Мери Ли – На краю тумана (страница 5)
– Ты как? – спрашиваю я, пока мы спускаемся по ступеням.
– Ничего не меняется? – еле слышно спрашивает она.
Лея в себе.
Моменты просветления настолько стремительно заканчиваются, что я не спешу огорчить ее и нагло вру:
– Улучшение есть.
Она останавливается и поворачивается ко мне.
– Правда?
Боже, как редко я вижу этот чистый взгляд. Теперь она еще больше похожа на маму, от этого сердце сжимается, и я понимаю, что всегда буду по ней скучать.
– Да.
– Это, – начинает Лея и нахмурившись замолкает, она смотрит мне за спину, от этого становится жутко, и я тоже оборачиваюсь. – Что там?
Вглядываюсь во все глаза. Сегодня настолько необычный день, что я не удивлюсь, если из тумана выйдет динозавр.
– Туман, – отвечаю я.
Кроме него, я ничего не вижу.
Лея спускается и идет туда, где что-то привлекло ее внимание.
Я молча следую за ней, нам все равно нужно идти в этом направлении. Машина припаркована и ждет нас, а я мечтаю сесть за руль и уехать домой.
Лея останавливается у лежащего на боку мотоцикла. Сначала я не понимаю, что она там увидела, а потом замечаю кровь на руле и капли, ведущие от упавшего транспортного средства.
Авария?
Не похоже.
Мотоцикл цел, на нем нет ни единой царапины.
Лея поворачивается ко мне и предполагает:
– Из носа кровь пошла.
– Может быть, – пожав плечами, монотонно проговариваю я.
– У тебя.
– Что?
Прикасаюсь к лицу и смотрю на пальцы. Они не в крови. Лея снова ушла в свой мир.
– Поехали отсюда, – говорю я, озираясь по сторонам.
Внутри просыпается законопослушный гражданин, который настоятельно советует мне вернуться к мотоциклу, пройти по кровавым следам и убедиться, что человек, нуждающийся в помощи, в медицинском центре и им занимаются медсестры. Но я этого не делаю. Запираю законопослушного гражданина в подвале сознания и беру Лею за руку.
Быстрым шагом преодолеваю часть парковки, открываю машину, и только когда мы оказываемся внутри, выдыхаю.
Предчувствие ужасного дышит в спину. Чувствую на себе его зловонное дыхание.
Тетя говорит про мороженое, а я всматриваюсь в лобовое стекло. Вижу очертания людей, но мне кажется, что они двигаются как-то не так. На периферии гудят клаксоны, слышны звуки жизни, но они другие. Зловещие.
– Поедем за мороженым? – в третий раз спрашивает Лея.
Есть небольшой магазинчик на краю центра, решаю заехать туда. В большой центральный комплекс я сейчас не поеду.
Только не в такую погоду.
Только не в таком состоянии.
Только не с этим предчувствием.
– Я же обещала, – бодро говорю я и насквозь фальшиво улыбаюсь.
Завожу двигатель и аккуратно выезжаю с парковки. Слева поперек дороги стоит машина, в паре метров от нее вторая. Авария. Оно и неудивительно, ни черта не видно же.
Выезжаю на дорогу и пристраиваюсь за габаритными огнями впереди едущего транспорта. Двигаемся медленно.
Постепенно успокаиваюсь и беру себя в руки. Отвечаю Лее на множественные вопросы.
На перекрестке останавливаюсь на красный сигнал светофора, но машина передо мной игнорирует его и едет дальше. Сначала я слышу визг шин, а потом вижу, как машина справа вырывается из тумана и на всем ходу врезается в боковину автомобиля, переворачивает его, а сама врезается в столб.
– Что б тебя, – шепчу я.
У меня зеленый, но я не еду. Как завороженная смотрю на перевернутое авто. Включаю аварийку и достаю телефон, чтобы вызвать патрульных.
Гудков нет, как и вчера.
– Да что здесь творится? – спрашиваю сама у себя.
Вижу, как прохожий приближается к перевернутой машине и заглядывает внутрь, и тут же раздается дикий крик.
Кричат вообще с другой стороны. Оборачиваюсь туда, но видимость нулевая.
– Октавия, – тихо зовет тетя. – Поехали домой.
Киваю и страгиваюсь с места, но воремя успеваю затормозить. Слева пролетает машина и чуть ли не врезается в нас.
Куда они так летят?! Ничего же не видно!
Вцепившись в руль, проезжаю перекресток, но торможу на обочине после пешеходного перехода. Чертов законопослушный гражданин вылез из подвала и уже вовсю орет на меня.
Я должна попытаться помочь пострадавшим в аварии. Мама сделала бы именно так.
– Черт! – ругаюсь я, ударяя ладонями по рулю.
Оставляю машину на аварийке, запираю двери и иду в сторону пострадавших.
Возле перевернутой машины уже никого нет. Заглядываю в разбитое окно. Пусто. Видимо, ему помог выбраться прохожий.
Иду к другой машине, капот вмят столбом, из-под покореженного металла валит дым.
Подушки безопасности сработали, но уже сдулись. На водительском месте женщина средних лет. Кроме нее внутри никого нет.
– Мэм? – зову я и озираюсь по сторонам.
Мне срочно нужен кто-нибудь взрослый. Мне всего восемнадцать. Я не готова к решению проблем подобного рода. Но все взрослые куда-то слиняли или сделали разумный выбор и остались дома. Снова достаю телефон, связи нет, интернета тоже. По номеру 911 тишина. Как это возможно?
Убираю телефон и снова заглядываю в окно.
– Мэм, вам нужна помощь?
Зачем спрашиваю, она ведь не ответит. Женщина без сознания, но жива. Вижу, как грудная клетка поднимается и опадает. Не знаю, что делать, можно ли ее тревожить? Что если я попытаюсь вытащить ее из машины и сделаю только хуже?
Что бы сделал папа?
Он бы вызвал копов и скорую.
Может, попытаться вырвать ее из бессознательного состояния? Сказать, что рядом есть больница и ей надо туда?