Мэри Кларк – Я не твоя вещь (страница 14)

Кендра вздрогнула, и на ее лице мелькнуло удивление.

— Стивен, как ты вообще об этом узнал?

— Ты сама мне рассказала, — ответил он.

— А я этого даже не помню, — уныло проговорила она.

— Потому что тогда ты была не в себе. В общем, — продолжил он, доев мороженое, — я хотел, чтобы вы знали — дело вовсе не в том, что Кендра решила навести на Мартина напраслину после его смерти. Она рассказывала мне все это тогда, когда это происходило. Я видел, как в этом браке ей становилось все хуже и хуже. А теперь я оставлю вас наедине. Вам нужно о многом поговорить.

Лори не могла не заметить, что, обняв Кендру на прощание, Стивен вовсе не торопился ее отпускать.

Глава 18

Кендра начала извиняться за своего босса, едва он покинул ресторан.

— Как видите, он мой преданный заступник. Слава богу, что он у меня есть. После смерти Мартина из всех моих друзей меня не бросил только он.

— Простите за замечание, но вам не кажется, что, возможно, ему бы хотелось быть чем-то большим, чем просто заступник и друг?

Кендра небрежно махнула рукой.

— Стивен? Да ничего подобного. Даже когда мы оба учились на медицинском и то встречались, то нет, наши отношения в общем-то сводились прежде всего к помощи друг другу в изучении материала.

— Он же сказал, что, если бы не Мартин, вы бы могли пожениться.

— Это была попытка пошутить. Поверьте мне, это чисто платоническое чувство. Я уже почти пять лет как вдова, и мы видимся с ним каждый день, так что, будь он втайне влюблен в меня, он бы уже что-нибудь предпринял.

Лори решила пока оставить эту тему, но про себя отметила, что надо будет узнать о докторе Картере побольше.

— Ему определенно было что сказать о Мартине. Измены? Иски? Но вы не помнили, что вы ему об этом говорили, да?

— Об измене? Это я помню. Я рассказала ему все. Кроме него, мне никто не верил, потому что Мартин убедил всех и каждого, что он преданный муж, души не чающий в своей бедной недееспособной жене.

— Но вы сказали, что не помните, как говорили Стивену про иски.

Кендра пожала плечами, заметив, что это было давно, но Лори видела, что что-то в этой ситуации ее все еще беспокоит.

Пора задать самый главный вопрос, подумала Лори.

— Кендра, если Мартина убили не вы, тогда кто? — спросила она и еще до того, как Кендра начала отвечать, нацарапала в своих записях имя Стивен Картер.

— Я полагаю, что он завел связь на стороне сразу после рождения Минди. Он был занятой человек — у него была его врачебная практика плюс стремление поддерживать полезные знакомства и вести себя так, чтобы имя Беллов не сходило с уст светской тусовки. Но большинство мужчин на его месте все равно старались бы побольше бывать дома, чтобы проводить время со своей чудесной дочуркой — Мартин же там вообще почти не появлялся. И, что было еще более вызывающе, демонстративно игнорировал меня, когда я спрашивала его, где он был. Он уже даже не снисходил до вранья, а просто презрительно смотрел на меня и уходил.

Лори не знала, правдив ли этот рассказ, а Кендра, похоже, не понимала, что, изображая Мартина плохим мужем и отцом, она тем самым только подтверждает, что у нее имелся веский мотив для его убийства.

— Я даже представить себе не могу, какую ярость это могло у вас вызвать, — заметила Лори.

— Если я продолжала говорить о своих подозрениях, он заявлял, что я схожу с ума. А затем сказал своим родителям и всем нашим друзьям, что на почве ревности у меня развилась паранойя и что я обвиняю его в измене, не имея на то никаких оснований. Так что, когда я обратилась к ним за поддержкой, они все его стараниями уже были настроены против меня. Вы смотрели старый фильм «Газовый свет»?

— Да, конечно, там еще играла Ингрид Бергман, — ответила Лори. Это был любимый фильм матери, и она знала, что это снятая в сороковых экранизация пьесы Патрика Хэмилтона. Имелась и более ранняя экранизация, сделанная в Англии, но большинство американцев имеют в виду именно ту, в которой снялись Ингрид Бергман, Чарльз Бойер и молоденькая, никому еще не известная актриса Анджела Лэнсбери.

В фильме говорилось о молодой жене, муж которой всячески исхитрялся, чтобы она уверилась в том, что сходит с ума, — прятал ее вещи, устраивал так, что с чердака доносились шаги, а газовое освещение в их доме становилось то ярче, то тусклее без всяких видимых причин. При этом он твердил своей жене, что все это только порождение ее больного воображения.

— Именно так вел себя и Мартин. Он психологически манипулировал мной[6] и выставлял сумасшедшей перед всеми, кто нас знал. Но я ничего не придумывала. Женщина всегда знает, когда ее муж начинает ей изменять. Мартин был из тех мужчин, которые не могут жить одни. Он всегда находился в серьезных отношениях — до меня у него было два романа с очень успешными женщинами. Оглядываясь назад, я понимаю, что на мне он женился именно потому, что в отличие от них моя карьера никогда бы не сравнялась с его собственной.

— Вы же учились на медицинском факультете. И собирались стать врачом.

На лице Кендры отразилась печаль — было видно, что она горюет о том будущем, которого так и не смогла достичь.

— Я желала только одного — стать хорошим педиатром, а вовсе не суперзвездой. Я хочу сказать, что Мартин нуждался в том, чтобы в его жизни была женщина. И даже после того, как у нас начались проблемы, этой женщиной оставалась я. Но затем что-то щелкнуло, и мне стало ясно, что он полюбил другую. Я готова поклясться своей жизнью, что дело обстояло именно так. Мартин мог быть очень обаятельным. Я так быстро согласилась выйти за него замуж, потому что он вскружил мне голову.

Лори вспомнила, как, видя Мартина Белла по телевизору, всякий раз говорил себе: «У этого малого определенно есть харизма». Такой же харизмой обладал и Алекс. И вот я уже собираюсь выйти за него замуж, подумала она.

Кендра между тем продолжала выстраивать свою версию событий.

— Все подозревают меня, потому что будто бы больше никто не имел причин желать ему зла. Но как же то, что он пустил в ход свои чары, чтобы увлечь чужую жену? Он был бы не первым любовником, которого убил ревнивый муж.

— А у вас есть какие-нибудь мысли относительно того, кем была та женщина?

— Мысли? — Она широко раскрыла глаза. — Не мысли, а уверенность. Я абсолютно уверена, что это была Ли Энн Лонгфеллоу.

Это имя поразило Лори.

— Жена сенатора Лонгфеллоу?

— Готова поклясться своей жизнью, что это была именно она.

Глава 19

По спине Лори пробежали мурашки. Она уже знала, что Полицейский департамент Нью-Йорка не спешит делиться информацией об этом деле и что родители Мартина готовы использовать свои связи, чтобы влиять на ход расследования. А теперь Кендра обвиняла в убийстве Дэниела Лонгфеллоу, младшего сенатора от штата Нью-Йорк. Бретт Янг и юристы студии ни за что не позволят, чтобы в телевизионный эфир просочился даже намек на такую возможность, если у шоу «Под подозрением» не будет неоспоримых, железных доказательств.

— Кендра, я прочла все, что было написано об этом деле, и ни разу не видела, чтобы где-то были упомянуты сенатор Лонгфеллоу или его жена.

Кендра картинно закатила глаза.

— Еще бы. Эта пара постаралась, чтобы вышло именно так. Они оба мастера по части манипулирования политической системой и мейнстримовскими СМИ.

Лори подумала, что Мартину Беллу не надо было особенно стараться, чтобы убедить других в том, что его жена мыслит не вполне здраво.

— Вы всерьез полагаете, что член сената США застрелил вашего мужа в самом центре Гринвич-Виллидж? Тот, кто выстрелил в Мартина, поджидал его на вашей подъездной дороге. Его легко мог бы узнать кто-нибудь из ваших соседей. — Лори не могла себе представить, чтобы все происходило именно так.

— Тогда он еще не был сенатором США. Он был членом законодательного собрания штата Нью-Йорк, и к тому же даже не от нашего избирательного округа. Скажите, вы смогли бы узнать члена законодательного собрания штата, представляющего какой-то далекий от вас округ, если бы его предъявили вам для опознания в числе других не известных вам мужчин?

Лори попыталась припомнить детали того, как Дэниел Лонгфеллоу стал сенатором США от штата Нью-Йорк. Почти два десятилетия штат бессменно представляли два сенатора, но потом один из них подал в отставку, чтобы занять пост в администрации президента. Поскольку его кресло оказалось свободным, губернатор получил право назначить ему замену, и его выбор пал на восходящую звезду законодательного собрания, красавца Дэниела Лонгфеллоу, который прежде был прокурором. Три года назад Лонгфеллоу был избран уже на полный шестилетний срок, и теперь до Лори дошло, что его назначение было произведено примерно в то же время, когда был убит Мартин Белл.

— А откуда вашему мужу было вообще знать миссис Лонгфеллоу?

— Они оба учились в Хейдене и являлись членами совета выпускников этой школы, — сказала Кендра. Лори знала, что Хейден — это частная школа, находящаяся в Верхнем Ист-Сайде и считающаяся одной из лучших. — Ли Энн была точно такой же, какой была я сама, когда только что познакомилась с Мартином — неизменно собранной, всегда на шаг опережающей остальных, оказывающейся в роли лидера в любой группе, в которой ей случалось оказаться. И, как и я, она, похоже, готова быть незаметной женщиной, делающей все для успешной карьеры известного мужчины. Только посмотрите, как далеко с помощью Ли Энн продвинулся ее муж. После рождения Минди Мартин вдруг ни с того ни с сего вызвался руководить организацией благотворительного аукциона по сбору средств для школы Хейден. Догадайтесь, кто стал у него сопредседателем? Разумеется, Ли Энн. Она могла проводить столько времени с моим мужем в том числе и потому, что ее собственный муж работал в законодательном собрании в Олбани и был далеко. И Мартин вдруг стал проводить куда больше времени в обществе Ли Энн, чем со мной и нашими детьми.