Мэри Кларк – Ложное впечатление. Подсолнух. Две девочки в синем. Марли и я (страница 86)
— Ладно, Энджи, пока, — сказал Клинт, подталкивая Гаса к двери.
— Веселитесь, — произнесла она им вслед.
Энджи смотрела в окно на удалявшийся от дома пикап. Потом погладила волосы Кэти.
— Знаешь, куколка, пора нам с тобой забрать наши деньги и делать ноги, — сказала она. — В одном папочка Клинт прав: здесь оставаться опасно.
7
Норман Бонд нисколько не удивился, когда в пятницу утром в его кабинете появились два агента ФБР. Он не сомневался, что кто-нибудь расскажет им, как он принял на работу Стива Фроули, отвергнув трех весьма квалифицированных сотрудников «Си-Эф-Джи энд Вай».
С одним из агентов, Ангусом Соммерсом, он уже встречался в прошлую среду. Второго, худощавую женщину лет тридцати, Соммерс представил как Рузанну Скатурро.
Бонд, в классическом костюме от Пола Стюарта, накрахмаленной белой рубашке и синем галстуке, приветствовал гостей коротким кивком. Из вежливости он слегка привстал, но тут же сел на место с бесстрастным выражением лица.
— Мистер Бонд, — начал Соммерс, — вчера ваш финансовый директор, Грегг Стэнфорд, сделал серьезное заявление для прессы. Вы с ним согласны?
Бонд приподнял бровь.
— Какую бы позицию ни занимал Грегг Стэнфорд, обычно я с ним не соглашаюсь. Он стал финансовым директором, потому что десять процентов акций компании принадлежат семье его жены. Он знает, что мы считаем его пустышкой. Грегг вбил себе в голову, будто может обзавестись сторонниками, оспаривая точку зрения Робинсона Гейслера. Стэнфорд нацелился на место председателя правления и поэтому, после того как случилась трагедия, решил показать, какой он умный.
— А вы, мистер Бонд, на место председателя не претендуете? — поинтересовалась Скатурро.
— Я надеюсь, что в нужное время моя кандидатура будет рассмотрена.
— Почему вы приняли на работу Стива Фроули? — спросил Ангус Соммерс.
— По-моему, мистер Соммерс, мы обсуждали эту тему два дня назад, — с раздражением в голосе заметил Бонд.
— Давайте обсудим это еще раз. Три человека в компании считают, что это решение было неразумным.
— Позвольте объяснить вам, мистер Соммерс, азы корпоративной политики. Те трое метили на это место, а заполнить вакансию — моя работа. Стив Фроули очень умен. Магистерская степень по управлению бизнесом и ученая степень юриста тоже о многом говорят. Мы с ним долго беседовали о нашей компании, и мне понравились его мысли. — Норман Бонд откинулся на спинку кресла. — А сейчас, с вашего позволения, у меня совещание.
— Еще пара вопросов, мистер Бонд, — сказал Соммерс. — Во время нашего первого разговора вы не упомянули, что раньше жили в Риджфилде.
— Я много где жил. В том числе и в Риджфилде. Это было двадцать лет назад, когда я был женат.
— Ваша жена родила мертвых близнецов?
— Да, верно, — глаза Бонда стали непроницаемыми.
— Вы очень любили жену, однако вскоре после случившегося она вас оставила, так?
— Она переехала в Калифорнию. Хотела начать все заново. Горе многих сближает, но многих и разделяет.
— После ее ухода у вас случился нервный срыв, не правда ли, мистер Бонд?
— Горе порождает депрессию, мистер Соммерс. Я понимал, что нуждаюсь в помощи, и обратился в клинику.
— Вы поддерживали связь с бывшей женой?
— Довольно скоро она вновь вышла замуж. Для нас обоих было лучше перевернуть эту страницу.
— Да, но, к сожалению, этого не произошло. Через несколько лет после повторного замужества ваша жена бесследно исчезла. Вас допрашивали в связи с этим?
— Меня спрашивали, не знаю ли я, куда она могла уехать. Разумеется, я не знал. Кстати, я предложил оплатить часть суммы, назначенной в награду за информацию, которая помогла бы ее найти.
— Однако этой награды никто не получил, не так ли? Мистер Бонд, когда вы познакомились со Стивом Фроули, возможно, вы увидели в нем сходство с самим собой? Молодой, умный, честолюбивый мужчина, женатый на привлекательной, умной женщине, отец двух прекрасных детей?
— Мистер Соммерс, вы намекаете на то, что я мог иметь отношение к исчезновению моей покойной жены, а также к похищению близнецов Фроули?
— Вашей покойной жены, мистер Бонд? Но откуда вам известно, что она мертва?
— Я всегда стараюсь все предусмотреть заранее, куколка, — рассказывала Энджи скорее себе, чем Кэти, лежавшей под одеялом на кровати в мотеле. — В этом разница между мной и Клинтом.
Была пятница, десять утра, и Энджи была очень довольна собой. Через час после того, как Клинт с Гасом отправились в бар, она уже ехала вместе с Кэти в фургоне, успев загрузить в него все необходимое. Энджи разложила деньги по чемоданам, наспех упаковала одежду, прихватила сотовые телефоны Лукаса и Клинта с оплаченной связью, а также кассеты Лукаса и водительские права, украденные ею у женщины, за ребенком которой она присматривала в прошлом году.
Поразмыслив, она написала Клинту записку: «Не беспокойся. Утром позвоню».
За три с половиной часа она доехала до Кейп-Кода и остановилась в мотеле в Хайаннисе. Много лет назад она проработала здесь все лето в Гарвиче, на пристани для яхт «Чайка».
— У меня всегда был готов план побега — на случай, если Клинта прихватят на одном из делишек, — объяснила она Кэти и хмыкнула. Тут Энджи обнаружила, что Кэти спит, и встряхнула ее. — Слушай меня, когда я с тобой разговариваю!
Кэти не открыла глаза.
«Может, я переборщила с сиропом от кашля? — подумала Энджи. — Клинт принимал его в прошлом году, так его в сон клонило. А тебя этот сиропчик может и вовсе с ног свалить».
Энджи подошла к плите, на которой еще оставался сваренный ею вчера кофе. «Есть хочется, — думала она. — Но ведь не потащишь с собой полусонного ребенка, да еще без куртки. Может, запереть ее в номере и пойти перекусить, а после купить для нее одежду? Чемоданы можно засунуть под кровать, а на дверь повесить табличку: „НЕ БЕСПОКОИТЬ“. Дам ей еще немного сиропа, чтобы она крепко спала. Хорошо, что мне хватило ума взять водительские права, и теперь я — Линда Хаген. Лица у нас обеих узкие, волосы темные, а на случай, если меня остановят, я захватила очки. А ведь я обещала позвонить Клинту утром».
Она взяла один из сотовых и набрала номер. Клинт ответил сразу.
— Где ты? — настойчиво спросил он.
— Клинт, малыш, я подумала, вдруг к тебе федералы нагрянут, а там и ребенок, и деньги. Теперь слушай: избавься от кроватки! Ты сказал Гасу, что увольняешься из клуба?
— Да, да. Сказал, что мне предлагают работу в Орландо.
— Хорошо. Сегодня же напиши заявление. И если к тебе снова сунется Гас, скажи, что мать ребенка, за которым я присматривала, попросила привезти его в Висконсин. И что мы с тобой встретимся во Флориде.
— Не пытайся меня надуть, Энджи.
— Я не пытаюсь. Я говорила Гасу, что ты прицениваешься к новой машине в Йонкерсе. Скажи ему, что продал фургон, а пока возьми машину напрокат.
— Ты же мне ни гроша не оставила, — горько посетовал Клинт. — Даже пятьсот баксов, которые в комоде лежали, и те утащила.
— Воспользуйся кредиткой. Ладно, мне пора. Пока.
Энджи захлопнула крышку телефона и взглянула на Кэти.
«Спит или притворяется? — гадала она. — Девчонка становится такой же грубиянкой, как ее сестра. Я ее обхаживаю, а она меня игнорирует».
Пузырек с сиропом стоял рядом с кроватью. Энджи наполнила ложку, раздвинула губы Кэти и залила сироп ей в рот.
Сонная Кэти рефлекторно проглотила сироп. Несколько капель попали ей в дыхательное горло, она закашлялась и заплакала.
— Да заткнись ты, бога ради, — сквозь зубы прошипела Энджи.
Кэти закрыла глаза, натянула на голову одеяло и отвернулась, стараясь не плакать. Перед ее мысленным взором стояла Келли. Заговорить с сестрой вслух Кэти не смела и, почувствовав, что Энджи привязывает ее к кровати, беззвучно зашевелила губами.
Тем же утром в церкви Святой Марии Стив и Маргарет, держа Келли за руки, опустились на колени, чтобы помолиться. Сегодня здесь служили закрытую заупокойную мессу. Рядом с ними смахивала слезы Сильвия Харрис, слушая монсеньора Ромни, читавшего вступительную молитву:
Келли потянула Маргарет за рукав.
— Мам, — впервые с момента возвращения домой она говорила громко и отчетливо, — Келли очень боится этой тети. Она плачет. Она хочет, чтобы ты и ее забрала домой. Сейчас!