Мэри Кларк – Ложное впечатление. Подсолнух. Две девочки в синем. Марли и я (страница 53)

— Пожалуйста.

Посмотрев на Пола, Кристин увидела, как блестят его глаза. Она поняла, что этот мальчик для Пола не просто маленький друг. Он испытывает к Пабло почти отцовские чувства.

Когда кекс доели, мальчики убежали во двор играть, оставив Пола, Кристин и Роксану на кухне. Пол заварил чай из листьев коки, налил две чашки и поставил на стол.

— Мне нужно было сначала спросить, любите ли вы чай из коки, — сказал Пол. — Если нет, я могу сварить кофе.

— Нет, спасибо. Это хорошее средство от горной болезни.

— Вы еще ощущаете высоту?

— Немножко. Когда мальчики ложатся спать?

— Обычно часов в девять. Но я разрешил им сегодня поиграть до десяти. Сейчас, наверное, около десяти.

Он встал:

— Пойду скажу им, что пора спать. Но думаю, Роксана не будет против, если ее уложите вы.

— С удовольствием.

Солнце почти зашло, от последнего луча на землю ложились неправдоподобно четкие, длинные тени. Пол пошел звать мальчиков, а Кристин взяла Роксану за руку и повела в ее комнату. Там девочка сняла платье, надела длинную ночную рубашку и легла в постель. Кристин заботливо укрыла ее одеялом.

Потом присела на край постели.

— Жаль, что я не могу тебе почитать, — сказала Кристин. Она осторожно отвела прядь волос с лица Роксаны. Потом легонько дотронулась до ее шрама. — Что с тобой сотворили, малышка?

Роксана осторожно коснулась кончиками пальцев губ Кристин. Кристин улыбнулась и поцеловала ее в лоб, затем укрыла до подбородка. Подойдя к двери, выключила свет. Но даже в темноте она видела, что Роксана не сводит с нее глаз.

Пол на кухне домывал последнюю тарелку.

— Она прелестна. — Кристин села за стол. — Я в нее влюбилась.

Пол посмотрел на нее, но ничего не сказал. Он вытирал руки.

— Хотите погулять? — предложил он.

— Конечно.

Они вышли из кухни и пошли под темным небом за асьенду, за теплицу и вверх по склону. Когда тропа сузилась, Пол взял Кристин за руку и подвел к плоскому выступу скалы. Он помог ей залезть на камень, и она уселась, свесив ноги. Он устроился рядом.

Луна освещала лежавшую внизу долину, а черная вода Священной реки мерцала, словно Млечный Путь.

— Как красиво, — сказала Кристин. Она откинулась назад, опираясь на локти, и посмотрела в ночное небо. — Звезды такие яркие. Где здесь Большая Медведица?

— Это другое полушарие. Здесь у нас Южный Крест.

— Никогда не думала, что здесь звезды другие. А где Южный Крест?

Он показал на запад:

— Видите вон те четыре звезды? Это Южный Крест. Самая яркая из них, в основании креста, — это Акрукс. На самом деле это две звезды, которые вращаются одна вокруг другой. — Пол помолчал немного и добавил: — Когда-то Южный Крест было видно в Иерусалиме, но из-за прецессии Земли теперь его там не увидишь. Говорят, что в последний раз его наблюдали в Иерусалиме в тот век, когда распяли Христа. Моряки с самых древних времен плавали, ориентируясь по Южному Кресту. — Он посмотрел на небо. — Выбирая направление, люди всегда смотрят на звезды. Некоторые верят, что звезды предопределяют судьбу.

— И вы так думаете?

— Не знаю. Те, домашние звезды не принесли мне добра. Я приехал сюда, и все переменилось. Так что, может быть, это связано и со звездами.

— Мне тоже нужны новые звезды, — задумчиво произнесла Кристин. — Почему вы назвали приют «Подсолнухом»?

— Так называлась асьенда. Мы сохранили название, потому что мне нравится эта метафора — что он обращен к солнцу. То, что мы делаем здесь, обращено к надежде.

— Я всегда любила подсолнухи. Все мое свадеб… — Она остановилась на полуслове. — Эти цветы мне очень нравятся.

Пол заметил ее обмолвку, но не стал выяснять.

— Джессика расстроилась оттого, что вы не пошли на вечеринку?

— Слегка. Ничего страшного. Я просто нужна ей как прикрытие для нее и Джима.

— Надеюсь, Джессика не возлагает на него больших надежд. Джим несерьезный человек. У него в каждом туре новая девушка.

— Значит, они друг другу подходят, — заметила Кристин. — Джессика притягивает мужчин. Она хороша собой, к тому же приятная собеседница.

— Как и вы.

— Я не так хороша. И уж точно не приятная собеседница. Я все время к чему-то придираюсь, я страдаю навязчивыми идеями и… — Она помолчала. — Я боюсь.

— Чего?

— Наверное, жизни. Мне кажется, больше всего я боюсь одиночества.

— Как и весь остальной мир, — сказал он и посмотрел на нее. — Что случилось, из-за чего у вас это началось?

— Мои родители развелись, когда я была совсем маленькой. Отец в конце концов просто вычеркнул меня из своей жизни. Он завел другую семью, а я для него была частью ошибки. Год назад он умер. К тому времени мы совсем перестали общаться.

— Простите, — сказал Пол.

Кристин смотрела на асьенду.

— Я не рассказала вам, почему Джессика хотела, чтобы я поехала в Перу. Она пыталась увезти меня из Дейтона. В октябре я должна была выйти замуж. За неделю до свадьбы мой жених отменил свадьбу. — Глаза Кристин наполнились слезами. — Простите. Не знаю, почему я все это вам рассказываю.

— Это помогает. — В его голосе слышалось сочувствие.

— Сегодня в первый раз с тех пор, как Мартин ушел, я не думала о нем. — Спустя минуту она добавила: — Ну, доктор Кук, а что привело сюда вас?

— В «Подсолнух»?

— В Перу.

Он уставился в темноту, как будто в первый раз задумался над этим вопросом.

— Я приехал заниматься серфингом.

Кристин заглянула ему в лицо, чтобы понять, шутит он или говорит всерьез.

Он рассмеялся:

— А как вам кажется, почему?

— Я думаю, вам надоело грабить банки в Штатах, поэтому вы приехали сюда, так как слышали, что здесь этим заниматься гораздо проще.

Он улыбнулся, но не ответил на вопрос.

— Вы ведь не хотите говорить, правда?

— Не хочу.

— Тогда по крайней мере скажите, почему вы носите на шее солдатика.

— Это напоминание.

— О чем?

— О том, что я предпочел бы забыть.

— Вы говорите так… загадочно.

— Это плохо?