотрел на меня.

– А дед, не рассказывал, как ты у него появился?

– Нет. Да я и не спрашивал. Он редко говорил вообще, только в лесу или когда травы разбирали, показывал какие от чего лечат. Что можно есть, а что нет.

– А что было дальше?

– Ну сначала бродил по лесам, как то набрел на разбойников, у них немного пожил, а потом вышел на тракт и так дошел до Московии, ночевал где придется, первый год по сеновалам перебивался, с такими же как я. А потом Тоське начал помогать, она и приютила.

– Сколько лет ты в Московии? – спросил граф, как передо мной поставили тарелку с дымящимися щами и рядом пироги. Мысли тут же вылетели из головы, и схватив первый попавшийся кусок, затолкал его в рот и начал жадно жевать. – Не торопись, у тебя достаточно времени, никто не отнимет. – сказал граф наблюдая с улыбкой, как я жую. Хотя, жевал, честно говоря, я через раз, просто заглатывал большие куски, тороплива запивая теплым сбитнем, настоянный на травах и меде. Последний раз пил такой в деревянном доме с дедом. Хорошее было время. Мысленно подумал я. Продолжая уплетать, жадно хватаясь за все что продолжала ставить подавальщица на стол. Не прошло и десяти минут, как я набил живот на столько, что глаза непроизвольно начали закрываться, а все равно продолжал держать целую перепелку в руке, откусывая от нее по чуть-чуть, растягивая удовольствие, от пребывания мяса во рту. Хотя, по правде, в меня уже не лезло и еще несколько кусков могли вызвать рвоту или мой живот просто лопнул.

– Теперь ты сыт? – спросил ласковым голосом граф. Я не мог двинуться, но мурашки вновь пробежали по спине и меня передернуло. – Ты готов ехать? – так же спросил, но я не мог двинуться. Не от того что переел, тело словно окаменело, глаза слипались, последнее, что мелькнуло перед глазами, это усмехающиеся улыбка подавальщице, что склонилась надо мной. Со словами. “Он готов, господин граф.”

ГЛАВА 4

***

Барский ДОМ

Тося суетливо вынимала из печи на стол только, что подошедшие пироги, которые получились, несмотря на вечно пытающегося Григория под ногами с бесконечными придирками. Вот если бы все таки женился, было бы другое дело подумала Тося, а так, что ходит тут, ну да управляющий, ну так ведь и я при деле. Ладно бы жили и Ваня был бы под присмотром, сидит сейчас наверное голодный на своем чердаке и носу показать боится.

Накрыв на стол для барина, Тоська вышла с задней двери, – Ваня, иди кушать. – звучно крикнула она, упершись руками в бока, подставив солнцу свое выцветшее за зиму лицо. Но Ивана не было.

– Ваня, спускайся, – сказала Тося чуть громче, но дверь на чердаке так и не открылась. Внутри у Тоси вскипел гнев, сначала было хотела вернуться в дом, но решила посмотреть, почему Ваня не выходит. Обычно он сразу спускался. Женщина спустилась по ступеням и подошла к лестнице ведущей на чердак, еще раз сделав позвав, не получила ответа. Начала подниматься. Наверху никого не было, мятый тюфяк, какие-то вещи в углу. – Куда, запропастился паршивец. – проговорила Тося. – Ну пусть голодным ходит, проголодается, вернется не в первый раз.

Но Ваня не пришел, прошел день, наступила ночь, а за ним утро, но его все не было. Женщина начинала волноваться, но куда бежать? И кто он ей. Появился ниоткуда и в никуда пропал.

ИВАН

Монотонный звук капающей воды, был слышен вдалеке, но так отчетливо. Глаза не открывались. Слышать звуки капающей где-то вдалеке воды и чувствовать запах свежести и холода единственно, что сейчас могло делать мое тело после короткого пробуждения. Несколько секунд сознания, и вновь проваливаясь в темноту. Не знаю, сколько прошло времени, только периодически, слышал, кап, кап, кап.

Не понимание где нахожусь и что происходит, периодически поднимало волну гнева вперемешку со страхом, внутри. Больше похожую на протест, но так же быстро эта волна растворялась.

Пока в один момент, я не проснулся. Открыл глаза и закрыл, было темно, темно настолько что разницу между открытием глаз и закрытием не ощутил, попробовал пошевелить руками и ногами, в принципе они подчинялись. Попробовал подняться, и голова закружилась, а перед глазами рассыпались миллиарды звезд. Лег. Под спиной лежал тканевый тюфяк набитый соломой, что-то вроде того, что был на крыше в барском доме. В голове пролетел немой вопрос, где я и что со мной произошло?

Последние, что помнил это взгляд графа и ухмылку подавальщице, но как такое могло произойти? Ведь я сам туда привел графа, или не сам. Попробовал сесть, в комнате все так же пахло сыростью и звук воды, уже не был проводником соединения с реальностью, а раздражал и мешал сосредоточить мысли. Которые путались и не поддавались объяснению. Зачем я тут, что будет дальше, и как выбраться.