Мэри Лэй – Кассандра и Блэр в Царстве черного ворона (страница 59)

– Я последовала твоему совету: пошла разобраться с одним из отцов, – заявила Блэр.

Она стояла спиной ко мне, взирая на горизонт и словно не собираясь поворачиваться. Блики солнца играли в ее волосах, делая их еще более блестящими.

– На поле с цветами? – мягко уточнил я, подбираясь ближе к чаровнице, не желая спугнуть ее своим присутствием.

– Мы часто гуляли здесь, собирали эссенцию для духов, – голос Блэр казался смертельно грустным.

– Глен любит тебя. Как только мы его найдем, вы продолжите традицию, – заверил я, но это не помогло девушке даже сдвинуться с места.

Я уже стоял в сантиметре от тонкого стана моей колдуньи и боролся с желанием накрыть ее плечи своими руками, а шею и губы осыпать утешающими поцелуями. В последнее время Блэр усилила натиск и положила все силы, чтобы вынудить мое сердце сдаться. Ее красивые и элегантные наряды кружили голову, безупречный вид запечатлевался в памяти, а о том, как наши глаза встречались друг с другом, могли слагать легенды.

Я полюбил Блэр сразу, как увидел в Академии, только не признавался себе, а теперь не имею возможности сказать и ей. Может, проще быть тигром, чем бараном, отвергающим чувства прекрасной нимфы? Я потратил немало месяцев, бегая в зверином обличии, но даже при таких условиях, уверен, буду, как ручной пес, лежать возле ее ног.

– Мы никогда не найдем его, Луций! – вырвал голос моей любимой из грез.

– Может, это и к лучшему? Сейчас в Королевстве творятся ужасные вещи, ему безопаснее быть вдалеке от всего этого, – продолжал убеждать я, словно и себя самого.

Мы все еще стояли не по направлению друг к другу, но так близко, что ветер доносил до меня аромат ее волос.

– Расправившись с Ривером, мы пустим все силы на поиски Глена. Ты мне веришь?

На этот вопрос Блэр посчитала нужным, наконец, обернуться и посмотреть мне прямо в глаза.

– Как могу тебе верить, если за душой ты хранишь столько секретов? Я догадалась, что отец возложил на тебя какие-то тяготы, но, вместо того, чтобы рассказать о них, ты просто пропадаешь с утра до ночи.

– Это тебя…

– Не касается! Да-да! Я уже слышала сегодня подобную фразочку, – перебила Блэр, – я знаю о запретном заклинании, что ты применил! Когда на это ты дашь объяснения? – продолжала девушка допрос с пристрастием.

«Никогда», – вот, что хотелось ответить на это. И как моей маленькой проныре удалось узнать о заклинании? Отец вынудил воспользоваться им, чтобы обеспечить место в Комитете нравственных дел, а дальше иметь выход в Парламент. Из идеи ничего не вышло, потому что вершил судьбами в тайне ото всех Ривер, а не его тетушка Соррель. Безусловно, и за ней имелось много грешков, но сейчас основная проблема заключалась в родовой коалиции Нумибуса.

– Блэр, все, что я делал, было направлено на благо. Сейчас ты не веришь мне, но скоро я добьюсь правосудия и обещаю поведать обо всех замыслах, когда это будут не просто слова, – обозначил я позицию.

Знаю, Блэр ценила во мне мужественность и добросовестность, не хочу подрывать авторитет в глазах той, в ком тону день ото дня.

– Пообещай лучше, что твои действия безопасны. Не хочу мучиться в страхах потерять тебя! – попросила Блэр.

Мы говорили, словно влюбленные, не имеющие никаких ограничений от Темного мага. Блэр даже тяжело дышала, передавая и мне волнение и импульс к возбуждению.

– Обещай! – с жаром повторила волшебница, приблизившись на опасное расстояние ко мне и моему еле сдерживаемому желанию.

Ее рука скользнула по моему плечу, а потом дотронулась до щеки. Я закрыл глаза, наслаждаясь этим бархатным прикосновением и в то же время ощущая агонию всего тела. Я резко схватил руку любимой и одернул, не желая признаться в чувствах безмолвно. Такое возможно, ведь я каждым жестом и действием все это время показывал любовь, странно, что для Нумибуса и Блэр нужны еще и слова для подтверждения.

– Обещаю! – прорычал я, солгав в очередной раз.

Мы вернулись на территорию Филориума, и я тут же завел новую тайну от той, кому пообещал этого не делать.

– Профессор Кай! Неожиданно видеть вас в нашей забегаловке, – ерничал Ирис, когда я вступил на порог «Таверны трех порки», – хотите помочь умирающему бизнесу и купить у нас выпивку? – продолжил шутить полуэльф.

– Нет, помощь нужна мне.

– От кого? От меня? Верно, в ходе нашумевших событий вы забыли о нашей вражде и даже об одной несуразной дуэли.

Ирис продолжал оставаться заносчивым мальчишкой, пока я не упомянул о Блэр:

– Знаю, вы с недавних пор подружились. Я не рад этому событию, но, предполагаю, что ради нее ты пойдешь на многое.

– В чем дело? Она в опасности? Ривер добрался и до нее? – озадаченность на лице юноши впервые заменила собой глупую ухмылку.

– Ривер просто пешка, главная угроза Нумибус, – ответил я, вводя в курс дела нового соратника.

– Извини, но тут без выпивки не получится. Свейг, налей нам чего-нибудь покрепче! – отдал приказ Пегас, продолжая вникать в суть моего рассказа, – Значит, ты вернул сердце Блэр, но она этого не знает?

– Верно.

– И тебе теперь нельзя говорить о своих чувствах? Но о них знают все еще с первого курса! Что за вздор? – не понимал Ирис.

– С того времени утекло много воды. Мы с Блэр никогда не имели возможности признаться друг другу…

– Понимаю! – кивнул собутыльник.

Казалось, наша история любви потрясла непоколебимого юношу, и он был готов пойти со мной на безумный шаг.

– Прежде чем я соглашусь, ответь на еще один вопрос: почему ты не рассказал Кассандре? – осторожно поинтересовался полуэльф.

– Она узнает все, но в свое время. Тем более, у них с Ривером какая-то особая связь. Не хочу, чтобы гаденыш испортил весь сюрприз.

Мое предположение о связи Кэсси и кузена не пришлось Ирису по вкусу, но он был вынужден согласиться.

– Значит, собираем отряд? Свейга можно взять? – спросил напоследок мой новый товарищ.

– Да, бери всех, кому доверяешь. Нас должно быть много, чтобы победить Нумибуса! – ответил я, а затем мы чокнулись кружками в знак закрепления пакта.

Глава 30

Кассандра 

Муха беспечно потирала лапки, сидя на подоконнике, перед этим она подкрепилась вареньем, оставленным на столе. Кажется, я уже бесконечность наблюдала за насекомым и отчасти завидовала ее недалекости. Ей не нужно о чем-то беспокоиться, по кому-то скорбеть. Мухи вообще умеют плакать? Кто-нибудь видел их слезы?

– Сгинь отсюда! – свой крик отвратительный гоблин, работающий в лечебнице, где я находилась, сопроводил ударом мухобойкой, от чего тело насекомого расплющило.

Перед моими глазами появился образ истекающей кровью Антарии, и я что есть силы зажмурила глаза, словно надеялась таким образом моментально погрузиться в сон, растворив чудовищную реальность.

Моей подруги больше нет. Появившиеся на арене лекари констатировали смерть, и даже целители не успели залечить ее раны. Помню свой истошный вопль, как меня оттаскивали от трупа, а я рвалась к Риверу, чтобы растерзать его голыми руками. Сукин сын выглядел растерянным, его выбило из колеи всеобщее безумие. Толпа ревела: такого исхода не ожидали даже самые кровожадные зрители.

Я видела, как к Антарии подбежал Юнас и, упав на колени, разрыдался. В следующую секунду на своем затылке почувствовала чьи-то ладони и погрязла во тьме, обволакивающей тревожной пеленой. Кто-то применил магию, заставив меня упасть в забвение, и очнулась только в палате лечебницы.

– Жрать будешь? Или отдам твою порцию собакам! – гаркнул гоблин.

Я отвернулась к стенке, игнорируя его вопрос. Честно говоря, не знаю, сколько времени здесь провела. Ко мне не пускали посетителей, Лулу пыталась залезть через окно, но бдительный гоблин столкнул ее вниз. Благо это был невысокий этаж и, выглянув наружу, увидела, что лисица в порядке.

– Господин Директор приказал сегодня тебя выпустить, поэтому собирай свои манатки и проваливай! – сообщил уродец.

Моя ненависть к Риверу обжигала тело, но словно делала это лениво. Видимо, это действия успокоительных настоев, которыми меня пичкали все это время.

Оказавшись на улице, поплелась в общежитие. На территории кампуса почти не было обычных студентов, но это меня не удивило: они привыкли скрываться в своих комнатах, боясь дебоширства дикарей. Компании выродков зато ощущали себя королями Филориума и бродили по тропинках, привязываясь к мирным ученикам, кто совершил ошибку и вышел прогуляться.

– Эй, ведьма рыжая! Некрасиво проходить мимо, подойди и поздоровайся с нами! – услышала я басистый гогот.

– Оставь! – пресек его дружок, – Эту же нельзя трогать.

Уродцы переглянулись и дали мне спокойно пройти. Почему они меня не тронули? Ривер, действительно, поговорил со своими шестерками и запретил меня калечить? Но зря он это сделал, я больше не собиралась быть его шпионом, а хотела стать палачом.

Бросив взгляд на вещи Антарии в комнате, разрыдалась. Подруга погибла из-за меня, и ее убийца на свободе. Ее убийцей я считала именно Ривера, а не кентавра, внешний вид того я даже не запомнила. Но всего этого бы не было, не устрой директор гладиаторские бои и не вызвав на арену Антарию.

Мне было сложно находиться в комнате, где хранилось столько воспоминаний о нашей дружбе, поэтому поспешила покинуть общежитие. Около особняка Калипсо увидела сторожащих огров, пришлось превратиться в лисицу, чтобы проникнуть внутрь.