Мэри Лэй – Кассандра и Блэр в Царстве черного ворона (страница 30)

У меня оставалась уйма нерешенных дел в Филориуме. Из-за отъезда Ривера занятия в исправительной школе прервались, чему я была несказанно рада. Блэр обмолвилась, что Свейг обучался у дриад, значит, нам есть, что обсудить. Юношу я нашла в особняке Пегасов и попросила вместе прогуляться.

– Сразу предупреждаю: братство и мужская дружба для меня важнее женщин, – настороженно заявил Свейг.

Я сначала не поняла смысла его слов, а потом эмоционально замахала руками, думая, что так моя речь будет выглядеть убедительнее.

– Нет-нет, я к тебе по делу, никаких романтических умыслов! – воскликнула я.

– Ну смотри, а-то не хочу найти под подушкой проклятый камень, – фыркнул парень, имея в виду коллекцию волшебных камней Ириса.

– Я слышала, твоими наставниками были дриады, – перешла я к сути разговора.

– Предположим, – кивнул Свейг.

– А ты знаешь древесный язык?

– Знаю. Хочешь ему обучиться?

– Да, это кажется мне интересным, – не стала озвучивать я истинное намерение, – такой навык всегда пригодится. Я тебе заплачу, конечно.

Несколько секунд Свейг внимательно смотрел на меня яркими голубыми глазами, они очень выделялись на смуглом лице, как перуанские опалы. Скорее всего, ведьмак прикидывал, смогу ли я справиться с такими знаниями и не применю ли их в темных целях. Хотя, судя по его дурной репутации, парень бы только одобрил жажду злодеяний.

– Мы с Ирисом теперь побратимы, поэтому я не буду брать с тебя плату, – сказал Свейг. На мой взгляд, он слишком серьезно относился к Пегасам и их значимости, – завтра можем начать. Приходи ко мне в комнату.

– Договорились! – чересчур обрадовалась я, выдавая, что древесный язык необходим для важной миссии, а не только ради развлечения.

Выходит, теперь мы со Свейгом коллеги: оба даем частные уроки ученикам, делясь своими знаниями, только вот я от денег отказываться не собираюсь. Урсула всегда приходила вовремя, она была очень ответственной и трудолюбивой девушкой, странно, что не стала отличницей.

– Кассандра, можно тебе кое-что показать? – спросила эльфийка и после моего утвердительного ответа достала из сумки деревянную шкатулку, украшенную металлическими узорами, на крышке красовалась бронзовая сова.

– Очень красиво, – высказала я свое мнение, не понимая, почему Урсула решила похвастаться этим предметом мне, ведь я не слишком интересовалась роскошными вещицами.

– Эту шкатулку завещал мне дедушка, – поведала волшебница, – но я не могу ее открыть.

Я внимательнее присмотрелась к замку и увидела, что там есть защитный механизм.

– Позволишь? – спросила я и взяла шкатулку в руки, чтобы детальнее изучить. Вместо замка ларец закрывался при помощи небольшого шифровального диска с различными изображениями и неизвестными мне символами, – И Бородавочник, ой, прости, твой дедушка, не оставил никаких инструкций?

– Нет, даже письма не было, – вздохнула Урсула, – не знала, к кому еще могу обратиться за помощью. Может, тебе удастся разгадать шифр?

– Честно говоря, никогда с таким не сталкивалась, но попробуем, – пообещала я.

Урсула оставила шкатулку у меня, стало приятно, что девушка так мне доверяет. Вдруг внутри оказались бы свитки золота, и я могла бы присвоить их себе. Полночи ломала голову над загадкой, спрятавшись под одеяло и подсвечивая себе шифр небольшим огоньком, созданным в ладони. Домашних привлекать к головоломке не стала, не хочу забивать им голову чужими ребусами. Так и таилась, пока не склонило в сон.

На следующий день в назначенный час прибыла в особняк Пегасов и попросила проводить меня в комнату Свейга. Он жил один, видимо, уже успел завоевать снисхождение создателей братства.

– Будешь кофе? – предложил мне репетитор, протягивая бочонок с изображением пегаса из кофейни братства.

– Не откажусь, – улыбнулась я и поблагодарила.

– Мои методы обучения, скорее всего, будут отличаться от твоих, – предупредил Свейг, – никаких книг и учебников, они только копят пыль.

– А где ты будешь брать информацию? – нахмурилась я.

– Вот мой главный учебник, – Свейг постучал себя по голове.

– А дополнительные сведения? – не унималась я. Свой материал на частных уроках тоже преподавала самостоятельно, но иногда обращалась к книгам, чтобы донести более глубинные знания.

– Я научу тебя азам, а уж за дополнительными сведениями тебе путь-дорожка к дриадам.

Спрашивать дальше не стала, потому что изучить древесный язык мне требовалось как можно быстрее, и Свейг в данный момент более доступен, чем лесные мудрецы.

Еле уговорила юношу разрешить мне делать записи по ходу его занятия: записывая что-то на бумаге, лучше запоминала. Свейг вещал о разнообразии древесной коры и вкраплениях, на которые стоит обращать внимание.

– А листва? – в нетерпении спросила я.

– О листве мы тоже поговорим, но на следующем уроке.

– Но расскажи хоть немножко, – взмолилась я.

– Нет, занятие закончилось, у меня есть и другие дела, – остался непреклонным Свейг, отправив меня восвояси с неутоленным любопытством.

Чувствовала неудовлетворение от урока: я и сама изучила уже достаточно про абстрактные знаки, которые подают растения. Мне нужны более подробные сведения. Я хотела поговорить с Мудрым дубом так, как разговариваю с Лулу. Свейг сказал, что сможет меня этому научить, но все должно происходить степенно. Прекрасная политика, но как же смириться с этим, когда ты очень нетерпеливый человек?

– Пришла и даже не поздороваешься? – голос Ириса прозвучал недовольно. Из-за размышлений я даже не заметила, как он нагнал меня сзади.

– Привет, я думала, ты в таверне, – и это было правдой. Управленческие дела теперь интересовали полуэльфа больше, чем братство.

– Забежал, чтобы решить тут некоторые вопросы, и вдруг мне докладывают, что моя девушка здесь, но пришла не ко мне, а к другому Пегасу, – Ирис нахмурился, серьезно смотря на меня, – что у тебя за происки со Свейгом?

– Он занимается со мной древесным языком.

– Ладно, – помотал головой Ирис. Он никогда не загружал голову лишними знаниями, и древесный язык к ним тоже, явно, относился, – и зачем тебе это?

– Я продолжаю поиски родителей, – призналась я, – и, думаю, Мудрый дуб хочет со мной поговорить.

Несколько секунд Ирис молча смотрел на меня, видимо, решив, что я шучу, но после моего молчания неловко пригладил свои длинные волосы.

– Кэсси, я поддержу тебя в поисках родителей, но, думаю, нужно искать другие зацепки. Эта идея кажется безумной, – высказался Ирис.

– Мудрый дуб сменил листву, и я прочитала в книге, что так он пытается что-то донести, – привела я аргумент.

– Это дерево стоит здесь уже сотни лет, и смена листвы – его естественный процесс. Ты уцепилась за ложную иллюзию, давай проверим другие теории.

– Нет других теорий! – сгоряча у меня получилось крикнуть с большей злостью, чем рассчитывала, – Это единственное, что я смогла найти.

Я не собиралась позволить Ирису забрать мою надежду, какой бы призрачной она не была. Сейчас не время для его логики и благоразумия. Мне нужно верить хоть во что-то, чтобы не сдаться. Пусть это даже похоже на безумие, но я доведу начатое до конца.

– Хорошо, проверяй эту зацепку, а я постараюсь найти что-нибудь еще, – пообещал юноша, но я глубоко в этом сомневалась. 

Блэр

Из последних новостей: мы все-таки нашли Луция, но он убежал еще дальше, даже отойдя от плана быть путником в экспедиции друга. Сейчас юноша носится где-то в другом королевстве в образе тигра и, по всей видимости, не предполагает о моих душевных истязаниях.

Пришлось оставить анимага в покое, в надежде, что он сам захочет вернуться и простить мне все колкости и грубости, извергаемые черной душой. Кассандра не верила в теорию об обиде Луция на отсутствие моего сердца.

– Он сам меня наставлял на прощение всех твоих грехов. Слышала бы, какие речи говорил о том, что будет бороться до последнего, – в очередной раз повторяла подруга для подбадривания духа.

– Даже такому терпеливому человеку могло все опостылеть. Луций просто устал возиться с моими проблемами, – вздыхала я напротив.

На этом аргументы Кэсси заканчивались, и мы просто сидели молча, греясь о хрупкую надежду на благополучный исход. Частицы веры заканчивались вместе с последними лучами солнца, забирающими с собой остаток прожитого дня без него. Правда, новая надежда рождалась под утро, запуская повторяющийся процесс ожидания.

– Хотите сегодня что-то особенное к завтраку? – поинтересовалась мадам Финч, почему-то взяв на себя всю готовку в Калипсо.

Женщина постоянно хлопотала возле меня, ощупывая почву утреннего настроения. Я помотала головой, начиная собираться на учебу. Шрамы на руке теперь ухудшали любой образ, пришлось носить платья с длинными рукавами.

– Я могу убрать их заклинанием, – предложила Лили, видя, как я смущаюсь увечий.

И в этой услуге помощнице было отказано. Один из шрамов напоминал мне о профессоре Кае, о его заботе и трепетном обращении со мной после укуса Дейнозуха. Второй же – о врагах по типу Ривера, что должны всегда держать в тонусе, не позволяя предаваться страданиям в полной мере.

– Не хотите афишировать, что у вас сегодня… – запнулась мадам Финч, догадавшись о помыслах не создавать особой шумихи вокруг этой даты.

Невыносимо острая мысль пронеслась в голове, оставляя за собой последствия. Сегодняшний день должен был предназначаться для нас с отцом. Но, как и в прошлом году, все пошло не по плану. День моего рождения стал ознаменованием одиночества, а не сладкого поедание торта с любимым папой.