Мэри Лэй – Кассандра и Блэр в Царстве черного ворона (страница 54)

– Так это был ты? – поразился я, считая юношу плодом своих пьяных галлюцинаций.

– Конечно, я! И откуда в тебе столько агрессии? – возмутился анимаг, оправляя камзол.

– А ты ожидал теплый прием, вот так оставив меня ни с чем?

– Мои вороны присматривали за тобой. Заканчивай с выпивкой, у меня для тебя дельце! – отозвался темный маг.

Я не мог понять: сказанное Ривером правда или же очередной способ использовать меня в своих целях. Умелая ложь всегда удавалась подонку лучше, чем откровенность.

– Что за дело? Оплачиваемое, надеюсь? – недоверчиво проговорил я, стараясь набить себе цену.

– Разумеется. Готов стать моей правой рукой? – не задумываясь, спросил Ривер, – Для этого всего лишь нужно быть рядом, пока я во главе Филориума. Выполняй все поручения, и будет тебе награда в огромном количестве фалерцев, – добавил искуситель.

– Ты стал директором? Но как?

– Ты узнаешь обо всем в свое время. Сейчас мне нужно лишь твое согласие, – перебил Ривер, теряя терпение.

– Я согласен, но мне негде жить.

– Есть одно местечко, сам недавно облюбовал его, – хитро произнес анимаг, а после поведал о родовом поместье Аваруса.

Не теряя времени, мы направились в наше новое логово. Ривер без конца причитал, что от меня невыносимо разит дешевым алкоголем, и он не потерпит подобного во время служения ему.

Попав в особняк бывшего директора, я сразу нашел комнату по вкусу: серые стены, мраморные полы и окна, занавешенные плотными шторами из бархата. Пока Ривер копался в кабинете предыдущего владельца, я исследовал дом и обнаружил заколку, что сразу навела на неприятные мысли.

– Сюда приходила Блэр? У вас что-то было? – ворвался в кабинет решительно и жаждал узнать ответ.

– Нет, с чего ты взял? – усмехнулся анимаг, на что я показал находку, –Может, Аварус был клептоманом. Подумаешь! – продолжал ерничать волшебник.

– Ты что-то темнишь, Ривер.

– Я говорю, как есть, к тому же, какая разница, была здесь эта избалованная принцесска или нет? Разве ваш роман не окончен? – отчеканил собеседник.

– Мне нужно забрать вещи у Урсулы, – бросил я, не отвечая очевидностью на вопрос Ривера.

Наши отношения с Блэр остались в прошлом, иногда даже казалось, что не в этой жизни. Но почему-то она до сих пор вызывала непонятное внутреннее волнение.

К счастью, мой новый начальник не задавал лишних вопросов. Ривер и сам направлялся в Филориум, поэтому нам обоим было по пути. На границе с Академией нас остановил прихвостень Соррель. Он, в отличие от своей госпожи, не сбежал под гнетом ночи, а остался на страже стен, что теперь принадлежали нам с Ривером.

– Стоять! Вы не имеете право появляться в Филориуме, пока приказ полноправно не вступит в силу, – взревел мужчина, направив на нас дубину.

– Уже завтра я буду твоим господином. Будь добр, приклонись предо мной сейчас или же на утро тебя ждет отстранение, – Ривер вел диалог в официальном тоне, не повышая тональности.

– Ни за что, жалкий мальчишка! Я презираю тебя и весь твой род! – ненависть Кигана сочилась из него вместе со слюной.

– Разделайся с ним, – вдруг обратился властитель.

Это теперь такого характера будут поступать приказы? Разделаться с ним? Что это вообще значит? Я вряд ли в одиночку смогу побить этого верзилу.

– Ну же, убей его! – злился Ривер на мой ступор.

Оказывается, Темный маг желал не драки, а кровопролития. Я в жизни никогда не причинял настоящий вред людям. Сейчас от меня требуется убить пса Соррель, пусть и гадкого подонка, но все же человека.

Ривер разочарованно смотрел, понимая, что я не готов к подобному, зато противник не стал мешкать и бросился на меня с дубиной.

– Он весь твой, – бросил анимаг, а затем превратился в ворона и упорхнул, не дожидаясь выполнения приказа.

Киган не обратил внимания на птицу: в его обезумевших глазах, налитых кровью, читалось, что он с легкостью меня порешит, лишь бы остаться в живых. Я ловко лавировал от его замахов, но так и не нашел способ схватиться за лук и всадить в громадного подсобника Соррель ни единой стрелы. Вот он уже напирал, пару раз ударив по хребту и по ногам. Я упал, как чертов слабак, а Киган возвышался надо мной с дубиной для последнего удара по черепу.

Защитный рефлекс заставил, наконец, вылезти из скорлупы неудачника и схватиться за нож. Им-то и пропорол пузо противника, выпустив на себя все кишки этого монстра. На самом деле, монстром был я. Весь окровавленный и в мерзкой слизи переместился в комнату Урсулы, ища укрытие от своих демонов.

– Роланд, что случилось? Где ты был? – залепетала девица, бегая вокруг меня, словно назойливая муха, которую тоже захотелось прихлопнуть.

– Тебя это не касается.

– Чья это кровь? – не отступала Урсула.

– Ты хочешь быть со мной? – задал прямой вопрос, получив на него нервный кивок головы, – Тогда не задавай лишних вопросов! – бросил я, а затем впился в ее губы.

Наш поцелуй был актом отчаяния: моего – из-за убийства, а Урсулы – из-за последнего шанса получить от меня нежность. Правда, этим там и не пахло: я передавал губами совершенно другие флюиды, более грубые и страстные.

Мы не отрывались друг от друга, казалось, целую вечность, но мне хотелось большего. Сняв с себя влажную от крови одежду, я помог сделать то же самое и Урсуле. Она сомневалась, но не могла устоять передо мной. Таким образом, мы впервые слились воедино, забыв о внешнем мире, который обрушится утром.

Так и получилось: я встал с постели, принял душ, а затем исчез из комнаты наивной девушки, удовлетворив свою похоть и теряя остатки человечности.

Глава 28

Кассандра

Правление Ривера превратило Филориум в жуткое подобие учебного заведения. Нам больше не преподавали миротворческие дисциплины: упор сделали на темные искусства. Ривер уволил большинство прежних преподавателей, заменив их на грозных колдунов, от одного вида которых по коже пробегал холодок. Студенты толпами бежали из Академии, спасаясь от зарождающегося хаоса. С новыми законами приняли и Программу разнообразия, и дикари из волшебного мира заполонили кампус, пугая мирных учеников.

– Родители требуют, чтобы я приехала домой, – рассказала Антария.

– Они правы, ты не обязана здесь находиться, – сказала я подруге.

– Ты тоже, – соседка посмотрела на меня с подозрением, я так и не решилась рассказать ей, что это из-за меня Ривер тогда остался безнаказанным, – давай вместе поедем в Ледовое королевство и решим, что делать дальше.

– Я не могу, обещала родителям быть здесь их глазами и ушами.

– Странно оставлять своего ребенка в роли пушечного мяса, – нахмурилась Антария. Она не раз высказывала мнение, что я зря так быстро поверила своим родителям, и, может, они даже не мои родители вовсе.

– Все, прекрати, не будем об этом, – попросила я девушку, – для них долг превыше всего.

Спор был окончен, и мы отправились на занятия. Первый же урок не готовил ничего хорошего, потому что нас ждала некромантия. У меня никогда не возникало интереса к смерти, как у студентов с Факультета теней. Это непостижимое явления леденило душу, даже кратковременная связь с потусторонним миром во время спиритического сеанса оставила тяжелый осадок.

Дисциплину преподавал Профессор Торвальд. Он выглядел так, словно и сам был результатом опытов с некромантией: бледная кожа, синие круги под глазами, костлявое тело, с которого, казалось, при легком ветерке и вовсе сдует мантию. Наибольшее отвращение вызывали его зубы: острые и гнилые, будто и правда вставил челюсть, позаимствовав у трупа.

– Посмотрите на предметы на моем столе. Кто догадается, чем мы сегодня займемся? – обратился к ученикам преподаватель.

Я взглянула в названном направлении и увидела странный набор предметов: ножи, инструменты для шитья, банки с чем-то замаринованным, чем именно было не распознать из-за мутного раствора внутри.

– Выращивание искусственных органов? – высказал догадку Свейг.

– Мимо! Но, может, это подскажет, – закончив мысль, мужчина достал из-под стола сундук и открыл его. Оттуда доносился писк, и мы увидели пушистые лапки.

– Зачем нам котята? – спросила Антария.

Профессор Торвальд за шкирку вытащил одного котенка и стал чесать его пузико своим длинным желтым ногтем.

– Для создания нежити. Кто ранее изучал некромантию, должен быть знаком с теорией.

– Там не используются живые существа! – выкрикнула Харика, уж кому, как не куратору Факультета теней, быть осведомленной в этом вопросе.

– Нежить создается из останков мертвых животных, – снова раздался голос Свейга.

– Кто же запрещает нам умертвить их? – издал смешок преподаватель.

В эту же секунду по аудитории раздался омерзительный хруст: палач свернул голову бедному котенку. Мы вскочили со своих мест, чтобы броситься к сундуку и спасти оставшихся животных.

– Тише! Вы, что, не хотите увидеть, что делать дальше? – хладнокровно проговорил безумец.

Острым ногтем он распорол пузико несчастного котенка и вытащил какой-то орган. Я отвернулась, не в силах наблюдать это отвратительное зрелище. Позади услышала, как кого-то стошнило, кажется, Беатрис.

– Не прикасайтесь к котятам! – закричала Блэр, а я в этот момент использовала стихийную магию, чтобы переместить сундук подальше от ненормального профессора, – Как такому тронутому на голову позволили преподавать! – возмущалась подруга.